Андрей Богусевич – Дом на улице №13 (страница 9)

Настя стала медленно обжигать его со всех сторон. Через несколько секунд раздался вкусный хлебный запах. Шелуха приобрела коричневый цвет, зерна подрумянились, а кое-где и подгорели.

– Это не страшно, – сказала девочка и взяла у Мишки поджаренный колосок.

Затем она быстро растерла его в ладонях. Лишняя шелуха отпала, и на ладони остались обжаренные зерна.

– Ешь, – протянула она их Мишке и пересыпала в его ладонь. – Давай, попробуй.

Мальчик сначала понюхал их, а потом положил в рот. Конечно, они были твердоваты, но на свежем воздухе и с таким ароматом это было нечто.

– М-мм, прикольно, – жуя зерна пшеницы, сказал Мишка. – Очень необычно.

– Мы так всегда делаем, когда долго гуляем. Сорвем немного, перекусим и голодными себя не чувствуем. Мама, конечно, ругается, что мы вовремя не приходим обедать. А как иначе, если братья в футбол гоняют? Теперь и ты знаешь, что их от мяча так просто не оторвать. Когда у них с Рыжим игра, их звать домой бесполезно.

– Это точно. Я удивляюсь, как они с ним еще не дерутся.

– Оу! Раньше и такое бывало! Пока родители не сговорились и не заперли их на неделю по домам. После этого до драки не доходит. Боятся повторения.

Дети шли через поле и смеялись. Они рассказывали друг другу разные случаи из школы, о своих знакомых, о себе. Когда поле закончилось, они свернули к посадке. Настя объяснила Мишке, что такой путь короче. Скопление людей Мишка заметил издалека. Вдоль дороги вплотную, бампер в бампер, стояли машины. Людей на участке со скошенной травой расположилось довольно много. Все ходили и рассматривали выложенные на землю товары. Предметы были настолько разнообразными, что Мишка невольно засмотрелся. Люди продавали все что угодно: от свеженавязанных веников, топоров и инструментов до старых утюгов, монет, пожелтевших картинок и пуговиц.

Да! Из всего объема товаров самовар выделялся. Мишка заметил его издалека. Витька с Колькой поставили свой товар на кирпичи. Он блестел на солнце так сильно, что приходилось жмуриться. Отец Насти привел его в порядок, и сейчас самовар выглядел так, словно совсем недавно сошел с заводского конвейера. Очень многие останавливались возле ребят и рассматривали старинное чудо кипячения воды. Пару человек даже сфотографировали рядом с ним своих детей, настолько этот самовар впечатляюще выглядел.

Настя оставила своего спутника возле довольных собой братьев и скрылась среди толпы.

– Я скоро вернусь. Там Светка, – пояснила она ему, убегая.

Неподалеку от братьев Мишка заметил, что какая-то женщина продает жареные семечки. Он купил себе стаканчик и высыпал в карман. Правда, сразу же пришлось поделиться с друзьями. Зато теперь он стоял рядом с ними и невольно испытывал гордость, находясь рядом с ослепительным самоваром. Люди все чаще останавливались возле ребят. В конце концов, к ним подошел солидного вида мужчина и спросил, сколько они хотят за свой товар. Развернулась горячая торговля. Мужчина удивился хватке братьев, и ему стало любопытно, чем все это закончится. Поэтому он вполне серьезно настаивал на своей цене, а братья заливались, словно соловьи, рекламируя самовар.

– Нет. Так не пойдет, – попытался объяснить братьям мужчина. – Вы просите за него как за новый. А он столько не стоит. Да, понимаю, вы постарались привести его в порядок, и вышло у вас замечательно. Но учтите, что им не будут пользоваться. Сейчас другое время. В ходу электрочайники. Я собираюсь его поставить на террасу своей бани, для вида. Поэтому если вы сбросите цену, то я его куплю. Если нет, то торгуйте дальше, а я найду что-то другое.

Мужчина улыбнулся, заметив смущение двух подростков, и демонстративно достал бумажник. Колька с Витькой заколебались. Слишком уж им хотелось продать самовар подороже, но торговаться они не умели. Они рассказывали, как сложно было привести его в порядок и что этот самовар раньше принадлежал кому-то очень богатому. Но все их слова не впечатлили мужчину с набитым кошельком. Он терпеливо постукивал своим портмоне по руке в ожидании решения ребят.

Мишке очень захотелось помочь своим новым друзьям. Он вспомнил слова, что ему не раз говорила мама: «Когда тебе нужно что-то продать, заинтересуй клиента. В противном случае твой товар останется одним из многих и тебе придется всю жизнь расталкивать толпы таких же, как ты, локтями». Может, на него снизошло просветление, а может, он просто часто слышал, как мама по телефону договаривается с потенциальными покупателями, предлагая им различную продукцию. Ведь не зря папа часто называл ее «всех начальников начальник и т. д. и т.п.».

– Не продавайте ему самовар, – встрял в разговор Мишка.

– Что? – удивились братья.

– Не встревай, мальчик! – нахмурился мужчина, явно не обрадованный вмешательством подростка с семечками.

– Вы сюда посмотрите, – ткнул Мишка пальцем в самовар, где четко выделялась буква «Я».

