Андрей Бородулин – ХРАНИТЕЛИ (страница 4)

Ракхал замер.

– Контроль разума? – переспросил он тихо. – Это абсолютно немыслимо. Он решил нарушить ещё пару законов нашего Союза…

– Плевать Крейду на законы, – Эрид резко обернулся к нему. – Вы понимаете, Командор? Если он соберет это устройство, если применит его хотя бы на одном корабле, на одной армии… Это же хуже, чем война. Это рабство. Вечное. Безысходное.

Ракхал уже открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент оба услышали звук.

Гул. Низкий, вибрирующий. Где-то далеко, но отчетливый.

– Двигатели, – выдохнул Эрид.

Они рванули к иллюминатору.

В космосе, медленно отстыковываясь от базы, набирал ход корабль. Узнаваемые очертания, знакомая раскраска – хищный, угловатый, с длинными стволами орудий, направленных в пустоту.

– Крейд! – рявкнул Эрид. – Он все это время был здесь!

Корабль карга рванул вперед, оставляя за собой светящийся шлейф.

– На корабль! Быстро! – скомандовал Ракхал, и они бросились назад, к стыковочному узлу.

Баррэ встретил их уже подготовленный от стыковки.

– Вижу цель! – заорал он, даже не спрашивая, что случилось. – Пристегнитесь, будет горячо!

«Гром» рванул с места, врезаясь в пространство за уходящим кораблем Крейда. Погоня началась.

Глава 4: Астероидная погоня

– Не уйдешь, падаль! – Баррэ вжал рычаги управления до упора, и «Гром» взревел всеми двигателями, бросаясь вдогонку за кораблем Крейда.

Корабль карга уходил по кривой, петляя между редкими обломками космического мусора. Он был быстрее, маневреннее – сказывалась конструкция, заточенная под пиратские рейды и внезапные атаки. «Гром» же, при всей своей надежности, был корветом класса «Стальной Шторм» – созданным для блокады, для выдерживания ударов, для долгой осады. В честной гонке он проигрывал.

Но Ракхал и не собирался гнаться честно.

– Эрид, – голос командора звучал спокойно, будто они не неслись на предельной скорости сквозь космос, рискуя в любой момент врезаться в обломок. – Орудия к бою.

– Уже, – отозвался Эрид, не отрываясь от прицела. Его оранжевые линзы сканировали пространство, высчитывая траекторию, упреждение, вероятность попадания. – Но на такой дистанции и скорости – только царапины. Нужно ближе.

– Баррэ, сокращай.

– Я пытаюсь, Командор! – Баррэ выжимал из двигателей все, на что они были способны. Корпус «Грома» вибрировал, где-то в недрах корабля надрывно гудели генераторы. – Эта жестянка быстрее, чтоб ее карги драли!

Крейд, словно чувствуя, что его настигают, резко ушел влево, заходя за крупный обломок – остатки чьего-то древнего спутника. Баррэ повторил маневр, вписываясь в разворот так круто, что центробежная сила вжала их в кресла.

– Стреляю! – крикнул Эрид. Два плазменных заряда сорвались с носовых орудий «Грома» и устремились к цели. Крейд вильнул – первый заряд прошел в метре от его левого крыла, второй чиркнул по корме, выбив сноп искр, но не причинив серьезного вреда.

– Царапина, – констатировал Эрид. – Говорил же.

– Продолжай, – приказал Ракхал. – Дай ему понять, что мы не отстанем. Пусть нервничает.

– Карги не нервничают, – буркнул Эрид, но послушно выпустил еще одну очередь.

На этот раз Крейд ответил. Кормовые орудия его корабля ожили, выплевывая сгустки синеватой плазмы. Баррэ бросил «Гром» в штопор, уходя с линии огня. Один заряд прошел так близко, что Ракхал почувствовал жар даже сквозь броню.

– Осторожнее, – только и сказал он.

– А я что делаю? – огрызнулся Баррэ. – В снукер играю?

Они вышли из пике и снова легли на курс. Крейд уходил, но дистанция медленно, очень медленно сокращалась. Впереди забрезжило что-то странное – плотное скопление точек, мерцающих в свете далекой звезды.

– Астероидное поле, – определил Эрид. – Он туда метит.

– Если он войдет, мы его потеряем, – Баррэ стиснул штурвал. – Там такая каша, что сканеры слепнут. Он знает эти места?

