Андрей Буровский – Арийская Русь. Ложь и правда о «высшей расе» (страница 3)

В 1816 году вышла книга Франца Боппа (Ворр) – профессора Берлинского университета, члена Прусской Академии наук. Книга называлась очень «научно» и посвящена была самому узкому предмету: «Система спряжения в санскрите в сравнении с греческим, латинским, персидским и германским языками».

В языках, которые сравнивал Франц Бопп, совпадали сравнимые части слов – в первую очередь корни. В этой книге было высказано и убедительно обосновано предположение: древние языки Европы и Индии происходят от единого древнего праязыка! Крупный, по заслугам известный ученый, Франц Бопп не стал бы делать скоропалительных выводов. У него были самые серьезные основания утверждать то, что он вводил в науку.

Этот праязык Бопп назвал «индогерманским», а потомков этого праязыка – индогерманцами.

С выводами Боппа согласился датский ученый Р. Раск, – да, существовал общий праязык! Но только Раск назвал древний праязык более широко – «индоевропейским».

Это действительно более правильное название: ведь сам же Бопп вскоре, в 1835 году, включил в число индогерманских языков славянские, кельтские и армянский.

В исследование индоевропейских языков включились ученые почти всех европейских народов. Одно их перечисление звучит как перечисление «звезд» мировой филологии и лингвистики.

Р. Рот, К. Пенка, Г. Коссинна, Ж. Ландэ, А. Шлейхер, О. Н. Трубачев, В. Н. Топоров, Вяч. Вс. Иванов, Ж. Дюмезиль, Ф. Б. Кёйпер, В. Г. Эрман, Т. В. Гамкрелидзе, И. Шмидт, А. А. Потебня…

Впрочем, звучание звездных имен можно продолжать еще долго.

Индоевропеистика очень быстро сделалась «ведущей во всех отношениях областью сравнительно-исторического языкознания, образцом для исследования других родственных групп языков».[6]

Почему? Одна причина очевидна: европейские ученые исследовали хорошо известные им языки… По крайней мере, они отталкивались от изучения прекрасно известных им языков; один из индоевропейских языков всегда был родным для исследователя – будь то немецкий, датский или французский. Другие индоевропейские языки были им хорошо знакомы – ведь образованные люди всегда старались изучать «основные европейские языки» – английский, французский и немецкий. Хотя бы один из них.

В XVIII и XIX веках в Европе лидировала Франция – признанный центр науки и культуры. Французский был языком международного общения – его знали образованные люди во всех странах Европы, на нем велись международные документы. До 2003 года иностранные паспорта велись на французском языке, и фамилия автора этой книги при выезде в Германию писалась как Bourovskyi – с соблюдением норм именно французского языка. По-немецки я был бы Burovsky или Burowskiy!

Английский язык стал необычайно важен после Первой и особенно после Второй мировой войны – когда он стал языком международного общения: как до него был французский.

С середины XIX века и до конца Второй мировой войны Германия оставалась страной университетов, профессуры и ведущих достижений в науке. Без преувеличения, мировая наука делилась на две неравные части – немецкая наука, ведущая, и… и вся остальная. Немцы лидировали в области медицины, инженерного дела, физики, химии, наукоемких технологий – тех областей практической деятельности, которые тесно связаны с наукой, требуют долгого учения, высшего образования, напряженной умственной работы.

Знать немецкий язык было очень удобно, чтобы сразу знакомиться с последними и самыми важными исследованиями в своей области: ведь и ученые из других стран старались печататься в Германии.

Не случайно русское дворянство старались учить именно французскому и немецкому языкам – они действительно были важнее всех остальных (как сейчас важнее всех все-таки именно английский, а не персидский и не датский, а также не русский).

Язык древних римлян, латынь, оставался языком науки до конца XVIII – начала XIX века. На латыни общались ученые на конференциях и конгрессах, на латыни печатались книги, предназначенные для ученых разных стран. Вся биологическая систематика построена на латинском языке. Все анатомические атласы не особенно понятны без латыни: ведь названия костей, мышц и сухожилий, физиологических процессов и заболеваний тоже основаны на латыни. К концу XIX века латынь утратил прежнее значение, но это ведь тоже индоевропейский язык!

Классическое образование XV–XIX веков предполагало, что всякий образованный человек, кроме двух-трех живых языков, обязательно должен изучить один или два мертвых: латынь и греческий, языки античного мира. Если и не оба, то уж латынь – обязательно! В течение XIX века росло число ученых, получавших неклассическое образование, но очень многие из них все же с детства знали один или два мертвых языка. Оба – индоевропейские.

