Андрей Бузлаев – Последнее дело Джека Рэтчета (страница 2)

Спустя полтора часа они остановились посреди жиденькой лесополосы. С точным местом определится было не трудно — мимо то и дело сновали полицейские машины, а само место обнаружения трупа было ими усеяно не хуже муравейника. Словно бы все они разом собрались полюбоваться шоу. Джек даже задумался, кто же из них хэдлайнер, расчленённая Кэти в стальном гробу, или он — клоун, явившийся её спасать, а в итоге ставший главным подозреваемым в её убийстве в ту же секунду, как обнаружили тело бедняжки. Анекдот под стать греческим богам…

– Кто из вас Сэм Стоун, с кем я разговаривал? – властно спросил у них парнишка, больше походивший на стажёра — в несколько великоватой для него форме, тощий, с противной прыщавой рожей и гнусавым голосом, словно бы детским. Джеку этот шкет сразу не понравился. Впрочем, ему мало кто нравился, если у него между ног болтался…

– Я Стоун, а это мой коллега, Джек Рэтчет, – властный голос Стоуна не дал Джеку в волю подумать «о своём». – Что тут?

– Не ваше дело! – нагло заявил паренёк, преграждая им путь к ящику, вокруг которого суетились судмедэксперты. Один из них как раз перекладывал в чёрный мешок бледную, но легко узнаваемую по миленькой родинке отрезанную голень, ещё недавно бывшую частью ножки милашки Кэти. Проводив её взглядом, Джек порадовался, что не упустил своего шанса. Последнего, как оказалось.

– Тогда на кой чёрт мы пёрлись сюда через весь город?! – рассвирепел Сэм, недовольный таким поворотом. Он не привык, что на местах преступлений ему кто-то смеет указывать. Тем более такой плюгавый мальчонка.

– У детектива к вам вопросы! – с ещё большим вызовом заявил паренёк, продолжая теснить Сэма, что со стороны выглядело максимально комично — парень был на голову ниже Стоуна, зато по эго превосходил едва ли не всех собравшихся стократно, чем и пользовался. «Допросится, и Сэм ему вмажет. О бифштексах придётся забыть», – промелькнуло в голове у Джека, пока он с улыбкой наблюдал за этой картиной.

– Так пусть твой детектив к нам и прётся — это его чёртова работа! Вам бабки за это платят. Хочешь поделиться ими со мной? Бензин оплатить? А? Мы в такую даль пёрлись, обратно ехать — прилично набежит. Да и работы вы нас лишили на пару часов. Не хочешь возместить? А детектив твой?

– Ну-ка тихо! – вмешался в их перепалку старый, толстый мужик неопределимого возраста — от тридцати до шестидесяти на вид, лысый, с щеками как у шарпея и целой «лесенкой» подбородков. – Саливан, свали отсюда! Живее, придурок! Привет, Сэм. Джек. Чего вы с ним сцепились?

– Привет, Чарли, – отозвался Стоун. – Этот придурок позвонил нам в офис, раскрыл часть закрытой информации о жертве и заставил нас тащиться сюда неизвестно зачем, да ещё и решил не показывать места преступления и всего случившегося. На кой чёрт мы пёрлись, если нам на столько не рады? Этот, как ты говоришь, «придурок» объяснить нам так и не смог.

– Этот придурок — сынок… – Чарли замялся, решая, стоит ли посвящать в эти тонкости двух сыщиков-частников. – Впрочем, не важно. Думаю, даже с его мамочкой, он скоро вылетит. Не подходит он для этой работы. Туповат, да и характер… тряпка, одним словом, но с гонором. А если не вылетит, так сам свалит после первой же перестрелки, обмочив штаны. Видал я такую публику, не раз. Слабаки и тряпки.

– Это верно, – Джек выдавил из себя подобие улыбки, чтобы поддержать беседу и не показывать лишний раз своего настроения. «Хорошо бы ещё и похмелье с рожи убрать, но это уже совсем за гранью реального», – мелькнуло в его голове. – Так что тут, покажешь?

– По-хорошему не стоило бы, поскольку ты, Джеки — главный подозреваемый. Ну, фигурант так уж точно. Но слишком уж всё… Я такой зверской и ровной расчленёнки не видел со времён… ну, ты помнишь.

В одно мгновенье Рэтчет понял, о чём толкует Чарли. Забыть случившееся было нереально и Джек рассчитывал хотя бы не освежать в памяти всего, что случилось тогда… Видимо, и этим планам суждено уйти на потеху богам?

– Помню, – Джек отозвался так безэмоционально, столь мёртвым голосом, что это не ускользнуло от внимания Сэма. Он таких подробностей из жизни напарника не знал.

– Впрочем, это точно не связано. Шесть пуль в башке того шизика я оставил лично, потому могу ручаться. Пойдём, Джеки, взглянешь. Сходство на лицо. Ты тоже присоединяйся, Сэм. Если желудок крепкий, конечно. Ну пойдёмте скорее, пока эти любители мертвечины не растащили всё по своим мешкам, как какие-то уродские подарочки. Эй, притормозите! – Размахивая руками на врачей, Чарли направился к железному ящику, забавно переваливаясь с ноги на ногу — сказывалась травма позвоночника, но все, кто не знал истины, были уверены, что дело в лишнем весе.

