Андрей Дышев – Час волка (страница 8)

У меня в голове пронеслась ругательная тирада. Мой аппетит в отношении актрисы был весьма скромен, и я совсем не претендовал на что-то большее, чем на один час в общем автомобиле и на одну ночь в общей постели. Инга намеревалась поселиться в моих апартаментах минимум на месяц, причем, без продюсера, который был бы естественным заслоном между мной и ней. Значит, то, что произошло между нами, может повториться и в дальнейшем. А это в мои планы не входило. После Анны я зарекся заводить длительные отношения с женщинами.

– У меня пока не работает кухня и идет ремонт сауны, – сказал я. – Во дворе цемент, пыль, грязь.

– Это не важно. Все равно мы днем питаемся бутербродами, а вечером идем в ресторан, – махнула рукой Инга. – Ну, как? Завтра можно въезжать?

– Хуже всего то, – не сдавался я, – что рабочие иногда пашут здесь до глубокой ночи, а то и до утра. А когда работает перфоратор, это, знаешь, хуже зубной боли.

– Не переживай! – Инга доверительно опустила ладонь мне на плечо. – У нас половина съемок – ночные, и мы неделю можем сидеть в палаточном городке на Соколе.

– А хочешь, я помогу вам устроиться в гостиницу "Горизонт"? – уже без всякой надежды предложил я.

– Что ты! В "Горизонте" по коридорам отдыхающие толпами ходят. Там нет никаких условий для работы.

– Но у меня дорогие номера!

– У нас богатый продюсер, – так же уверенно ответила Инга. – Он все оплатит.

Мне ничего не оставалось, как принять ее предложение. Инга радостно хлопнула в ладоши и тотчас стала выбирать апартаменты для себя. Ей приглянулся однокомнатный номер на втором этаже с маленькой лоджией, откуда открывался чудесный вид на город. Я вздохнул облегченно – хорошо, что она поселилась не по соседству с резервацией.

В своем номере она и осталась ночевать.

7

Телефонный звонок застал меня в душе. Пришлось голому и мокрому идти к аппарату. Звонил Виктор.

– Ну, старина, ты даешь! – ворчал он. – Лишний час перекатал! Мне такой втык в школе дали! Ты хотя бы обо мне бы подумал! Я пошел тебе навстречу…

В его положении не стоило так откровенно наезжать на меня. Пришлось мне коротко, но доступно объяснять Виктору, что за все в жизни надо платить, в том числе и за удовольствие не возвращать вовремя долги.

– Подгони машину к моей гостинице, – сказал я ему. – Мы с Ингой договорились встретиться здесь.

Инга, наверное, еще спала, во всяком случае из-за двери ее номера не доносилось ни звука. Я не стал ее будить, спустился во двор, где уже добросовестно размешивал раствор мой самый трудолюбивый рабочий по кличке Доходяга, вывел "ниссан" из гаража и поехал на ремонтно-дорожную базу за цементом.

Вернулся я во втором часу, опоздав к началу занятий. Красная "шестерка" уже стояла у гаражных ворот, Инга и Виктор, присев на край капота, о чем-то говорили. Увидев мою машину, Виктор вяло махнул рукой и пошел к лестнице, ведущей на набережную. Инга, одетая, как и в первый день нашего знакомства, в велотрусы и длинную рубаху-косоворотку, сдержанно поздоровалась со мной и села за руль "жигулей".

– Сцепление, первая передача и плавно отпускаем педаль, – сказал я, подавляя зевок и понимая, что третьего занятия я уже не выдержу.

Машина зашуршала колесами. Мы вырулили на новосветское шоссе. Инга вела машину так, словно засыпала за рулем и никак не могла обогнать "таврию", за рулем которой сидел инвалид. Я смотрел по сторонам. Знакомый пейзаж действовал на нервы. Где Анна? – думал я. Почему не звонит и не приезжает?

Мы пропылили мимо гостиницы "Горизонт". Я вдруг хлопнул себя по лбу и посмотрел на часы. Без четверти два! Меня уже давно ждет Кучер!

– Останови! – крикнул я.

Инга ударила по тормозам. Я выскочил из машины. Мышцы на руках наливались готовностью к работе. Я сжал кулаки. Долгого разговора не будет, мысленно говорил я себе. Одна минута…

Я зашел в бетонную, изрисованную наскальной живописью коробку остановки. Там никого не было. Заглянул за нее. Ничего, кроме высохших следов жизнедеятельности.

Одно из двух, подумал я, возвращаясь к машине, либо уже ушел, либо не приходил вовсе.

– На рынок! – скомандовал я.

Инга, со страдальческим лицом толкнула рычаг скоростей и вздохнула:

– Сегодня такая скучная программа!

– Учеба – это всегда труд, – изрек я заплесневелую банальность и погрузился в свои мысли. Чувствует кот, чье мясо сожрал, охаивал я образ мешковатого увальня с идеально выбритой головой. Почувствовал недоброе, струсил, решил отсидеться дома. Но ничего, я тебя и там достану. Ты должен понять, что нехорошо продавать мой адрес незнакомым людям.

Машина точно передавала состояние Инги – полусонное, вялое, с заторможенными движениями. На подъеме у "Сурожа" двигатель стал захлебываться. Инга, как ни в чем не бывало, дремала за рулем.

