Андрей Бузлаев – Последнее дело Джека Рэтчета (страница 41)

– Ну как? – кокетливо улыбнулась девушка и чуть покрутилась перед детективом, позволяя насладиться видом сразу со всех сторон.

– Вот зеркало, взгляни сама, – подозвал её Джек, пытаясь тем самым отвлечь её и спрятать за спиной небольшой футляр. Это оказалось делом не простым, ведь на нём всё ещё не было даже штанов… зато девушка сразу увидела, как ему.

Когда она подошла к зеркалу, Рэтчет неспешно приблизился сзади, стараясь не напугать и не натолкнуть на какие-то нехорошие мысли, ведь не смотря на реакцию организма, шёл он к ней с совершенно иной целью и, склонившись к её ушку, прошептал:

– А не хочешь собрать волосы в какую-нибудь причёску, или вроде того? Не знаю, как это точно называется.

– Тебе не нравится, когда у меня распущенные волосы? – наигранно возмутилась она, пристально посмотрев на него через зеркало.

– Наоборот, очень нравится! – поспешил оправдаться детектив, поняв, что сам загнал себя в угол этой просьбой. – Просто мне и твоя тонкая шея нравится, а если волосы собраны, то и поцеловать её можно в любой удобный момент.

– Выкрутился, ты посмотри! – усмехнулась девушка и приподняла локоны, начав разглядывать себя уже в таком виде.

А Джек именно этого и ждал — стоило ей убрать волосы, как он в одно движение накинул ей на шею колье с рубинами и бриллиантами. Конечно, оно уступало тому, которое навешивал на неё Голдштейн, однако всё равно смотрелось очень внушительно. Рубины собирались в гроздья винограда, обрамлённые искристыми каплями росы — бриллиантами. И всё это в золотой оправе и в сочетании с зелёным платьем, подобном виноградной же листве — тот портной именно так его охарактеризовал. Джек не сомневался — она затмит всех на предстоящем вечере.

Увидев украшение, девушка в изумлении повернулась к Джеку. А тот не стал ничего говорить. Просто её поцеловал. И тут же принялся помогать ей избавиться от платья, ведь у них был ещё весь день впереди…

Около пяти вечера за ними заехал Сэм, на взятом в аренду простеньком чёрном кадилаке. Увидев Рэтчета в его дорогущем смокинге, да и огненную во всех смыслах красотку рядом с ним в сногсшибательном платье, Стоун сразу почувствовал себя шафёром у парочки богатеев. И без лишних пояснений понял, что именно под этой легендой ему и придётся весь вечер ошиваться рядом с тем парфюмерным магазином, куда они направлялись. Сэм даже успел за минувший день навести кое-какие справки об этом местечке… правда, это мало что ему дало.

Заметив реакцию друга на их внешний вид — все её оттенки — Джек решил, что не стоит говорить ему, что Чарли тоже в числе приглашённых, а не будет отсиживаться вместе с ним на галёрке.

Когда Стоун остановил авто перед шикарными витринами парфюмерного магазина и выскочил из машины, чтобы открыть для них дверь, Джек вдруг с запозданием осознал, какой же огромный внутри этот магазин: там уже собралось больше сотни человек, а многие всё ещё толпились перед входом, или только-только подъезжали.

Вся публика едва начинала собираться, потому их с Джудит появление оказалось поистине фееричным, словно прибыла парочка кинозвёзд. Рэтчету это даже немного польстило, однако он с радостью избежал бы всего этого внимания к своей персоне.

Впрочем, когда они вошли в зал, его только прибавилось. Что не удивительно, ведь их парочка была не только крайне яркой, приковывающей к себе взгляды, но ещё и новой для подобных встреч, где собиралась практически одни те же лица. Любой новый гость вызывал ажиотаж, что уж говорить о столь заметной и красивой паре.

И первым, кто решил высказать всё это, а заодно и поприветствовать их на этом вечере, оказался никто иной, как… Джим Нэпьер, вдовец Кэт. Увидев его довольную, расплывшуюся в улыбке физиономию Джек с трудом сдержался, чтобы не врезать по ней… однако быстро приметил его потухший взгляд и очередной, наверняка не первый, бокал в руке.

– Джек Рэтчет, какая встреча!

– Приветствую, мистер Нэпьер.

– Что ты, что ты! Просто Джим. Каким ветром тебя занесло на эту тухлую, уж прости, вечеринку? Я, признаться, сам не любитель всех этих пахучих… штук. Слишком резкие запахи для меня. Но мне надо было выбраться из дома, развеяться… а тут наливают неплохой скотч! И это единственное чёртово мероприятие, которое проходит в нашем городе сегодня, ты представляешь? Да и здесь все, чего уж… Ой, прости. Задал вопрос и не позволил тебе ответить, как грубо. Так как тебя сюда занесло, дружище?

– Просто пригласили по случаю, отказать было бы не вежливо. Да и раз уж, как ты говоришь, тут все — чем не повод заявить о своём существовании сильным мира сего? Мало ли, кому из них могут пригодиться мои услуги?

– О, а у тебя есть эта жилка… как её…

– Предпринимательская? – подсказал Джек, видя, что у Нэпьера того гляди язык заплетаться начнёт.