Лишь едва взглянув в недра стального короба Джек пожалел о содеянном. Ему совершенно не хотелось видеть Кэти такой, да ещё и запоминать её на всю оставшуюся жизнь в этом виде, но работа есть работа. Однако, встретившись взглядом с её отрезанной головой, с её распахнутыми глазами…

Стоун тоже быстро отвёл взгляд от недр — залитое кровью дно ящика, на котором столь ярко выделялись обескровленные обрубки… даже бывалого Сэма «проняло» и он с трудом справился со взбунтовавшимся желудком. Бледная кожа была кое-где перепачкана в засохших бурых разводах и покрыта густыми потёками крови, но их было не так уж и много. В целом — белое на чёрно-алом. И ровные срезы, словно в лавке у мясника. Почти идеальные. Сэма ужаснула такая точность и аккуратность. Кем нужно быть, чтобы позволить себе столь любовно и тщательно — а как следствие и долго — разделять тело, человеческую плоть на куски?

Не смотря на первую реакцию оба мужчины совладали с чувствами и ещё раз заглянули в короб, чтобы внимательно осмотреть всё… на сколько удастся, конечно. Одним овладевали чувства и былые эмоции, связанные с девушкой, другой же скорее содрогался от ужаса при взгляде на её останки.

Когда они «налюбовались», так и не увидев в них ничего нового, они отошли чуть в сторону, встав под раскидистой кроной дерева, рядом со свежей ямой — именно тут этот сундук и нашли.

– Ну, что скажете? – протянул Чарли, когда все они отошли от ящика.

Джек, хлопая себя по карманам, словно что-то потеряв, затейливо выругался. Сэм не стал спорить или одёргивать друга, как делал обычно. Он только протянул давно и безнадёжно бросившему другу початую пачку сигарет и зажигалку, а после… поддержал, дополнив ещё парой крепких словечек в адрес садиста, сотворившего всё это. Чем немало удивил Джека — за все пятнадцать лет их знакомства он не слышал от Сэма ничего подобного.

– Полностью согласен, ребята, – охотно закивал Чарли, соглашаясь со всем вышесказанным — он говорил практически то же самое, когда сам первый раз заглянул в короб. Разве что пару раз повторился, в отличии от парней. – Тем не менее, это никак не помогает делу. Перефразирую вопрос: что скажете по поводу трупа, а? Желательно услышать что-нибудь новенькое и полезное.

– Крови мало, – буднично отметил Джек, закуривая. В сложившейся ситуации он не мог сделать что-то иное — пить на месте преступления мог позволить себе только предусмотрительный Чарли, но он своей фляжкой ни с кем не делился.

– Ты считаешь?! – Возмущённо всплеснул руками Сэм. – А по мне так достаточно — всё дно этого железного гроба залило.

– Нет, он верно заметил, – тут же вступился за Джека Чарли. – Эксперты сказали то же самое. Крови слишком мало. Там меньше литра собралось, а должно быть литра три. И у них есть подозрения, что это вообще не её кровь и что её потом залили. Накидали обрубков, а после облили из банки кровью. Отдельно, как соусом, понимаешь?

Сэм прекрасно понимал. А после аналогии с соусом — не только с завтраком, но и со вчерашним ужином едва не распрощался, так сильно его начало рвать. А ведь он считал себя прожжённым и ко всякому привычным.

Глава 2

Чарли этого словно не заметил, как ни в чём не бывало продолжив:

– Я вам больше скажу, ребята: эксперты уверены, что и мяса от девочки осталось на несколько фунтов меньше, чем должно быть. Они ещё разбираются, будут выуживать каждый фрагмент по отдельности, фиксируя и документируя всю положенную бумажную волокиту, но предварительно… По первичным их предположениям у тела не хватает пары знатных ломтей мяса вместе с кожей с внутренней стороны бедра, верхней его части, а так же полностью отсутствует шея — череп отделён под самое основание, да и на торсе её нет. Как ты понимаешь, Джеки, и в коробке её тоже не видно, иначе я бы не упоминал. Ни шеи, ни кусков мяса. Тебе это ничего не напоминает, малой?

– Напоминает, – озлобленно протянул Джек, мрачнея пуще прежнего. Ему резко захотелось выпить. Пару бутылок подряд, желательно. И можно без закуски, чтобы точно сразу забыться. Ведь вновь вспоминать всё случившееся тогда, пятнадцать лет назад, он совершенно не хотел. – Но… но мы ведь с тобой его тогда нашли. Ты всадил ему в голову шесть зарядов своего револьвера, да и я высадил в грудь мерзавцу весь магазин. Значит, это не может быть он, никак. Кстати, ты так и ходишь со своим «Смитом»?

– Да, но уж лет десять, или даже больше, как с другим, не с тем, что был в этом деле… А ведь точно: тринадцать лет! Это ведь один из первых «K-22 Комбат Мастерпис» восемнадцатой модели. Мне его выдали через пару лет после твоего ухода, в пятидесятом. И это и правда шедевр, его не зря так назвали! Он приносит мне удачу, малыш Джеки. И хоть мой предыдущей шестизарядник тоже был хорош, этот я ни на что не променяю, он давно и прочно прирос к руке, – толстяк усмехнулся и похлопал себя по пиджаку, под которым угадывалась кобура, но быстро опомнился и вернулся к изначальной теме беседы. – Но мы ведь подумали об одном и том же деле, не так ли, Джеки? И ты не станешь отрицать, что всё выглядит чертовски похоже? Если не так же, чтоб его…