– Да переключись ты на пониженную! – взмолился я. – Не чувствуешь разве, что еле тянет!

– А ты не ори на меня! – огрызнулась Инга. – А то назло не буду переключаться!

– Все! – покачал я головой. – С завтрашнего дня пусть Виктор тобой занимается. Я переоценил свои возможности.

– Слава Богу! – наигранно воскликнула Инга. – Наконец, мной займется настоящий профессионал, не самоучка.

– В самом деле! – продолжал я словесную перебранку. – Он за это деньги получает, а я с какой стати сунулся медведицу вождению обучать? Здесь надо не только педагогом быть, но и дрессировщиком, ветеринаром, зоотехником…

– Это кто медведица?! – вспылила Инга. – Это ты на меня намекаешь?

– Да не дергай ты руль! – крикнул я. – Вперед смотри!

– Нет, ты мне зубы не заговаривай! – завелась Инга. – Ты мне ответь, кого ты назвал медведицей?

– Да я тебя еще не так назову! – рявкнул я, хватаясь за руль. – Вернись на правую сторону!.. Стой, черт тебя возьми! Выметайся с водительского места! Хватит! Откатала свое! Тебе на телеге год тренироваться надо…

Инга продолжала сидеть, крепко сжимая руль. Я вдруг заметил, что ее ресницы дрожат, а на глаза наворачиваются слезы. Ну вот! – подумал я. Перебор!

– Ну-у, – протянул я примиренческим тоном и взял ее за мочку уха. – Не сердись. Я не хотел тебя обидеть.

– Так всегда, – тихо произнесла Инга. – Вчера ты был другим.

Сзади неистово гудел автобус. Мы застряли на автобусной остановке и всем мешали.

– Давай-ка проедем немного вперед, – сказал я. – Ты посиди, успокойся, а я на минутку сбегаю на рынок.

Инга ничего не ответила, на малом ходу прокатилась вперед, остановилась напротив ограды и входных ворот, где тусовались менялы. Я вышел из машины, поискал глазами, но Вечного Мальчика не нашел. Его не было ни в дверях в мясной павильон, ни у будки обмена валюты.

Я покрутился, купил стакан семечек и уже хотел было возвратиться к машине, как увидел мелкое личико с усами, возвышающееся над пирамидами ранних арбузов. Вечный Мальчик, слюнявя палец, отсчитывал кому-то гривны, профессионально поглядывая по сторонам.

Семечки были пережженные, горькие, и я веером рассыпал весь кулек на асфальт, голубям. Вечный Мальчик рассчитался с клиентом и медленно двинулся в обход своего рабочего места, похлопывая пачкой купюр по ладони. Он прекрасно видел, что я хочу с ним поговорить, но, следуя своей идиотской привычке, тянул время.

Я не стал гоняться за ним по пятам, быстро пошел к мясному павильону и встал за дверью у стены. Вечный Мальчик, сделав круг, стал приближаться ко мне. Он меня не видел и, чувствуя, что потерял объект из поля зрения, стал крутить во все стороны головой и даже хлопать пачкой денег перестал.

Он встал ко мне спиной, чтобы видеть весь круг, и в этот момент я шагнул к нему, крепко схватил за ворот рубашки и притянул к себе.

– В кошки-мышки со мной играешь, недоросль? – зашипел я, припирая менялу к стене и легко, как в бубен, шлепнул по его хилой груди.

– Отпусти! – огрызнулся он, хватая меня за запястье потной рукой. – Мужиков свистну – пересчитают тебе ребра.

– Ну-ка, свисти!

– Да не хочу я никаких дел с тобой иметь! – громче сказал Вечный Мальчик, царапая мою руку обгрызенными ногтями.

– Когда дело касается Кучера, – пояснил я, – то мои просьбы надо выполнять.

– Ага, выполнять, – кивнул он, по-прежнему избегая смотреть мне в глаза. – За идиота меня принимаешь? Я в такие игры не играю.

– Что ты несешь? – поморщился я. – Ты предупредил Кучера, что я хочу его видеть?

– Нет! – огрызнулся меняла и как-то странно взглянул на меня своими выцветшими глазками. – Как-то, знаешь, не удалось объяснить покойнику, что ты его хочешь видеть.

– Что?! – Я невольно разжал пальцы. – В каком смысле – покойнику?

– В прямом, – ответил Вечный Мальчик, разглаживая на груди рубаху. – Задохнулся Кучер… Вчера вечером сосед нашел его в гараже. Машина работала на холостых, а Кучер на полу под выхлопной трубой лежал.

Я отступил на шаг, и меняла тотчас этим воспользовался, бочком выскочив на волю. Обалдев от такой новости, я продолжал стоять под козырьком павильона, глядя, как Вечный Мальчик, поглядывая на меня своими перископическими глазками, странным круговым маршрутом удаляется все дальше и дальше, бормоча под нос про доллары, рубли и гривны.

Ну и ну, подумал я, вытирая со лба внезапно выступившие капли пота. Вот чего не ожидал, того не ожидал. Это что же? Несчастный случай или убийство? Вчера вечером… Значит, всего несколько часов спустя, как Инга, прикидываясь нумизматом, выпытала у него мой адрес. Черт возьми, но складывается ощущение, что Кучера грохнул я.