Андрей Дай – Выход Силой (страница 25)
- Да, ваша милость. Мой отец иногда берет подношения.
- Молодец, - кивнула Ксения. – Победил искушение легкого пути. Мог и соврать. Правду мы бы все равно никогда не узнали.
- Его милость знает правду, - возразил гигант. – Иначе бы он не спрашивал.
- Ты знал? – удивилась девушка.
- Догадывался. Но разговор сейчас не обо мне, а о Вышеславе. И тебе, сударь, нужно будет сделать вот что...
6.Руна Логр
Неделя до ВеликоВелеса. 1148 год
Последняя неделя месяца Februarius ю.к.
Руская Литература читалась на языке русов, а Славянская на славянском. Учитель ромейского, как и преподаватель латыни, использовали соответствующие языки. Остальные наши наставники в выборе были не ограничены. Кто-то вел урок на славянском. Другие предпочитали сканди. А историк – единственный из всех – использовал русский.
Так-то ничего в этом необычного нет. Славяно-скандинавский суржик активно внедрялся в быт населения империи. В Сети уже было полно страниц, целиком написанных на этой хелевой смеси наречий. Существовали кабельные платные телеканалы и радиостанции вещавшие на нем. Высоколобые интеллектуалы с экранов телевизоров вовсю философствовали на тему признания русского третьим государственным, а после, когда подавляющая часть подданных на нем заговорит, то и единственным.
Признаться, была в русском какая-то неосознанная привлекательность. Соблазн. Должно быть, приятно говорить на том языке, который способны понимать абсолютно все вокруг, а не как сейчас – у каждого медвежьего угла свой. Тут и ходить далеко не нужно. Взять хотя бы наше княжество. Берхольм говорит преимущественно на славянском, но стоит отъехать верст сток югу, и там уже в чести фризский. Вернее, дикая смесь наречий русти, варангов и стародатского. Еще южнее, в горной части домена, скандинавского становится больше, а славянский даже не все понимают, не то, чтоб еще и говорить. Юго-западные равнинные фюльке* наоборот – совершенно славянские. А Юго-восточные, Шорские, вообще вотчина тюркских инородческих князьков, говорящих на своих языках.
/*фюльке – буквально, области чего-то большего. Административно территориальная единица. Часть страны или княжества, под управлением ярла или хевдинга./
Только были у меня весьма обоснованные сомнения, что этот русский все-таки приживется. И дело не только в его явной искусственности. Я, например, представления не имею, каким образом совместить дух значений слов нескольких совершенно разных языков. Простой пример: на dansk tunga, а значит, и на сканди понятие «богатство» - rike – произошло от слова rige – царство, страна, государство. Подразумевается, что богатство достается человеку от или с властью. В славянском же, есть целых два, одинаковых по смыслу, но разных по духу, слова. Жир – в значении нажитых, трудом заслуженных вещей или денег, и богатство – как нечто, дарованное Богами, имущество доставшееся даром, найденное или даже украденное. Ни о какой «власти» славяне и думать не желают. Как, впрочем, и тюрки. В их языке «богатство» и «дар Бога» - это одно и то же слово.
И как этот, совершенно разный подход, совместить? Какой из языков взять за основу? Славянский? Так высшая аристократия будет против. Эти, даже если семья имеет славянское происхождение, говорят по большей части на сканди. Славянский – тоже так себе вариант. Хотя бы уже потому, что в Империи проживает несколько десятков славянских народов, обладающих собственным наречием или говором, и, зачастую, друг друга совершенно не понимающих. Официальным же был признан тот, на котором общались жители окрестностей столицы. И он же стал языком всей славянской литературы.
Но, не смотря на все усилия, за тысячелетие жители державы так и не стали единым народом – вот в чем проблема. Западные княжества сами по себе, центральные – сами, восточные так и вовсе- больше китайские, чем русские. У каждого племени свои Боги, свои сказки, свои беды, дворяне и праздники. И только власть над ними всеми одна. Власть Силы.
- Каждое поколение, Антонушко, - мудро высказался по поводу новомодного русского старый эконом, один из моих воспитателей. – В молодости выдумывает свой язык. Потом юноши становятся отцами, и возвращаются к речи своих предков. Что поделать?! Молодым всегда хочется все менять...
Наверное, я какой-то неправильный молодой. Мне русский не понравился, хотя и был, в общем-то, понятен. Да и сама идея – общей для всех речи, как-то к сердцу не пришлась. Как по мне, весьма удобно знать и говорить на обоих государственных языках. Рычать или взывать к Богам на сканди, петь протяжные красивые песни на славянском, ругаться на тюркском, читать оды на греческом, а законы на латыни. Что за глупость – смешать эти прекрасные инструменты в одну кучу?
