Андрей Ефремов – Отступник (страница 2)

Уже гораздо позже мы поняли, что нечисть способна чувствовать не всех людей. Примерно десять процентов населения планеты, по не известным никому критериям, получили способность безнаказанно передвигаться по Очагам, и ни одна тварь, даже архидемон, не сможет их почувствовать. Увидеть — да, почувствовать — нет. Именно таких людей святоши назвали светлыми. Все остальные же попали в разряд тёмных.

Помимо своей незаметности у некоторых светлых начали просыпаться особые способности.Наиболее распространённым даром, как, естественно, назвали это явление святоши, стал дар сенса. То есть способность чувствовать близкое присутствие нечисти. Как я уже говорил, у каждого сенса он проявляется по-своему. Я, например, чувствую запах серы. У кого-то начинает чесаться левая щека, другой ощущает давление на глазные яблоки — вариантов много.

Вторым и гораздо более редким даром человечеству стала способность видеть гемы.

— Гемы, — против воли мечтательно выдохнул я.

Именно эти странные шарики, наделяющие некоторых людей иррациональной Силой, святоши сделали своим основным оружием, заявив всем, что это дар божий для избранных детей своих.

Гемы бывают разные. Их можно добыть как из тварей, так и отыскать в Очагах, и за каждый гем церковь очень щедро платит. Именно возможность быстрого заработка манит людей в Очаги, причём не только светлых. Я всегда ношу с собой свой первый добытый гем. Даже цепочку специальную для него соорудил с амулетом, чтобы никто не смог разглядеть такое сокровище внутри. Это мой оберег, благодаря которому я всегда возвращаюсь из Очага. Ну, по крайней мере я в это верю. Сколько раз я пытался пробудить в себе Силу, не сосчитать, но все попытки были тщетными. Чёртова Сила не отзывалась на мой зов.

Есть и третий дар. Видеть гемы и иметь возможность пользоваться скрытой в их недрах Силой — далеко не одно и то же. На это способны лишь паладины веры. Именно так святоши назвали одарённых детей, что начали рождаться после Прорыва. Паладинов мало, а если быть точным, то чертовски мало, но каждый такой воитель стоит сотни обычных бойцов, а может быть, и тысячи. И всё из-за возможности пользоваться Силой гемов.

Стать паладином взрослому невозможно. По крайней мере так считается. Церковники даже теоретическую базу под этот феномен подготовили, что, мол, лишь чистейшая душа, не запятнанная грехом, может получить такой уникальный дар, но я в это не верю и упорно пытаюсь пробудить в себе Силу.

Треск раздавленного стекла. Проклятье, тварь уже зашла в квартиру. Мой единственный шанс немного отсрочить свою смерть — прикончить гончую точным ударом копья в глаз. Вся нечисть боится серебра. Точнее, не самого серебра, а сплава серебра и гемов, который изготавливают святоши. Они первые научились изготавливать оружие против нечисти, заявив, что рецепт был ниспослан им свыше, и с тех пор хранят этот секрет. Может, всё так и было, а может, среди них был гений, который и сделал такое важное открытие, а всё остальное было выдумано для красивой легенды, чтобы укрепить свою власть. Я не знаю, и в данный момент меня это не волнует. Главное, что при помощи этого сплава можно убить любую нечисть.

Из коридора послышалось рокочущее, утробное рычание гончей. Этот звук подействовал словно спусковой крючок. Все посторонние мысли мгновенно выветрились из головы, остались только я и адская тварь, которую мне надо убить. Убить несмотря ни на что, и плевать, что шум драки привлечёт остальных. Это будет потом.

Из дверного проёма показалась угольно-чёрная, вся в мелких шипастых отростках, морда твари. Пасть приоткрыта, видны острые жёлтые зубы, с которых стекает зелёная ядовитая слюна. Проклятье, ко мне в гости заявилась альфа стаи. Плохо, очень плохо, но вариантов нет — либо я, либо она.

Удар! Тварь уловила движение, дёрнулась, и лезвие моего копья лишь царапнуло гончую по шкуре, оставив на морде неглубокий порез. Серебряный клинок опалил плоть монстра, и в воздухе появился лёгкий дымок. Плевать, это уже мне не поможет. У меня был только один шанс, и я его только что профукал.

Альфа оскалила пасть, и её глаза полыхнули демоническим огнём. Эта тварь решила покончить со мной самостоятельно, не стала вызывать на подмогу стаю. Разума в этих монстрах практически нет, одни лишь звериные инстинкты хищников, даже высшие демоны — это всего лишь сильные звери, но гончая поняла, что я тут один, и решила поиграть с добычей, словно кошка с мышью.

Гончая замерла. Я знаю их повадки: стоит отвести глаза или моргнуть, как тут же последует стремительный рывок, чтобы вцепиться жертве в горло. Делаю осторожный шаг, чтобы перенести центр тяжести на другую ногу, затем нарочно мигаю, и тут же бросаюсь в сторону, и параллельно наношу удар. Скрежет металла о шкуру твари, инерция прыжка вырывает копьё из рук. Затем слышится треск межкомнатной стены, которую проломила своим телом промахнувшаяся альфа. В спину, на которую я приземлился, впиваются осколки разбитого стекла, и футболка начинает пропитываться моей кровью. Плевать, в руках уже зажат игольник. Ну, давай, подставь свою морду ещё раз!

