Андрей Буянов – Делец (страница 10)

О, еще один момент неожиданно обозначился! Только в последнее время обратил внимание на любопытную особенность местной оружейной школы, применяемой практически везде по периферии, — башня главного калибра практически полностью унифицирована с башней промышленного гравитационного луча, повсеместно применяемого в горнопроходческих и добывающих целях. А судя по техрегламенту, она вообще подходит для установки целого сонма выносного оборудования. То есть визуально отличить промышленное оборудование от боевого довольно сложно. С учетом того, что обязательной декларации вооружений нет, ибо это противоречит свободе волеизъявления, то получается интересный, хоть и ни к чему не обязывающий казус. И вот не думаю я от чего-то, что все дело в унификации. Не укладывается такой факт спокойно у меня в голове. Зато пираты, кстати, которые каперы, налоги тоже платят. И платят исправно. Это я знаю по себе, так как с меня-то их как раз в прошлый раз и удержали.

В отместку местным кладовщикам заключил договор с очень серьезной местной юридической конторой, оплату услуг которой прописал в неустойке. Хотя, может быть, им предстоит поработать впустую, если эта история с энерговодами — результат мелкой пакости от разведки флота за историю с аварским линкором или попыткой что-то их интересующее из моего трюма негласно выманить. Что тоже вполне вариант, и списывать его со счетов определенно не стоит. Если учитывать, что деятельных дураков, несмотря на все меры и предосторожности, хватает и в спецслужбах.

А вообще, если подумать, то сполоты, если бы начихали на свои традиции и объединили свои планеты в единое государство, вполне себе место под солнцем отжали. Конечно, я в своем мнении могу и ошибаться, но отчего-то каждый центральный мир предпочитает быть сам по себе.

Ну да это всё лирика. Сейчас, до отлета, мне еще необходимо разобраться с новыми членами экипажа и пассажирами. Ага, теперь у нас появились и те, и те, и, что смешно, в один день.

Пассажирами, как не трудно догадаться, стали представители одного из сполотских торговых домов, кровно заинтересованных в поставках этого самого оборудования на ОПЦ. Формально они, разумеется, владельцами груза не являлись, так как тот предусмотрительно был оформлен на целый ряд подставных мелких корпораций. Но это, как говорится у меня на родине, «секрет Полишинеля» — всем и вся было всё прекрасно ясно. Разместили всю эту довольно внушительно выглядевшую братию в пассажирском салоне. Всё ждал от них, как от представителей центральных миров, претензий к обустройству или еще каких непонятных требований, но в этом плане всё было тихо и ровно. По крайней мере пока.

А вот экипаж у нас увеличился сразу на пять членов, причем, как бы это ни звучало, но три из них были женщинами.

Аран Терм мелочиться не стал и перетащил с собой на корабль целый саквояж, забитый доверху кристаллами данных, что в реальности говорило о действительно огромном объеме данных для текущих исследований. В дальнейшем к ним должна была присоединиться, согласно нашему договору, целая лаборатория с обособленным искином и новейшим оборудованием. Пока же доктору придется довольствоваться имеющимся медотсеком корабля, пусть и не совсем устаревшим, но не самым подходящим для исследований. Впрочем, он и так выторговал себе право использовать незанятые мощности искина «Матадора» для обработки данных во время перелетов. Так что док никак не в накладе. И это совсем не шутки — искин, после средств защиты и обороны, а также двигателей, является самым жадным до энергии на корабле. Недаром же говорят, мол, мыслительная деятельность дорога сама по себе — абсолютная истина! Действительно мощный каскад искинов самое тому наглядное подтверждение, потому как жрет энергию как не в себя! А энергия — это топливо для реакторов, сиречь деньги.

Еще Аран, выполняя мою просьбу, привел с собой четверых списанных в запас бывших служак из славного флота империи. Все они были в званиях не особо больших, так как послужить успели не больше трех-четырех стандартных лет, но уже с полностью истраченным пределом регенерации организма. Что, в свою очередь, делало их дальнейшее пребывание в составе флота империи затруднительным. Так как выработавшие предел своего восстановления организмы крайне дороги в обслуживании и реабилитации. А поскольку карьера каждого из них особой скоростью не блистала, то выгоднее было их теперь списать, чем продолжать содержать за государственный счет. Собственно, сейчас трое из четырех свежеиспеченных пенсионеров, не достигших еще и тридцати пяти лет от роду, сидели напротив меня, подобравшись и выпрямив спины, стреляя подкрашенными глазками, приняв при этом самые выгодные с их точки зрения позы. Три красивые женщины, каждая с своим шармом и обаянием. Все подтянутые и с крайне привлекательными фигурами, да еще и одетые в обтягивающую и подогнанную в нужных местах флотскую форму! Если бы не она, да просматриваемые мной их карты «Партнера» с расшифровкой послужного списка, можно было бы представить себя в борделе довольно приличного уровня… Я погнал прочь всплывшие откуда-то из глубины мозга мысли-ассоциации. То, что они готовы заключить контракт, понятно по самому факту их нахождения здесь. Все остальное — моя больная фантазия. Единственным утешением, пусть и условным, мог стать тот факт, что, узнав о предполагаемом найме в экипаж женщин, Тогот тоже очень горел желанием присутствовать, но срочные дела по перекладке энерговодов… Короче, я сидел один и наслаждался вниманием и сейчас, в этот самый момент, пересылал ему картинку.

