Андрей Булычев – Южный рубеж (страница 31)

Поэтому опять полночи горели светильники в штабной палатке, а оттуда слышались голоса командиров, обсуждающие планы дальнейших действий.

Итогом же обсуждения стало следующее решение.

Малой ладье с десятком разведки под командованьем Варуна выдвигаться к городу Холм, где в течение четырёх дней до восемнадцатого августа провести тщательную, глубокую разведку. Было необходимо собрать любую информацию о ватаге Гридня или вообще обо всех боевых ладьях и их командах, что только есть в окрестностях этого города.

Так же предстояло распустить слухи на местном городском торге, на пристани да в ладейных артелях, что сами занимались строительством новых судов и ремонтировали получившие какие-либо повреждения.

Слухи же должны быть такими.

Богатый купец Тимофей попал на волоке в засаду к «медвежьей» ватаге. Одну ладью ему пришлось там бросить. Сам же он, с самой богатой частью товара, имея на борту раненых и поредевшую команду, хочет поскорее провести срочный ремонт и уже дальше двигаться к Великому Новгороду. А за всё это он готов платить большие деньги, потому что уж больно товар у него богатый, такой, что о стоимости ремонта, даже печали нет, лишь бы поскорее всё поправить и дальше плыть.

Восемнадцатого августа действительно в Холм прибудет та самая ладья с купцом и его семьёй, где будет тот самый дорогой товар, семеро реальных раненых воинов ну и совсем немного людей из охраны.

После малого ремонта ладья затемно, ранним утром девятнадцатого августа, должна будет отойти от пристани, и тут на её борт в тайном да удобном месте взойдут три полных взвода Обережной сотни, укрывшись до поры в трюме.

Ну а дальше, как говорится, будет настоящий сюрприз для речных пиратов. Лишь бы они только клюнули на такую приманку.

– Обязательно клюнут! – сказал Варун и сплюнул через левое плечо, чтобы не сглазить.

– Должны клюнуть, – подтвердил офицерский совет, и тоже сплюнули каждый по три раза.

– Ну что за суеверия! – проворчал Сотник и точно так же поплевал.

Примета, однако!

Продолжим!

– Нам тут за эти три-четыре дня придётся хорошо поработать. Выбираем всю добычу разбойников из их логовищ. Грузим на отбитые у них ладьи и волоками, в темпе, перетаскиваем всё к Ловати. Там же уже своим сплавом ночною порой уходим за Холм и до времени хоронимся. Ну, а дальше уже и будет задействована та первая часть плана с ловушкой для столь неуловимого Гридня.

Дозорная сотня и степной взвод сопроводят пленных разбойников до Торопца и передадут, полон местному правосудию в лице их князя Давыда Мстиславовича. Ему же, старшим объединенной бригадной конницы подпоручиком Василием, должна быть передана грамота от Высокого Господнего Совета Батюшки Великого Новгорода. В грамоте той прописана цель нахождения в его землях, союзных Великому Новгороду этой самой конницы, а также будет дано предупреждение о возможном и совсем скором нашествии Литвин.

Зная Литвин, а также их тактику, опирающуюся на конные рейды по территории врага с главной целью пограбить всё, до чего только руки могут дотянуться, можно предположить, что придут они в сентябре, когда у населения будет в достатке продуктов и фуража для лошадей, да и вообще когда есть, что грабить. Схлынуть же обратно к себе они должны будут примерно к середине октября. Это будет, скорее всего, их разведывательный, и скажем, пробный выход. А вот уже своими главными силами они навалятся на Торопецкое княжество, на север Смоленского, и на юг Новгородских земель, скорее всего в январе. Всё это для того, чтобы успеть за три месяца вынести всё, что только можно, и вообще опустошить да ослабить наши земли. Вот тут тогда и будут происходить основные боевые действия. Поэтому, Василий, твоя задача, не вступая в серьёзные сражения и сшибки с литвинами, покусывать их разрозненные отряды, уничтожать мелкие и дозорные силы, да выбивать обозы. Изучай их тактику, ослабляй, как можешь, но только не вздумай сходиться с ними в прямой сече. Чтобы ни одного всадника ты не потерял за осеннюю кампанию!

– За каждого бойца с тебя лично спрошу! И не хмурься тут! Не пришло ещё время нам с этим врагом в одиночку биться! Так вот, ты свою конницу, как только увидишь, что литвины домой уходят, тоже сразу же уводишь сюда домой в поместье. А уж после Рождества мы соберём все свои силы в одну бригаду, и уже тогда совместно с основным Новгородским ополчением да с Ярославовой княжьей дружной ударим по врагу.

Волоковая артель Василия, сына Устима из Плюховской, дотащила свои дроги с иноземной ладьёй до макушки главного Усвятского волока и замерла там на месте, крестясь. На ближайшем от межевого знака дереве висели пять тел, а возле одного, с ярко-рыжими волосами, была прикреплена навощенная табличка, и на ней виднелась какая-то надпись.

