Андрей Десницкий – Библия: что было «на самом деле»? (страница 6)
В результате все находки в Мегиддо получили привязку к библейским нарративам: Давид разрушил хананейское поселение в Мегиддо, его сын Соломон построил там дворцы, а они были, в свою очередь, разрушены во время нашествия фараона Шешонка I. Далее, обнаруженные в Мегиддо конюшни более позднего времени принадлежат царю Ахаву, который выступил на войну с двумя сотнями колесниц.
Точно так же и другой знаменитый археолог, Уильям Дивер, датировал находки в Гезере временем расцвета Соломонова царства, то есть второй половиной X в[9]., и даже считал характерную для данных слоев керамику надежным признаком датировки других археологических памятников, но единственным доказательством выступал опять-таки библейский текст. Как отмечает Исраэль Финкельштейн[10], интерпретация начинает ходить по кругу: археологи, базируясь на библейском тексте, датируют свои находки и связывают с определенными событиями, описанными в этом тексте, а далее уже принятая ими датировка служит для подтверждения истинности библейских повествований. На самом деле, утверждает он, находки Ядина и Дивера не дают надежных сведений об абсолютных датировках, они лишь дают возможность судить, какие слои более ранние, а какие – более поздние.
Датировка – всегда спорный момент, но сегодня археологи склоняются к тому, что ворота в Мегиддо, самые большие из найденных, относятся к VIII в. до н. э., когда Соломона явно уже не могло быть в живых[11]. И в любом случае сходство строений не обязательно указывает, что они построены по одному плану и по единому замыслу: возможно, тогда просто было принято строить именно так. Но точно так же нельзя сказать, будто археология опровергла рассказ о строительной программе Соломона: отсутствие свидетельств – не свидетельство отсутствия.
Но вернемся к арадскому святилищу, чтобы понять, как археологические находки могут полнее показать нам то, что в Библии упомянуто лишь косвенно. Во внутреннем святилище арадского храма найдены две каменных стелы и два небольших жертвенника. Кому же они могли быть посвящены, если израильтяне поклонялись только Господу? Ответ может предложить пифос (большой сосуд), найденный в местечке Кунтиллет-Аджруд на Синае[12]. На нем есть хорошо читаемая надпись, в которой некий царь передает свое приветствие трем другим персонажам (мы ничего не знаем об этих людях): «…благословляю тебя Яхве Самарийским и его Ашерой».
Имя собственное יְהוָה, которое мы переводим сегодня как «Господь», в древности могло звучать примерно как
Ашера (иногда ее смешивают с Астартой) – в языческом пантеоне женское божество, обычно спутница другого, мужского божества. И если в Тель-Араде израильтяне не придерживались провозглашенного в текстах принципа «поклоняться Господу в одном-единственном месте», то, видимо, не придерживались и строгого единобожия? Но и ветхозаветные повествования полны свидетельств о том, как смешивалось поклонение Господу (Яхве) с поклонением неким дополнительным женским божествам: «Если от всего сердца возвращаетесь вы к Господу, то удалите от себя чужих богов, Астарт, обратитесь всем сердцем к Господу и служите Ему одному» (1 Цар. 7:3). А спустя несколько веков царь Манассия установил в храме ту самую Ашеру-Астарту, которой, по-видимому, поклонялись и в Араде (4 Цар. 21:7). То есть в данном случае археология скорее дает практическую иллюстрацию для библейского повествования.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.