Андрей Беспалов – Разлом: Завет (страница 3)

– Напоминаю правила! Никакого оружия, только кулаки. Магию использовать можно, но только для усиления ударов или защиты. Без создания физических объектов. Это в первую очередь к тебе, Имир, про каменные шипы забудь. Понятно?

– Понял, – бросил Имир, срывая с себя чёрную рубаху и отшвыривая её в сторону.

– Вот и отлично. Приготовились! Бой – до первой крови!

Парни мгновенно встали в стойки. Каэлван – собранный, словно сжатая пружина, ноги уверенно вросли в землю, кулаки прикрывали корпус, взгляд прикован к противнику. Имир же стоял расслабленно, почти небрежно, одна рука чуть впереди, пальцы слегка согнуты, словно когти. В его позе читалась опасная, хищная грация.

– Начали!

Они сорвались с места одновременно, как два сходящихся шторма.

Каэлван начал с молниеносного кругового удара ногой. Имир уклонился, пропустив его в сантиметре от своего виска, и тут же ответил серией коротких, хлёстких ударов в корпус. Кали парировал предплечьями, чувствуя, как от каждого удара по костям отдаётся глухая боль.

Имир попытался захватить, но Каэлван, изгибаясь, выскользнул из хватки и, сделав сальто назад, уйдя от внезапно вырвавшегося из-под земли фиолетового энергетического кнута, который попытался обвить его лодыжку.

Бой стал смертельным танцем. Каэлван использовал скорость и акробатику, уворачиваясь от ударов и магических плетей. Имир давил силой и коварством, заставляя противника постоянно быть начеку.

В какой-то момент Кали, уклонившись от прямого удара, нанёс точный удар ногой с разворота в подбородок Имиру. Тот отшатнулся, и этого мгновения хватило. Каэлван схватил горсть земли, и каждая песчинка в его ладони вспыхнула яростным пламенем. Он швырнул огненное облако в лицо противнику.

Имир инстинктивно прикрылся рукой, и в этот миг Каэлван был уже рядом. Удар ногой в солнечное сплетение, затем жёсткий апперкот в живот. Имир с подавленным стоном отлетел к скале, ударившись спиной.

Но он не сдался, легкий прямой взмах ладонями и из под земли вырвались два тёмных кнута, обвив руки Каэлвана. Тот не растерялся, обхватив руками кнуты, его ладони раскалились докрасна и магические путы с шипением испарились. Вырвавшись, Кали всадил колено в подбородок Имиру.

И тогда они одновременно рванули навстречу друг другу. Два молниеносных движения – и оба замерли. Ладонь Каэлвана врезалась в плечо Имира, оставив тонкий, кровоточащий порез. Ладонь Имира, с тёмным сиянием на кончиках пальцев, вонзилась в плечо Кали, оставив зеркальную рану.

Кровь, алая и тёплая, выступила на их коже одновременно.

– Стоп, игра! – Элиан встал, отхлебнув из кубка.

– Ничья! – провозгласил Вульфгард, поднимаясь следом. – Неплохое зрелище. Вы друг друга стоите.

Имир, разминая плечо, смерил Каэлвана презрительным взглядом, а потом перевёл его на Вульфгарда.

– Больше не сравнивайте меня с этим отбросом.

В тот же миг в его челюсть врезался яростный удар Каэлвана. Всё смешалось. Кали набросился на Имира, обрушивая на его корпус град быстрых, жёстких ударов.

Элиан и Гарди, поставив кубки на стол, бросились их разнимать. Но Имир, сбросив с себя Каэлвана, взмахом руки призвал из земли кнуты, те с хрустом обвили ноги Кали и рванули его вниз, поставив на колени, следующий взмах ладони призвал каменные шипы, которые выросли из-под земли, растянув его руки в стороны, заставив сдавленно застонать от дикой боли в связках. Имир уже занёс кулак для удара в беззащитный живот.

Его руку остановил каменный захват – пальцы Вульфгарда, сжали его запястье с силой тисков. В то же время Элиан коснулся каменных шипов, сковывавших Каэлвана. Под его ладонью камень мгновенно покрылся паутиной трещин и рассыпался в мелкую пыль, освобождая Кали – это была магия разрушения, способная я обратить в пыль всё что угодно воле носителя.

– Следи за языком, ублюдок! – прошипел Каэлван, потирая онемевшие запястья.

– Ты тоже полегче с эмоциями. – тихо, но твёрдо сказал Элиан, переведя каменный взгляд на сына через плечо.

Имир дёрнул рукой, но каменная хватка Вульфгарда не ослабевала. Он посмотрел на Гарди – не со злостью, а скорее с холодным, изучающим вызовом. Но Железный Страж лишь крепче сжал его запястье, а в его глазах читалось не наказание, но суровое предупреждение.

– Будь полегче с выражениями, парень, – тихо, но весомо произнёс Гарди. – Острый язык никогда не приведёт тебя к хорошему.

Он отпустил хватку. Имир лишь молча, повернулся и направился к водопаду, по пути подбирая с земли свою чёрную рубаху.

Элиан тем временем помог Каэлвану подняться, смахнув с его спины пыль и мелкие камешки.