– Прочти! – кивнул в сторону таблички своему русскому приказчику Готфрид, богатый купец из Ганзы.

«На этом месте, Обережной и Дозорной Сотнями Великого Новгорода полностью уничтожены две ватаги разбойников Григория Медведя и Семёна Волка, что разоряли волок и всю округу. Перед вами их атаманы и старшины, остальные похоронены рядом. Злодею тут не место!

Сотник Обережной и Дозорной Сотен Батюшки Великого Новгорода Андрей, сын Ивана.13.08.1235 г. от Р.Х.»

Глава 15.Конец Гридня.

Городок Холм был небольшим и компактным. Стоял он в удобном месте на древних путях, связывающих северную Русь и европейскую Балтику через систему переволок с южной Русью, степью и Чёрным (Русским) морем. Строили Холмские артели небольшие суда да занимались ремонтом повреждённых и обветшавших. В округе растили много льна и зерновых культур. Ладили так же здесь телеги, прялки и посуду как деревянную, так весьма искусно и глиняную. Народ тут был мастеровой, хваткий и работящий.

Как-то под вечер четырнадцатого августа к городской пристани пришвартовалась небольшая ладья с командою из десяти человек. Вышедшие на причал мужики в рваных зипунах и накинутых поверх кафтанах подошли к стоящим тут же зевакам и завели с ними разговор. Затем часть из них направилась в сторону города, а часть пошла к месту расположения ладейных артелей, где ремесленный люд к тому времени уже заканчивал свою работу и был вообще настроен, общаться с любым желающим.

Развлечений в то время было немного. И самым основным из них было обсуждение тех новостей, что поступали от проходящих мимо торговых караванов.

Сколько на Новгородском торгу нынче за пуд ржи давали, а почём в Киеве соль шла, где какой князь умер или женился, да кого опять злодеи на волоках разорили. Всё было интересно местным жителям, и уже через два дня вся округа городка знала о недавнем кровавом нападении на богатого купца этим злодеем разбойником Гришкой Медведем. Да о том, что в скором времени те горемыки, что буквально чудом живы остались, сюда в городок чиниться придут.

Так что, когда восемнадцатого августа с утра купеческая ладья Тимофея подходила к причалу, у пристани уже загодя собралась приличная толпа зевак.

Пожаловало сюда и местное начальство. Сам толстенный Холмский посадник Жидибор в окружении всей своей посадской рати, аж в два десятка захудалых бойцов да пары своих «ближников» телохранителей. Стоял посадник, грозно нахмурив брови, да выпятив своё пузо и сплёвывал на землю, поглядывая презрительно вокруг из-под кустистых бровей.

По сходням на берег вынесли семерых раненых, и хлопотавшие возле них две девки начали тут же на глазах у зевак менять на них окровавленные холстины.

– Бедненькие, да как же их так! – жалели пострадавших мужиков местные сердобольные бабы.

– Видать та сеча была знатная! – трогали бока ладьи со следами от стрел и сулиц умудрённые опытом мужики.

А поодаль уже шло заключение ряда со старшиной местной ладейной артели.

Сторговались о ремонте быстро. Сам-то он был несложным, и ладейщики обещали всё поправить до вечера. Так что, приплывшая небольшая команда из двух десятков человек прямо недалеко от пристани разложила свои пожитки, да и занялась приготовлением пищи.

Рядом крутились любопытные, и зачастую можно было услышать то в одном, то другом месте, как возникают оживлённые разговоры да пересуды, и новости с огромной скоростью распространялись вокруг.

«Было-то их две ладьи, да людей шло с ними достаточно. Аж шесть полных десятков вместе с охраной плыло. Но вот напали на них на нижнем волоке люди Гришки Медведя и побили большую часть. Только лишь одной ладьёй смогли уйти, да и то с ополовиненной командой. Купец говорит, что ладно хоть самый богатый товар отбить сумели. И коли уж до Новгородского торга добраться смогут, так и ладно, не обеднеет, поди. А товар-то там, какой хороший! Везут они южные ткани богатые: шелка да поволоки, и ещё по секрету шепнули люди с ладейной команды, что у купца есть золотой и серебряный товар при себе. Да ещё он каменья самоцветные везёт, что у него заказали ювелирных дел Новгородские мастера.»

«Вот и боятся они у нас долго стоять, хотят поскорее отплыть, потому-то и заплатили хорошие деньги Кузьме артельному да нашему посаднику Жидибору не торгуясь. Лишь бы к ним начальство местное не цеплялось, ну а Кузьма бы поскорее ремонт свой к вечеру закончил.»

Вот именно такие новости сейчас рассказывали друг другу на местном торгу мужики да бабы.