– И что? – спросил мужчина с гримасой скепсиса на лице. Но было видно, что его заинтересовали новые обстоятельства.

– Что-что? Это же работа знаменитого тульского мастера Язина! – закатил глаза Мишка, словно перед ним стоят неучи. – Работы этого мастера очень ценились у знати того времени. Это, конечно, не Фаберже, но тоже искусная и дорогая работа. Его можно продать гораздо дороже.

– Насколько дороже? – спросил мгновенно Колька.

– А мне почем знать! Я не торговец антиквариатом, – ответил другу Мишка.

Братья переглянулись и задумались.

– А откуда ты это знаешь? – недоверчиво задал вопрос мужчина с туго набитым бумажником.

– Ой! Да вы сами, если захотите, все найдете в интернете, – ляпнул наскоро Мишка и пошел прочь, смотреть, что еще продают на барахолке.

Вот только за своей спиной он расслышал вновь разгоревшуюся торговлю между братьями и незнакомым мужчиной. Мишка решил обойти весь рынок, ему здесь очень нравилось. Столько всего тут продавали! Денег у парня не было, а то он обязательно купил бы себе что-то. Внимание Мишки привлекли старые наручные часы. На них имелось изображение самолета. Наверняка, это были командирские часы. Они исправно шли, а женщина отдавала их совсем недорого. Конечно, повозиться с ними бы пришлось. Их следовало отполировать и почистить, но в кармане у него не было ни копейки. Поэтому Мишка постоял, покрутил часы в руке и отдал обратно, грустно вздыхая.

– Мишка! – раздались крики его новых друзей, когда он уже обошел почти всю барахолку и хотел было заходить на второй круг. – Мишка, подожди! Уф, – выдохнули оба брата, когда подбежали к нему. – Еле нашли тебя! Вот, держи, – протянул Витька руку и вложил деньги Мишке в ладонь.

– Это что? – удивился парень.

– Твоя доля, – пояснил Витька. – Мы продали тому мужику самовар. Представляешь? Он заплатил нам тройную цену от той, что мы хотели изначально.

– Круто! Теперь вы сможете купить удочки.

– А ты за удочки откуда знаешь? – спросил Колька. – Настя проболталась?

– Она, – не стал увиливать Мишка.

– Понятно. А откуда ты знаешь про этого тульского мастера? Как его, Витька? – переспросил Колька у своего брата.

– Язин, – быстро выпалил тот.

– Точно, Язин. И рассмотрел же ты эту букву на самоваре! Вовремя ты ее заметил.

– Не знаю я никакого Язина. Даже не слышал никогда.

– Как? – удивленно вытаращили глаза братья. – Ты что, выдумал?

– Ага. Захотел вам помочь продать самовар подороже. Он такой красивый, – невинно улыбнулся Мишка.

– Ну, ты! Ха! Круто у тебя вышло! Мы сами купились! Правда, Витька?

– Ага. Даже хотели не продавать его. Думали в интернете сначала порыться. Хорошо, что продали.

Ребята расхохотались, представляя удивленное лицо мужика-покупателя, когда тот узнает правду.

– Круто вышло! Но нам лучше свалить отсюда! Ты тут еще что-то хочешь? – спросил у Мишки Колька. – Если нет, то пошли.

– Сейчас, – вспомнил Мишка про старые часы с самолетом и посмотрел на деньги, всученные ему братьями. – Погнали со мной. Я куплю кое-что.

Когда Мишка надел на руку старые командирские часы, мальчишки даже ему позавидовали.

– Прикольно. Только их отполировать нужно. У отца паста ГОИ есть. Тебе дать немного? – спросил Витька.

– А что это?

– Тю, деревня! Ты не знаешь, что такое паста ГОИ? Да она все полирует: и металл, и стекло. Думаешь, мы с отцом чем полировали самовар? То-то, – поднял вверх указательный палец Витька.

– Хорошо тогда. Если есть такая паста, то давай. Часы в порядок привести надо.

– Их бы мастеру отдать на чистку, – посоветовал Колька. – Там внутри, наверное, давно масла не было. Как они еще до сих пор тикают?

– Вот отец вернется с курорта, тогда в мастерскую и отнесем. А пока поверху пройдусь пастой вашей.

– А вон и Настя со Светкой, – заметил Колька свою сестру с подругой. – Позовем или смоемся с барахолки? Мишка, ты как?

– Мне тут больше делать нечего. Вот только меня сюда ваша сестра привела. Неудобно оставлять ее одну.

– Так она уже не одна. Витька! Э-эй, братуха! – позвал своего брата Колька.

Вот только Витька уставился на девчонок и не отзывался. Там было на что посмотреть. Девочка с пышными светлыми волосами, голубыми глазами и ямочками на щеках. Она смеялась так заразительно, что дух перехватывало. Синее короткое платье облегало фигурку и придавало ей кукольный вид. Короче, загляденье, а не девчонка.

– О-о, опять завис, – закатил глаза Колька. – Он как Светку видит, так сразу потерянный становится. Хм-м, – ухмыльнулся брат. – Витька! – толкнул он его в плечо.