– Старайся не обращать внимания, – сказал правитель Ущелья, и в его голосе звучала усталая покорность. – Я уже мало что могу сделать. Он своеволен.

– Может, ему не помешает… втык? – пробурчал Кали, отряхивая остатки земли с плеч.

– Втык? – Элиан горько усмехнулся. – У него уже сын, Кали. Какой тут втык? Я давно у него на втором плане.

– Ясно, – коротко выдохнул Каэлван и, не говоря больше ни слова, направился к водопаду вслед за Имиром.

– Ты куда? – окликнул его Гарди.

– Умыться, – бросил Кали через плечо, не оборачиваясь.

Гарди и Элиан остались стоять рядом, оба уперев руки в бока. Они одновременно выдохнули и на мгновение приподняли брови – безмолвный диалог мужчин, уставших от упрямства молодых волков.

– Надеюсь, это когда-нибудь закончится, – тихо проговорил Элиан.

– Пойдём, выпьем, – предложил Гарди, кладя ему руку на плечо.

– Точно. Отличная идея.

В это время, Каэлван, уже подошёл к водоёму и встал у края, прямо напротив Имира, который, наклонившись, споласкивал лицо и рану на плече. Молчание между ними висело густое, наэлектризованное, как воздух перед грозой. Казалось, само их безмолвное присутствие так близко лишь сильнее нагнетало невысказанную злобу.

Кали глубоко выдохнул, сбрасывая с себя пояс. Он наклонился, зачерпнул ладонями холодную, кристально чистую воду из ключа и поднёс к лицу. Ледяные струйки стекли по его скулам, смешиваясь с потом, пылью и запахом крови.

ГЛАВА 3. КРИСТАЛЛЫ

Уже этим же вечером в подсобном помещении оружейной Клана Седьмого Солнца – потому что Калистия всё-таки отказала в вечерней посиделке, объяснив это неоспоримым аргументом: «Вы опять напьётесь и будете шуметь, а я спать хочу».

Поэтому в слабо освещённой, старой, деревянной подсобке, изредка раздавался басистый смех, звон бокалов и бурные обсуждения насущных вопросов.

Гарди и Элиан сидели за небольшим деревянным столом. Гарди развалился на стуле, свою офицерскую куртку с золотистыми наплечниками, он повесил на спинку стула, закинув ноги на стол, слегка покачиваясь на задних ножках, и медленно попивая из кружки отборный светлый нефильтрованный эль. Элиан сидел чуть иначе: его поза была расслабленной, но благородной, с закинутой ногой на ногу. Свой длинный плащ он повесил на крючок у двери, чтобы тот не волочился по полу.

Их разговоры текли как река, темы менялись одна за другой. И тут, после очередной смены темы, диалог зашёл о наследниках.

– Я думаю, за нас уже всё предопределено, Гарди, – сказал Элиан, отхлебнув вина и вытирая рот тыльной стороной ладони. – Новое поколение молча определяет, кто кем будет. Хотя это и так понятно. Ты сам-то определился, куда уйдёшь после того, как Кали займёт твоё место?

– Кали – очень способный малый. Я поражаюсь его смекалке, – слегка заикаясь ответил Гарди, отставляя кружку. – Даже если вспомнить сегодняшнюю ситуацию с нашими парнями. Ты же тоже видел, как он, бросив горсть земли, создал огненное облако. Честно, я бы не догадался так сделать это гениально… Ик…

Элиан перебил, махающим жестом руки требуя внимания:

– Да, это всё понятно. Согласен, он очень способный. Но сам-то он что говорит? Вы уже разговаривали о том, что будет дальше? Какие у него планы?

Гарди поправил упавшие на лоб пряди волос.

– Ну, вообще он говорил, что, встав вместо меня на мой пост, хотел бы основать «школу внутри школы» или вроде того. Создать два дополнительных отбора на пост Солнечного Стража или в ряды его посредников. Как я понял, он просто хочет усложнить… ик… возможность становления Стражем.

– В этом есть смысл, – кивнул Элиан, поправляя воротник на половину расстегнутой рубашки. – Всё-таки Солнечный Страж – это правая рука королевы. К такому титулу должен быть особый отбор.

Гарди отхлебнул из кружки и спросил:

– А что там твой? У него какие планы? Чего он хочет?

Элиан почесал затылок, его лицо немного омрачилось.

– Тут всё немного сложнее. У него характер матери – несокрушимая упёртость. Да и по правде говоря, его идеи меня немного пугают…

– Что за идеи? – настороженно спросил Гарди, протирая уголок губы большим пальцем.

– На самом деле я не до конца понимаю, чего конкретно он хочет. Но основная его идея – это… какая-то утопия. Он хочет перезагрузки. Я много с ним разговаривал на эту тему, и вроде бы у меня получилось его отвлечь, но… я почему-то уверен, что он остался при своих идеях. Да и к тому же его упёртость стала крепче после рождения сына.

Гарди добавил, разглядывая свой эль:

– Казалось бы, после рождения ребёнка родитель мягчает и меняет мировоззрение. Но, видимо, не все так просто. Кстати, как он сына назвал?

– Тенши, – ответил Элиан.

– Звучит… твёрдо, – заметил Гарди. – А что, он много с ребёнком времени проводит? Или всё в своих книгах пропадает?