Альфа вновь показалась в дверном проёме. Заметил, как из пробитого бока на деревянный пол капают зелёные ядовитые капли, отчего в воздух поднимается еле уловимый дымок. Проклятье, всего лишь царапина. Ух, здоровая тварь, теперь я могу видеть её целиком. Пасть оскалена, глаза горят, но нападать гончая не торопится. Умная, уже поняла, что я не так прост. Переминается с лапы на лапу, готовится к очередному прыжку.

Что может сделать такой зверюге игла скромного диаметра длиной с десяток сантиметров? Если окажется в теле, то будет прожигать плоть словно раскалённая кочерга, но для того, чтобы её туда загнать, надо попасть в глаз. Пробить толстую кожу слабосильная пневматика и лёгкая игла не в состоянии. Чёрт, позиция неудобная, слишком большой угол, стрелок я неплохой, но всё же не мастер.

Со стороны улицы раздался крик:

— Уничтожим нечисть, братья!

А вслед за ним взревел явно раненый бес. Альфа рефлекторно повернула голову в сторону звука, на мгновенье подставляя уязвимое место, и тут я выстрелил. Игла пробила глазное яблоко гончей и скрылась внутри черепа. Тварь взвизгнула, рванула вперёд, но её ноги подкосились, по всей видимости, ранение оказалось серьёзным. Неужели выстрел получился настолько удачным, что игла повредила мозг, отчего некоторые функции тела начали отказывать?

Рано я заговорил о везении. Рефлекторное сокращение мышц бросило тварь вперёд, и она всей тушей навалилась на меня. В тело вошли десятки шипов, а мозг ошпарило волной боли. Рядом с лицом клацнули монструозные челюсти. Тварь заёрзала в конвульсии, и моё положение усугубилось десятикратно. Шипы разрывали кожу и мышцы, кровь хлынула во все стороны, внутренности прожигала кислотная кровь монстра, но в голове осталась лишь одна мысль:

— Убью, тварь! — прошипел я.

Кое-как высвободив из-под туши руку, выхватил кинжал и вонзил лезвие во второй глаз монстра по самую рукоять, а потом провернул его внутри. Далее сознание поплыло, но я продолжил наносить удары куда придётся, пытаясь причинить как можно больше урона своей убийце. Кажется, я что-то кричал, но полной уверенности в этом у меня нет.

В том, что я умираю, сомневаться не приходилось. С такими ранами не живут. Даже паладины не вытащат. Да и зачем им тратить заряд гема на Отступника? Этот ресурс слишком ценен, а кто я? Всего лишь Безбожник, кому и жить-то позволяют лишь потому, что я способен ходить по Очагам и приносить Ковчегу пользу. Но, демоны забери, как же не хочется умирать!

Сил стащить с себя тушу гончей не осталось. Они покидали моё тело вместе с кровью. Вряд ли отряд, что сражается с бесом, услышал нашу возню на третьем этаже, так что они соберут добычу и пойдут дальше, в то время как один никому не нужный Отступник пополнит статистику пропавших без вести. Может быть, кому-нибудь повезёт найти наши тела. Наверняка из альфы удастся вытащить приличный гем. Да и у меня на шее висит целое состояние. Здоровенный гем, насыщенно-красного цвета. Гем с архидемона, который я никогда никому не показывал.

Перед глазами сами собой начали всплывать картинки. По всей видимости, агонизирующее сознание решило показать мне перед гибелью мозга наиболее важные, с его точки зрения, фрагменты из биографии обычного сёрчера.

Мне двенадцать, мама держит меня за руку, впереди маячит фигура отца, который прижимает к себе младшую сестрёнку. Мы бежим по проспекту вместе с другими людьми. Позади слышится нечеловеческий рёв нечисти, панические крики людей и очень неприятные чавкающие звуки. Я смотрю в наполненные ужасом глаза сестры, которая, в отличие от нас, видит, что происходит за спиной. Я кричу ей, чтобы она зажмурилась, но шестилетняя Ленка даже не моргает. Она просто не в силах пошевелиться.

И тогда из-за поворота появляется ОН. Здоровенная, рогатая зверюга в два человеческих роста, покрытая костяными наростами. Архидемон чем-то отдалённо напоминает гориллу, по крайней мере двигается, опираясь на передние конечности. Он играючи догоняет людей и разрывает их на части, буквально купаясь в человеческой крови.

Папа резко тормозит, мы с мамой в него врезаемся, сзади напирает толпа, нас сдавливают со всех сторон, слышатся крики, треск ломаемых костей, кто-то упал, и его мигом затоптала паникующая толпа. До ушей доносится крик Ленки, толпа оттеснила их и поволокла за собой вперёд, рука матери выскальзывает, я поворачиваюсь, но она уже скрылась из вида. Взрыв!