Получается, что европейский ученый исследовал родство языков, один из которых был для него родным, а два-три других он знал с детства. И уже к системе этих «основных европейских языков» присоединял то, что изучил как специалист-филолог в процессе познания армянского, шведского, греческого или индусского санскрита.

Вот и одна из причин, по которым индоевропеистика так быстро и триумфально шагнула вперед, – изучали-то самих себя. Заниматься индоевропеистикой было легко.

Вторая причина: в поисках индоевропейского праязыка исследовали собственных предков. Проблема занимала европейских ученых не только как людей науки, но и ЛИЧНОСТНО.

Причина третья: значимость проблемы. Все понимали, что изучают нечто невероятно важное: в странах, заселенных народами, которые говорили на индоевропейских языках, происходили события, наиболее важные для истории всего человечества. Совершались открытия и перевороты в культуре, определившие лицо всей современной цивилизации.

В общем, далеко не случайно индоевропеистика «сделалась ведущей во всех отношениях отраслью» науки. Очень уж важная это страница в самосознании и всех… ну, почти всех европейских народов и всего известного нам мира.

Языки-родственники – всегда потомки какого-то одного языка. Можно рассчитать даже, с какой скоростью расходились эти языки – и соответственно, когда существовал язык-предок.

Все славянские языки – потомки праславянского,

Все германские языки – потомки прагерманского,

А общий предок германских, балтских и славянских языков распался на разные языки примерно в конце II тысячелетия до P. X.

Все индоевропейские языки – потомки некого единого древнего языка. Нескольких родственных языков? Но и в этом случае исходно был какой-то единый язык и только потом разделился на несколько похожих.

Филолог Ж. Ландэ разработал язык «уропи» – то есть «европейский». Это «предковый» язык, на котором говорили предки всех индоевропейских народов в III тысячелетии до P. X. В отборе слов исключен произвол! Все они – родные для всех языков, из которых берутся.

А. Шлейхер еще в XIX веке восстановил такой вот предковый язык. Он даже написал на «арийском» языке басню. По его мнению, четыре тысячи лет назад вполне могли звучать строки: «Аквасас аа вавакант: крудхи аваи, кара агхнутаи видидвантсвас…» Что значит, по его мнению, в переводе на немецкий: «Кони сказали: послушай, овца, наше сердце печалится…»

Язык ариев? В самом названии – большая условность: мы не знаем, как называли себя люди этого народа. Память о племенах ариев жила только в одном регионе мира – в Индии. Там сохранился единый язык индоевропейцев, проникших в Индию, – санскрит.

Волей-неволей европейские ученые стали заниматься индусскими ариями… Ведь такой яркой памяти о предках больше нигде не сохранилось.

Глава 2

АРИИ В ИНДИИ

Он слишком долго служил в Индии, чтобы сомневаться в существовании сверхъестественного.

К тому времени, как англичане появились в Индии, на индоевропейских языках говорила вся Северная Индия, примерно 60 % всего индусского населения. Название Индия происходит от слова «хинди» – самоназвание самого распространенного языка и самого большого народа Индии. Вторгаясь в Индию, любой завоеватель сталкивался с людьми, говорившими на хинди. Впрочем, вот насчет народа – тут задача позаковыристее.

Дело в том, что хинди – строго говоря, название не народа, а языка. И языка довольно позднего. Нормы хинди заложил в XV веке реформатор Кабир. Он написал первые строки, которые считаются первыми классическими текстами на хинди. Этот язык густо насыщен санскритизмами.

Народ же, говорящий на хинди, не называет себя никак. Не имеет самоназвания. В эпоху британского завоевания появился словесный уродец: «хинди спикинг пиплз» – то есть «люди, говорящие на хинди». Это самое правильное определение.

А в XIV веке сложился другой язык – урду. Слово «урду» значит – «лагерь». В значении – «военный лагерь». Мусульмане завоевывали Индию, обращали в мусульманство ее население. Местные индоевропейские наречия северо-западной Индии смешивались с арабским и персидским – с языками завоевателей-мусульман. Где оно шло сильнее всего? В армиях, в военных лагерях. Язык, объединявший индусских мусульман, язык военного лагеря, стал общим языком для миллионов людей.

В августе 1947 года англичане ушли из Индии, но на прощанье крепко хлопнули дверью: они заявили, что дадут независимость не одной стране, а двум: ведь индусы и мусульмане не умеют жить в мире…