– Да-да, она, верно! Но будь осторожен, Джек. Акулы здесь тоже рыщут. Остерегайся хотя бы… вон того толстяка. А я пойду поищу себе ещё выпить.

– Джим, могу я дать ответный совет? – Джек поймал парня за плечо и приблизился к нему, чтобы их не могли услышать окружающие. – Не налегай на выпивку. Труднее следить за тем, что говоришь. А я уверен, тебе бы не хотелось сболтнуть лишнего при «акулах», я прав?

– Спасибо дружище, прав, – Нэпьер похлопал Джека по руке в знак благодарности и немного резко кивнул головой, соглашаясь. – Тогда поищу закуски…

Стоило Джиму направиться на эти поиски, как упомянутый им толстяк сменил его перед Джеком, сразу заговорив в своей наглой и бесцеремонной манере.

– Вижу, времени ты не теряешь, Джек? – начал напирать на него Голдштейн. – Разве мы с тобой об этом договаривались?

– А что, собственно вас смущает, мистер Голдштейн? Вы просили раздобыть компромат на Джима Нэпьера. Я втираюсь к нему в доверие под видом обычного сыщика, заинтересованного в расследовании смерти его супруги. Тем более, что я действительно заинтересован как никто. Или мне надо было связать его в его же собственном подвале и пытать, пока он не сознается, где этот искомый компромат? Так за подобными методами ведения дел вам лучше обратиться к собственным быкам, а я так не работал и не собираюсь, что бы вы там себе не думали.

– Да не смеши меня, Джек. Мы оба прекрасно знаем, что плевать ты хотел на все эти компроматы и роешь землю исключительно вокруг этих убийств. Имей в виду: как я вытащил тебя из-за решётки, так и верну туда в минуту!

– Крайне некрасиво получится, вам не кажется? – Джек продемонстрировал собеседнику самую радушную из своих «улыбок дурачка», как он сам их величал. – Не уверен, что такое обращение с деловыми партнёрами пойдёт на пользу вашей репутации. Впрочем, решать вам, конечно.

– Не юли, Рэтчет! Думаешь, на тебя без этого управы не найдётся? Девку твою я хоть и отпустил, но мы оба понимаем, что стоит мне только…

– Сдохнешь в тот же день, – твёрдо пообещал ему Джек не дав договорить, глядя прямо в глаза.

Получив столь неожиданный отпор, Голдштейн отпрянул, пытаясь собраться с мыслями и решить, как действовать дальше. Но в тот же момент к Джеку подошёл тот самый «таксист», начав громко его приветствовать:

– Джек, как я рад, что тебе удалось вырваться, дружище! Без тебя этот вечер для меня бы умер!

– Привет. Да, сам очень рад. Как ты?

– О, прекрасно! Да, ты ведь помнишь, что после…

– Конечно!

– Прекрасно! В таком случае, я тебя оставлю. Пройдусь по другим гостям. Нужно убедиться, что все друзья в сборе. Впрочем, ты здесь — а это для меня главное! Развлекайся, презентация скоро начнётся.

По лицу Голдштейна сразу стало ясно — он узнал этого индуса. Вернее, он узнал в нём кого-то своего, из своего мира. Опознал в нём акулу куда крупнее себя. С которой Джек на его глазах общался как с равным, а то и…

– А ты полон сюрпризов, Джек, – протянул он, чуть отойдя от первого шока. – Хорошо, будь по-твоему — я отстану и дам тебе волю «творить». Мне важен лишь результат работы, а не как ты её выполнишь, тут ты прав. А ты получишь полноценную оплату за всю эту работу. Помимо… аванса, – он бросил быстрый взгляд на притихшую за спиной Рэтчета Джудит и поспешил уйти.

Глава 24

– Джек, я… – протянула было девушка, приблизившись к детективу, но он не дал ей договорить.

– Не переживай, он не посмеет тебя тронуть, ты сама всё слышала. Проблема решена, не надо о ней больше волноваться.

– А что за работа? Я слышала только последнюю часть вашего разговора, решила сходить за шампанским. Или ты хотел виски?

– Шампанское подойдёт. Тоже ничего серьёзного. Думаю, я и это смогу уладить без лишних… трудностей, – Джек с трудом подобрал нужное слово, едва не брякнув «жертв» вместо этого, спохватившись в самый последний момент — это могло лишний раз напугать девушку, а это в его планы не входило.

– Ты уверен? Если Вини чего-то требует, то…

– То он может поцеловать мой ирландский зад, поверь. Ты разве не застала, как меня приветствовал во-он тот парень, в белых одеждах?

– Ты о Риши Прахатру-Стоги? – с ноткой изумления уточнила она.

– Да, он мой близкий друг, – закивал Рэтчет, с трудом сдержав изумление — он-то слышал его имя впервые, а девушка уже откуда-то знала.

– Но ведь он… невероятно влиятельный, богатый, и…

– И мой близкий друг, да.

– А ты точно простой детектив? Водишь дела с Вини и Джимом Нэпьером, дружишь с Риши… Кто вы, мистер Рэтчет? – она чуть усмехнулась, крепче прижимаясь к его руке.