Нужно признать, в исполнении учителя это жонглирование словами и понятиями было интересно слушать. От некоторых словоформ, вроде «отправились викинговать» даже холодок восторга по спине прокатывался. И все-таки, будь его рассказы на каком-нибудь из официальных языков, я мог бы пытаться уловить оттенки. Нюансы подачи материала, из которых могло бы стать понятно общее направление в современной внутренней политике государства.
Но этот урок Злотан Чеславович Богданов начал с другого. С громогласного и восторженного объявления. Конечно, снова на русском, чтоб автора этого словарного калейдоскопа тролли сожрали!
- Господа лицеисты, слышали ли вы новость? Императорский суд снял все обвинения с Велизара Велиславовича Костыны, хозяина и редактора нашего любимого новостного портала «Сибирский Край»! Обращение в суд высшей инстанции подготовили специалисты Адвокатского дома Капон. И они же осуществляли защиту интересов портала на самом слушанье.
- Что еще за «Край»? – тихонько поинтересовался я у Ксении, пока учитель был занят наведением порядка в классе. Оказалось, что далеко не все разделяли восторг Богданова. Мастерок с прихлебателями так и вовсе настроен был откровенно враждебно к «хозяину и редактору».
- Портал в Сети, - так же тихо ответила Баженова. – Новостной. В оппозиции к мэру и правящему совету Мастеров.
- Хорошие журналисты?
- О! Проныры те еще. Болтают, этот Костына чуть ли не целую разведывательную сеть в Берхольме создал. Такие вещи раскапывают, что жандармы удивляются.
- Ну-ну, - прервал нашу светскую беседу Злотан Чеславович. – На этом реплики с мест считаю излишними... Вернемся к теме нашей сегодняшней беседы: «Завоевание провинции Британика племенами древних германцев»...
Не интересно. Тем более что было это давным-давно: лет этак за четыреста до Империи. Раздираемая гражданскими войнами Римская империя вывела из Британии свои легионы, и этим прямо-таки пригласила занять опустевшие каструмы отрядами с полуострова Ютландия. Юты с англами, а следом – саксы с варангами, быстренько навели свои порядки на острове... Но эти земли столько раз завоевывали, что переселение части древнегерманских племен в истории тех веков совершенно проходное, обыденное событие. Единственное что: варанги – вообще-то одно из племен фризского союза. Как раз то, что триста лет спустя походов на Британику, приняло самоназвание – русти. И они же, после того как их главный город Дорестад смыло наводнением, следом за Рюриком Фрисландским, переселились в окрестности Альдебъерга и Хольмгарда. И – да! Ирония судьбы, но именно русти «поделились» именем со всеми скандинавскими переселенцами на земли славян. А «варанг», преобразовавшись в «варяг», стал означать участника личной дружины, хирда, правящей из Хольмгарда династии.
Но, как по мне, так это не повод заучивать имена варварских вождей, высадившихся с длинных лодок, тролли знают - куда и когда. Ну, да. Захватчики, смешавшись с коренным кельтским населением, создали новый, англо-саксонский, британский этнос. Но нам-то, здесь, в центре Сибири, полторы тысячи лет спустя, что с того? Остров-то потом еще несколько раз завоевывали и создавали этносы. Даны, потом – франки, будто бы медом им там всем было намазано. Нашли, к воронам, Ирий земной – молочные реки с кисельными берегами…
У Богданова, впрочем, и эта скучная тема выходила на удивление живой и складной. Словно древние сказания о героях, Богах и походах. Эпичные битвы, в которых, к слову сказать, редко участвовало больше тысячи человек с обеих сторон. Великие вожди, без всяких сомнений огнем и мечом освобождавшие земли под расселение своих соплеменников. Сложная политическая обстановка, когда на ста квадратных верстах плодородных земель могло уместиться три-четыре независимых королевства. Ну, да. В заливаемой морями Фризии, или в переполненной людьми Дании и того места не было…
Место. Старики воспитатели не раз и не два повторяли: у каждого в Мидгарде есть свое место. И чем раньше ты поймешь, осознаешь и займешь его, тем счастливее станешь. По праву крови, по велению сердца или волею Богов и данных ими талантов. Древние Норны плетут свои нити, на которых – узелками – переплетенья наших Судеб, на положенных им высшими силами местах.