Андрей Беспалов – РАЗЛОМ: ВОСХОЖДЕНИЕ (страница 1)
Андрей Беспалов
РАЗЛОМ: ВОСХОЖДЕНИЕ
РАЗЛОМ: ВОСХОЖДЕНИЕ
ГЛАВА 1. КРОВАВАЯ ЛУНА
Тишина, наступившая в Золотом Доме после бурного пира, была густой и сладкой, как мёд. Погасли последние светильники, и лишь лунный свет, проникая сквозь высокие арки, серебрил мраморные полы бесконечных коридоров, погружённых в целительный сон.
В одной из комнат, на огромной кровати, лежали в обнимку Акито и Лианна. Их дыхание выровнялось и стало глубоким, а усталые, но безмятежные улыбки застыли на спящих лицах. В воздухе медленно оседали ароматы кожи, дорогого вина и её духов, смешавшиеся в один опьяняющий букет.
В соседних покоях царила подобная идиллия. Юко и Лиора, наконец утолив пьянящее напряжение дня, лежали, сплетясь конечностями, на грани сна. Их сердца бились в унисон, замедляя свой ритм. Ещё один миг – и сознание покинуло бы их, унося в царство сновидений.
Но в этот миг абсолютного покоя тело Юко внезапно свела судорога. Тихий, сдавленный стон вырвался из его глотки. Лиора, чутко дремавшая у него на плече, мгновенно вскочила, сердце её бешено заколотилось.
– Юко?
Его глаза закатились, и когда они вновь открылись, в них бушевал знакомый фиолетовый водоворот, гипнотический и бездонный. По его телу, будто живые черные змеи, поползли тёмные энергетические прожилки. Они с шипящим звуком сплетались на его коже, формируя ту самую лоскутную, сшитую из тысячи обрывков тьмы одежду, что когда-то носил Имир. Спину пронзили шесть абсолютно черных, легких щупалец, бесшумно извивающихся в лунном свете.
Ужас, ледяной и бездонный, сковал Лиору. Она не стала кричать, не стала выяснять – инстинкт самосохранения заставил её рвануться к двери. Она проскочила в коридор, но не успела сделать и двух шагов, как одно из щупалец, словно бич, обвилось вокруг её руки, резко дёрнув назад. Лёгкий шёлковый топ, едва державшийся на ней, с неприличным звуком разорвался, обнажив её. Девушка с криком шлепнулась на холодный камень.
Тень накрыла её. Юко медленно вышел в коридор, вставая перед ней во весь рост. Его чужие глаза с фиолетовым огнем лениво скользнули по богатым гобеленам и мраморным колоннам.
– Золотой Дом, – его голос, низкий и властный, был чужд телу Юко. – Чувствую спящие жизни… Много. И воздух до сих пор горчит вином. Значит, пировали? Праздновали победу?
Он повернул взгляд на Лиору, прижимающую к груди обрывки ткани.
– Хах, а что, собственно, мне мешает перебить их всех прямо сейчас? – задумчиво произнёс он, и концы шести черных щупалец заострились, превратившись в смертоносные, похожие на стилеты, клинки. – Спящие враги – лучшие враги. Так будет куда меньше возни.
Лиора, пылая от ярости и унижения, сбросила с себя оцепенение. Быстро, наскоро обмотав вокруг груди длинный клочок порванного топа, она с низким криком рванулась вперёд. Её движения были отточены годами тренировок – резкий удар локтем, молниеносная подсечка. Но Юко лишь усмехнулся. Щупальца работали как самостоятельные существа, парируя её атаки с пугающей лёгкостью, отводя удары и оставляя на её коже тонкие, кровоточащие порезы. Одно из них метко сделало ей подсечку, и она снова рухнула на пол, больно ударившись головой.
– Глупая, – сипло прошипел Юко, глядя на неё сверху вниз. – Ты всегда была глупа и слепа.
Он развернулся и уверенной походкой направился вглубь коридора, к дверям, за которыми спали его враги. Заостренные щупальца-клинки жаждали крови.
И в этот миг из тени соседнего проема стремительно метнулась фигура. Острый удар ногой под колено сбил его с ног. Он грузно рухнул на камень. Не давая опомниться, Лиора, стиснув зубы от боли, прыгнула ему на спину, обвив предплечьем его шею и вцепившись коленом в поясницу. Свободной рукой она схватила несколько извивающихся щупалец, пытаясь прижать их к его спине.
– Я… знал, что ты сбежишь, – сипло прошипел Юко, прижатый к полу. Его голос был полон презрения. – Видел, как тогда, в ту самую ночь, ты выпрыгнув из окна и сломав ногу, кубарем катилась по скале. Жалкое, ничтожное зрелище.
Щупальца, обвитые вокруг её руки, внезапно напряглись. Раздался жуткий, сухой хруст, и Лиора вскрикнула – уже не от страха, а от дикой, разрывающей сознание боли. Её рука безвольно повисла, порезанная и сломанная. Её крик, полный агонии и ужаса, пронзил ночную тишину.
