Старый пёс.
Иногда, мне слышится, как воет
Этот пёс – за Гранью Бытия…
И ещё мне кажется, порою:
Этот верный пёс, возможно, я…
Первый снег
Земля – для первого снега, словно – сильный магнит…
И это – очень плохо, любовь моя.
Погоня по пятам – давно уже летит,
Нас незримо догоняя, через поля…
В той бесконечной кавалькаде – наши злейшие враги:
Зависть, сплетни, махровое ханжество…
Они нас – обязательно – догонят. Такие вот пироги.
Настигнут – уже под вечер – однажды…
Может, моя любовь, остановим коней?
И встретим врагов, что называется, с открытым забралом?
Все равно, нам уже не скрыться от них – среди этих белых полей,
Покрытых первым снегом – словно предательским покрывалом…
Нам уже не скрыться – среди этих белых полей…
Лёгкой походкой
Лёгкой походкой, словно играя,
Будто – чуть-чуть дразня,
Ты подошла к остановке трамвая
Из пелены дождя…
Ты подошла, и Мир изменился,
Как-то внезапно, вдруг…
Мир изменился, ты только – смеялась.
В плотном кольце подруг…
Гром прогремел, и Боги проснулись,
Словно зачем-то, для.…
Наши трамваи вновь разминулись —
В той пелене дождя…
Друзьям, на прощанье – перед свадьбой
Серые вечерние облака, серые глаза – с лёгкой и таинственной поволокой.
Розовая нитка зари – на востоке.
Маленькие, до безумия нежные, карминные губы…
Разорванная ночная сорочка – у кровати – разместилась неловко.
Забыть всё это – очень трудно.
Холодным утром…
Трудно? Да, что там! Просто невозможно, братцы мои!
Не забыть, хоть тысячу лет проживи!
Поэтому, мы сейчас выпьем с вами – крепко, как и всегда…
Захмелеем, споём, потом каким-нибудь пэдорастам начистим морды – до крови…
Выпьем и распрощаемся – почти навсегда.
Долбаные города…. Или – года?
Извините, но всё – даже самое хорошее – когда-то заканчивается.
Даже берёзовые брёвна – в плоты – сплачиваются.
Мы с вами славно ходили – по всем морям нашей глупой планеты…
И, постепенно, в настоящих мужчин превращались мальчики.
Мы – ходили, и в наши рваные паруса всегда дули только добрые ветры – при этом.
Тёплым светом…
Дальше – уже – без меня…. Плывите, и семь футов вам под килем!
Так получилось, что у меня нынче своя, личная – Богиня…
Не забывайте – нас! И если, больше негде будет – зализывать ваши благородные раны,
То заходите – всеми вашими бригантинами – в нашу тихую гавань, на веки и отныне.
Заплывайте…. Не обращая внимания на то, что, мол, поздно – или рано.
Сердце – рваная рана…
Мы вас встретим на берегу: я и моя – Богиня…
Навеки и – отныне.
Отныне…. Богиня…
Однажды
Однажды, миллионный раз касаясь твоих губ…
В смысле, только сегодня касаясь – миллионный раз твоих губ,
Я пойму – как же люблю тебя,
На закате 
