Андрей Дюкарев – Голгофа атамана (страница 5)
Маститый ученый и общественный деятель Ф.А. Щербина внимательно слушал кубанского Войскового атамана В.Г. Науменко, с которым они, «когда-то и где-то», то были единомышленниками, то оппонентами, и кивал, то ли в такт словам собеседника, то ли собственным мыслям.
– А скажите, Вячеслав Григорьевич, тяжела ли была эпопея по сохранению Регалий?18 Я-то ушел в 1936, лишь со стороны наблюдая Вашу борьбу с «самостийниками»19 как за сами Войсковые Регалии, так и в целом. Как ситуация складывалась потом?
– Ох, Федор Андреевич, потом тоже было очень не просто. Как Вы знаете, Кубанские Войсковые Регалии находились в Белграде в Военном музее. В 1941 году Германия напала на Сербию, музей был частично разбомблен и разграблен. Пропала и часть наших казачьих реликвий и святынь. В этот период пришлось опять отбиваться от самостийников, которые открыто встали на националистические позиции и стали пользоваться покровительством немцев. При поддержке немцев пытались забрать Регалии. Затем Германия напала на Советов, была долгая война. Но… Советы сломали немцев. В 1944 году Красная армия подошла к Белграду. Пришлось увозить Регалии все дальше в Европу, затем в Америку. Но Вы, знаете, Федор Андреевич, и в Америке пришлось нелегко. Находились и там проходимцы, желающие отобрать казачьи святыни. Только теперь их интересовали не политические аспекты, а возможность наживы. Ведь наши казачьи Регалии очень дорого можно было продать.
– Да, Вячеслав Григорьевич, безрадостную картину Вы нарисовали…А что же казаки, как повели себя в войне Германии с Советами?
Вячеслав Григорьевич Науменко, представший в этом загадочном месте в чине полковника Генерального Штаба, награжденный орденами и Золотым оружием за самоотверженные действия и доблестные заслуги в Первой мировой войне против немецких войск, тяжело вздохнул и отвернув взгляд в сторону будто пытался что-то разглядеть вдали. Затем повернувшись к собеседнику, тяжело сказал:
– А что казаки… Особо непримиримые с Советами стали формировать свои части и встали под знамена германской армии, другие под немцев не пошли… Когда мы сошлись с коммунистами в Гражданской, это была наша война. Когда в 1941 году пришли немцы воевать с коммунистами, это уже был внешний враг, пришедший на русскую землю.
– А Вы? Вы, господин атаман, где были?
Спокойно спросил Щербина и пристально посмотрел на Науменко.
В очередной раз тягостно вздохнув Войсковой атаман Кубанского казачьего войска Вячеслав Григорьевич Науменко в ответ посмотрел в глаза собеседнику.
– Я, Федор Андреевич, был с теми, кто на черкесках и гимнастерках нашили германского орла…
И Науменко опять отвернулся, невидяще смотря вдаль.
Повисла долгая пауза тишины. Затем тяжело поднявшись из кресла, соратник, а временами противник кубанского атамана, Федор Андреевич Щербина, взглянул в глаза Науменко.
– Идите господин атаман. Ваша Голгофа ждет Вас…
– Голгофа?
– Да. Вы еще не догадались? Странность места, Вы сами такой, каким быть не должны, мы все, которые не должны были уже никогда встретиться… Вы же поняли что уже покинули
Пружинисто поднявшись из кресла, Науменко шагнул к Щербине, и собеседники обменялись рукопожатиями. Затем молча развернувшись, придерживая шашку, человек, пребывающий в
***
Пружинисто отмеряя шага за шагом, хрустящую камешками, дорогу шел полковник Генерального Штаба, привычно придерживая шашку, на груди качались аксельбант и ордена. Слегка подрагивало марево воздуха, в пронзительной синеве неба все также не было ни одной птицы, безмолвная тишина обволакивала путника. Но он ничего не замечал. Ритмично отмеряя дорогу, он в очередной раз погрузился в размышления, вступив в диалог с самим собой.
– Вот так встреча! Это место не перестает удивлять! Надо же, – Федор Андреевич! Все такой же – собранный, погруженный в свои научные размышления, но все также остро-опасный в силу своего интеллекта.
– Да, странное все же сие место, интересное, но странное. Он ушел в 1936 году, я в 1979. И вот он сидит со своими книгами, занимается «штудиями», такой… Такой… Да таким он пожалуй был в период нашей Смуты революционной. И как будто вчера расстались…
И погруженный в свои размышления, не замечая дороги, Вячеслав Григорьевич Науменко продолжил свой мысленный разговор с оставшимся за поворотом дороги профессором Федором Андреевичем Щербиной.
– Вот Вы про Регалии спросили, Федор Андреевич. А ведь как мы с Вами в свое время поборолись за них, ох как спорили, как серчали друг на друга. Все Вам хотелось их из Белграда в Прагу перенести, поближе к себе. Только основная масса кубанских казаков осела в Сербии. Да, в Чехословакии тоже было много наших казаков, особенно молодежи, которая там училась. Но центр казачьей эмиграции был в Сербии. Опять же – Войсковой штаб и Войсковой атаман в Белграде, так почему Регалии должны быть в Праге? Эх, все наши политические, а скорее личные амбиции… Вот это сгубило нашу эмиграцию. Ну почему так? Вместо того чтобы консолидироваться, объединиться против настоящего врага стали грызться между собой. Клевать ближнего проще чем бороться с реальным врагом?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.