– Откуда? – Эрид хмыкнул. – Он здесь впервые, как и мы. Просто надеется, что мы разобьемся, а он проскочит.

– Рискованный план.

– Для карга – в самый раз.

Крейд вошел в астероидное поле первым. Его корабль нырнул между двумя огромными глыбами, исчезнув из виду на несколько секунд, потом снова появился, лавируя между обломками с неестественной, почти самоубийственной ловкостью.

– Я за ним, – Баррэ даже не спрашивал разрешения. «Гром» рванул следом.

То, что началось дальше, нельзя было назвать погоней. Это был танец. Сумасшедший, смертельный вальс среди летящих скал, где одно неверное движение означало мгновенную смерть. Баррэ вел корабль, как продолжение своего тела – уходя от столкновений в последний момент, проскальзывая в щели, где, казалось, даже муха не пролетит. Лицо под шлемом было оскалено, но руки на штурвале были тверды, как скала.

Эрид не стрелял – в такой толчее любой выстрел рикошетом мог вернуться в них самих. Он только смотрел, затаив дыхание, и впервые за долгое время в его глазах не было насмешки. Только уважение. Баррэ был гением. Гением-медведем, но гением.

Крейд тоже не стрелял. Он уходил. Уходил отчаянно, используя каждую лазейку, каждую тень, каждый обломок.

– Он выходит из поля! – крикнул Эрид. – Впереди просвет!

– Вижу!

Баррэ рванул за ним, игнорируя очередной астероид, прошедший в опасной близости от правого борта. «Гром» вылетел из каменной круговерти, и перед ними снова открылось чистое пространство.

Крейд был впереди. Всего в паре километров. Идеальная дистанция.

– Эрид! – рявкнул Ракхал. – Огонь!

Эрид не промахнулся.

Один единственный выстрел, выверенный, точный, красивее которого он не делал никогда в жизни, ушел в корму корабля карга. Попадание пришлось ровно в стык левого крыла с корпусом.

Вспышка. Обломки. Крейд клюнул носом, его корабль завалился на бок – но двигатели не погасли. Карг выровнял курс, бросив на них прощальный взгляд через кормовые иллюминаторы. Даже сквозь бронированное стекло Ракхал чувствовал его лицо – искаженное яростью, но не страхом. Крейд не боялся. Крейд злился.

– Уходит! – крикнул Эрид, вскидывая оружие для нового выстрела.

И в этот миг Баррэ заорал:

– Держитесь!

Огромный астероид, который они не заметили за вспышкой выстрела, вырос прямо перед ними. Баррэ дернул штурвал вверх, но было поздно. Удар пришелся в нижнюю часть корпуса.

Ракхала швырнуло вперед с такой силой, что ремни безопасности впились в броню. Где-то завыли сирены, замелькали красные огни аварийной сигнализации. «Гром» закувыркался в пространстве, теряя управление, уходя в слепое штопорное падение.

– Тяга! Потеря тяги! – орал Баррэ, вцепившись в штурвал мертвой хваткой. – Двигатели в аварийном режиме! Нас затягивает!

– Куда?! – Эрид вцепился в кресло, его оранжевые линзы лихорадочно сканировали показатели.

– Гравитация! – Баррэ ткнул пальцем в лобовое стекло. Внизу, стремительно приближаясь, росла серая, безжизненная поверхность. Планета-карлик, вынырнувшая из темноты прямо на их курс. – Нас засосало в поле! Падаем!

Ракхал смотрел на приближающуюся поверхность и считал секунды. Три. Две. Одна.

– Держитесь!

Удар.

Сознание вернулось рывками. Сначала звук – треск коротких замыканий, шипение вырывающегося воздуха, вой аварийных систем. Потом запах – горелой проводки, озона, перегретого металла. Потом боль – каждая клетка тела ныла так, будто по нему прошелся тяжелый грузовой дроид.

Ракхал открыл глаза.

Фиолетовая линза его шлема мигала, перезагружаясь после удара. Перед глазами все плыло, но через секунду картинка стабилизировалась. Рубка. Разбитая, искореженная, но целая. Баррэ висел в пилотском кресле, отключившись. Эрид возился с консолью, высказываясь сквозь зубы.

– Живы? – голос Ракхала прозвучал хрипло, но твердо.

Эрид обернулся. За его оранжевыми линзами читалось облегчение, хотя он никогда бы в этом не признался.