Андрей Бузлаев – Последнее дело Джека Рэтчета (страница 22)

– Есть версии, что он хочет нам показать? – уточнил Сэм, выпустив из ноздрей сизые струи дыма и внимательно что-то пожевав.

– Есть уверенность, а не версия. Я точно знаю, что там. И ты тоже знаешь, хоть и убеждаешь себя, что это лишь версия и всё не так. Нет, всё так: он ведёт нас туда, лишь чтобы показать труп новой жертвы. Останки, говоря точнее.

– Паршиво.

– Паршиво будет, если я опять с ним знаком, Сэмми. Всё остальное для нас вполне приемлемо. Неприятно, но не более.

– Да, тут ты прав. Знаешь, в таком случае, позволю дать тебе совет, раз уж твоего адвоката сейчас здесь нет: даже если ты узнаешь жертву — засунь свой язык в задницу так глубоко, чтобы даже чёртовы спелеологи не смогли его отыскать! Скажешь об этом только мне и только в тачке, когда мы отъедем от участка и убедимся, что за нами нет «хвоста». Всё понял?

– Предельно, друг мой. А теперь ты засунь себе в задницу свой окурок и побежали — толстяк дошёл и негодует из-за нашей задержки.

Спешно нагнав Чарли и получив от него положенный «взгляд любви», они проследовали за ним через металлические двери-болтушки, в небольшую комнату, в центре которой было установлено несколько медицинских каталок, а вдоль стены стояли те самые знаменитые выдвижные холодильники для трупов. Едва взглянув на всё это великолепие Сэм похолодел и в ужасе сглотнул, готовясь распрощаться с недавним перекусом. А вот Джек и Чарли остались холодны, смело направившись к одному из столов — тому, рядом с которым стоял высокий, тощий юноша неопределимого возраста, державшийся за край простыни, укрывавшей стол. Парню могло быть и двадцать и сорок, понять это наверняка не смогли даже опытные сыщики, включая лично знакомого с патологоанатомом Чарли. Лицо его осталось во всех смыслах бесцветным, не выражая никаких эмоций. Скуку разве что, при том столь же смертельную — под стать помещению.

Вяло переведя взгляд со стены на Чарли и получив от того кивок, парень сдёрнул с кушетки простынь, позволяя вошедшим взглянуть на её содержимое. И Джек оказался прав, это действительно были останки, человеческий конструктор, схематично собранный воедино. Но часть деталей отсутствовала, и скрепить их было нечем.

А самым паршивым для Рэтчета стало то, что он действительно знал этого парня — на кушетке лежало тело Дарэ′ла, вышибалы из ближайшего к офису детективов бара. Чернокожий парень смотрелся крайне противоестественно, Джек с трудом его узнал. Не удивительно, ведь крови в нём не осталось, да и мышцы все потеряли тонус, от чего лицо казалось каким-то оплывшим, не похожим само на себя.

Тем не менее, Джек размышлял больше о другом. Он прикидывал, как быстро полиция сможет вычислить их связь. «За пять минут после того, как установят личность, – мрачно кивнул он собственным мыслям. – Тут же выяснят место работы, приедут — а я в соседнее здание захожу. Впрочем, Чарли это даже не потребуется. Значит, юлить бессмысленно».

– Вот, нашли пару часов назад, – Чарли завёл разговор издалека.

Сэм издал сдавленный звук и отвернулся, тоже узнав креола, позволяя Джеку вести диалог со старым другом. Рэтчет понял это не сразу, но не дал паузе затянуться дольше требуемого.

– Мило. Всё как всегда?

– Да, всё то же самое: стальной короб, немного крови, нет кусков мяса и шеи. На кой чёрт им это мясо я всё в толк не возьму?

– А что, ты уже отказался от версии с крюками?

– Смотри-ка, помнишь ещё мою науку, – заулыбался толстяк, точно услышав похвалу. – С одной стороны да, с другой… Понимаешь, это могут быть крюки. Но это не более, чем предположение.

– Да, понимаю. Сам недавно растолковывал Стоуну разницу этих понятий. Да, Сэмми?

Вместо ответа Сэма вырвало — он наконец нашёл подходящую для этого раковину и решил не сдерживаться.

– Смотри-ка, подтверждает, – усмехнулся на это Чарли.

Тут Джек хмыкнул уже искренне, после чего уточнил как бы между прочим:

– Ладно, а что по жертве?

– Пока даже личность не установили, проверяем.

– Не утруждайтесь, я помогу.

– Ты с ним знаком? – Чарли тут же напрягся.

– Не то что бы — видел пару раз. Может быть, он пару раз дал мне по морде. Я не уверен, но пил я там, морда у меня болела, и бить меня было за что. В сущности, я принимал это как должное и зла на него не держал. Как и он на меня.

– Да кто он, чёрт возьми?

– Вышибала из бара неподалёку от нашего офиса. Да′рел, не то Дарэ′л, – Джек сделал вид, что не уверен. – Спросите лучше в забегаловке, там вам точно скажут.

– Ты уверен?