— Бери всех! — после секундной заминки резюмировал старый техник. — Думаю, нам они подойдут. И скажи Сереге, чтобы на ту с фиолетовыми волосами не рассчитывал…

Всё же радует, что не только у меня фантазия несколько больная! Четвертый пенсионер — Серега, единственный в их компании мужчина, сейчас прохаживался по кают-компании в компании Арана Терма, с задумчивым видом изучая выведенные на стены участки аквариумов аквакультуры. При этом то и дело поглядывая с довольным видом на разместившихся на длинном изогнутом диване прелестниц. Разумеется, делал он это с моего разрешения и одобрения, потому как его контракт был уже подписан — пилот тяжелого транспортника нам нужен как воздух. Ну и Аран за него ручался как за себя, ибо ему, как и мне, собственно, тоже помог с «путевкой» в большую жизнь.

Хотя, если быть честным хоть с самим собой, то эта торица уж на работу в нашей корпорации рассчитывать могла точно. Потому как что они трое, что пилот Серега — как становится понятно из его имени, все они земляне, что прибыли на Ахту пусть и немногим раньше меня. Ива наверняка, гордо вздернув носик, назвала бы это все рефлексией, если бы сама не была не так давно в подобном положении. Я же предпочитаю такой термин, как общность, землячество. То, что незримо, но довольно прочно может объединить на чужбине… То есть рефлексия и есть. Ну и, кроме того, у всех землян показатели интеллекта в среднем выше, чем у граждан, выросших в Содружестве. Это факт и своего рода фактор успеха, чему их служба во флоте и есть подтверждение. Другое дело, к чему она их привела… Ну да не их одних. Однако уровень их подготовки был на высоте.

Сергей Сытников, в Содружестве с легкой руки Арана ставший Сергом Ситом, имел основную специализацию прима-пилота тяжелого транспорта снабжения. Его профильная база «Пилот» была развита от пилота малого корабля до пилота среднего межсистемника пятого уровня. То есть фактически он был на уровне капитана, только без профильных тактических баз. Что само по себе очень круто, но, помимо этого, у него были установлены базы: техник и навигатор, обе четвертого уровня, торговая эксплуатация и логистика среднего транспорта, то бишь межсистемника, и, как вишенка на торте, щиты пятого уровня. Была еще куча мелких бытовых флотских баз, но те особой ценности не представляли. Единственный момент, который меня удивил, так это наличие базы «Искусство рас Содружества». Что и не удивительно, если учесть его довольно узконаправленную специализацию, не имеющую, казалось бы, с искусством совершенно никакого пересечения. Однако Серега лишь пожал на это плечами и сказал, что просто любит картины, причем не рисовать, а разглядывать. Вот и все. Оказывается, из потенциального искусствоведа может получиться вполне себе неплохой пилот… Собственно, как пилот он свой ускоренный билет на пенсию и вытянул — сгорел в огневой аварской ловушке вместе с межсистемником и всем экипажем при выходе из прыжка в дружественной системе. Тело ему в течение полугода восстановили полностью, практически вырастили новое, потратив его регенерацию в нуль, на чем флотская страховка и закончилась. Ну а дальше… Дальше посыпалось довольно много предложений о дальнейшей работе. Пока Сергей выбирал, Аран собрался уходить из госпиталя к нам. Пилот вначале удивился, потом узнал, что я тоже с Земли и тоже начинал с подачи Терма, прикинул что к чему и написал мне. В результате вон они праздно шатаются по залу и еле сдерживают улыбки, глядя, как девицы пыжатся, чтобы произвести на меня самые благоприятные впечатления. Местные бы так не старались — не тот менталитет. У них тут возведенное в абсолют межгендерное равенство, что само по себе женский шарм и красоту убивает. Но нашим-то на это глубоко наплевать, они на генетическом уровне впитали, что красота — это такая штука, что местами пострашнее атомной бомбы будет. Так что должно нормальной женщине выглядеть как можно лучше, сиречь достойно, вот и стараются. И это работает… Надо отметить, еще как! Мне-то, иммунизированному нашим практически варварским, по меркам Содружества, обществом и суровой российской бизнес-действительностью, и то приятно, а Тогот вон откровенно поплыл. Да так, что не влюбился бы. Оно нам надо, чтобы этот старый циник внезапно в романтики подался — кто тогда весь этот титанический труд по поддержанию полетной годности «Матадора» на себе тащить будет⁉