– Конечно нет! С чего бы? Мало что я с ним не был особо знаком, так эти покойники ещё и сами на себя не похожи, точно их за мгновение до смерти пришельцы похищают, а вместо них кукол бросают! Мне-то откуда знать? Съездите в бар да спросите! Если он там, то я ошибся и он сам вам об этом сообщит. А если его нет… не мне учить тебя работать, Чарли.

– Да, тут ты прав — не тебе. Закрывай, мы закончили. Знаешь что, малыш Джеки? А тебе не кажется, что всё это слишком плотно вертится вокруг тебя? Тебя это не напрягает?

– Напрягает ещё как! Мой напарник даже отличное выражение придумал для описания этой ситуации. Хочешь услышать? Тебе должно понравиться.

– Ну-ка?

– «Фонтан дерьма на наши головы!»

– Как метко, а! Ну ты слушай друга, он дело говорит. Всё летит именно на ваши головы и вам пора бы с этим что-то делать.

– Нам? Не мы тут полиция, Чарли, а ты! Не хочешь разобраться, какого хрена маньяку вдруг так приглянулась моя спивающаяся рожа?

Чарли нахмурился и направился к дверям, но на выходе вдруг замер, словно что-то вспомнив и, обернувшись, уточнил через плечо:

– Ты продолжаешь пить?

– Нет, пока держусь. И планирую продолжить. А что?

– Волнуюсь за тебя, дурака… Может, оно и лучше было бы, если б тебя посадили.

– Спасибо за заботу, друг! – с издёвкой усмехнулся Джек. Тем не менее, он прекрасно понял, что имел в виду наставник. Его и самого уже посещали подобные мысли. «Да, порой тюрьма и впрямь лучший выход, чем вот так раскорячиться меж молотом и наковальней» – размышлял он, направившись вслед за полицейским. Они с Сэмом вновь отстали — хоть и не намеренно в этот раз — однако лишь на пару секунд задержавшись в морге они уже не обнаружили Чарли, выйдя в коридор. Переглянувшись, сыщики поспешили к лестнице, не задерживаясь больше.

После прохладного подвала на первом этаже участка было откровенно душно, дышалось с ощутимым трудом. Да и воздух показался Джеку более затхлым. Однако пропал запах крови и медикаментов, сопровождавший их в покойницкой, потому он не возражал.

Едва поднявшись на этаж они приметили Чарли — тот стоял рядом с Саливаном и отчитывал его. А рядом сидел вполне бодрый, — а не развалившийся по скамье как совсем недавно, — профессор. Он сидел смирно, ровно, чуть притупив взор и… подперев голову рукой. Джек не сразу понял, но стоило ему приблизиться, и до него дошло, что Жак не голову подпирает, а держится за ушибленную щёку, стыдливо прикрывая распухший на ней синяк.

Стоило Сэму и Джеку это понять, как они не сдержались и захохотали, бесцеремонно огласив своим смехом весь участок. Да что там смех — Джек даже руку Саливану пожал! Это ж надо — найти столь лёгкую управу на буйный норов пьяного «Паганеля», бушующего в поисках новой порции выпивки.

Рэтчета и Стоуна продержали в участке ещё почти три часа. Им пришлось и самим дать показания, и помочь разобраться с лепетом профессора, к тому же порядком его изменив. По сути, он выложил всё как было, а не как стоило, потому Джек сам надиктовал полиции всё, что было нужно, а Дэвидсон только это подписал. Чарли без труда разобрался в ситуации, и согласился взять его на поруки и разъяснить ему суть ещё раз, когда тот протрезвеет.

Покинув участок детективы сразу направились в свой офис, намереваясь всё как следует обсудить и разобрать. Джека уже порядком клонило в сон после целой ночи прогулок по городу и сумасшедшего дня, но он пока это пересиливал. С трудом, держась лишь на желании всё разложить по полочкам и подвести итоги. Ну и то, что до офиса оставалось каких-то двадцать минут придавало ему сил.

Большую часть дороги они провели в молчании, но буквально на последнем светофоре, переключившемся на красный прямо перед их капотом, Сэм не выдержал и заговорил, приметив состояние напарника:

– Вижу, тебя вырубает? Опять заночуешь в офисе?

– Разумеется! Я же не просто так отдал целый полтинник за тот кожаный диван. Он чертовски удобный, тебе стоит хоть раз попробовать вздремнуть на нём.

– О, с радостью! В тот же день, как на нём не будет вашей августейшей задницы, босс! – Стоун не сдержался от усмешки прямо в лицо сонному другу.

– Не преувеличивай, я сплю там не каждую ночь… – Джек проигнорировал выпад, оставшись невозмутимым.

– Да, иногда ты делаешь это и днём. Ну серьёзно, сколько ночей в этом месяце ты провёл у себя дома, а не в офисе или баре, надравшись?

– …три?

– Подозреваю, что едва ли больше, ты на удивление точен, друг мой, – Сэм не ожидал такого и рассмеялся больше от неожиданности. – Смотри, скоро старик Шекли начнёт брать с тебя ещё и за ночлег. А за ним, глядишь, и бармены подтянуться… ты так разоришься.

– Перестану платить за комнату, – вяло отмахнулся Джек и вытянул шею, силясь рассмотреть висевший над ними светофор — не переключился ли сигнал.