И в этот миг, сквозь пелену чужой воли, что-то дрогнуло. Глаза Юко подёрнулись дымкой, фиолетовый водоворот в них забурлил, послышался тихий, внутренний скрежет, будто кто-то изнутри бился о стальные прутья клетки. Разум Юко, услышав крик любимой, начал отчаянно пробуждаться.
В коридор, шатаясь, вывалился Каэлван. Он был бос, в одних портных штанах, в его руке был короткий боевой клинок, который он, бывалый солдат, даже пьяный, не забыл захватить с собой. Взгляд его, затуманенный хмелем, мгновенно прояснился, увидев картину кошмара: прижатого к полу Юко с щупальцами-клинками на спине и Лиору с неестественно вывернутой, окровавленной рукой.
Не раздумывая, он рванулся вперёд.
– Лиора! – проревел он и начал работать клинком, с силой и точностью рубя чёрные щупальца. Они отделялись с сухим треском, испуская клубы едкого фиолетового дыма.
Цвет глаз Юко начал бешено меняться – с фиолетового на карий и обратно. Он застонал, корчась в муках на полу, его тело стало полем битвы между двумя волями. Сквозь стиснутые зубы Юко, просипел:
– Этот… паршивец…
Раздался последний сухой хруст, и окровавленные щупальца ослабили хватку. Рука Лиоры, искалеченная и окровавленная, высвободилась. Словно марионетка с перерезанными нитями, она безвольно рухнула на холодный каменный пол, её сознание поглотила бездонная пустота боли и шока.
В этот момент в коридор, как будто почувствовав неладное, выбежали Акито и доктор Кай. Акито, с лицом, искаженным тревогой, мгновенно оценил ситуацию: Каэлван, стоящий над телом Юко, и неподвижная фигура Лиоры.
– Её срочно в лазарет! – рявкнул Кай, уже опускаясь на колени рядом с девушкой и нащупывая пульс на уцелевшей руке. Его голос был резок и лишён всяких эмоций, кроме профессиональной собранности.
– Леон, помоги ему! – скомандовал Каэлван.
– Я с ним разберусь.
Акито, кивнув, аккуратно подхватил бесчувственную Лиору на руки. Вместе с Каем они скрылись в сумраке коридора, унося с собой её тихие, прерывистые стоны.
Каэлван наконец перевел взгляд на Юко. Тот лежал без сознания, его дыхание было хриплым и неровным. Жуткая лоскутная одежда из тьмы начала таять, растворяться в воздухе, словно дым, оставляя на нём лишь просторные белые штаны. И тогда Каэлван увидел их. На спине Юко, будто выжженные самой тенью, проступали шесть замысловатых узоров, напоминающих закрытые глаза. Шесть безмолвных зрачков, смотрящих в никуда.
– Значит, это твой источник силы?.. И этих щупалец? – прошептал старый воин, и его взгляд стал твёрдым. – Нет, тебя здесь оставлять нельзя.
Он грубо, но без жестокости, перекинул тело Юко через плечо и, не обращая внимания на тяжесть, зашагал прочь. Его шаги эхом отдавались в пустых коридорах, пока он не достиг лестницы, что вилась в самые нижние, фундаментальные этажи Золотого Дома. Спуск казался бесконечным.
Наконец он вышел на открытый каменный выступ. Над ним сияла холодная луна, а под ногами, уходя в туманную даль, расстилалась гигантская полупрозрачная дорога из желтоватого энергетического камня, соединяющая остров дворца с соседним, меньшим по размеру парящим островом. Дорога вела к массивным каменным дверям, на которых было высечено солнце, опутанное цепями.
Не сбавляя шага, Каэлван трижды, с силой, ударил ногой в барельеф. Двери с глухим скрежетом отъехали в стороны, открыв лишь узкий проход. Воин втиснулся внутрь.
Перед ним открылся длинный, слабо освещенный коридор.
– Доброй ночи, сэр Каэлван! – два стража, заслышав шаги, щелкнули каблуками и отдали честь, ударив себя в грудь.
– Вольно, – буркнул Каэлван, проходя мимо.
К нему тут же подошёл мужчина в потертом, но чистом плаще с капюшоном. Его лицо было испещрено морщинами, а взгляд – спокойным и привыкшим ко всему, взглядом тюремщика, видавшего всякое.
– Доброй ночи, сэр Каэлван. Чем могу быть обязан? – его голос был хриплым, но вежливым.
– Морган, – обратился к нему Каэлван, – нужно срочно поместить его в одну из камер. Но слушай внимательно: ему нужно создать все условия. Чистая постель, вода и еда. Он не заслужил плохого обращения. Этот парень слишком много сделал для нас всех, чтобы с ним обращались так. Но он… представляет угрозу. Для себя и для других.
Морган скользнул взглядом по бесчувственному Юко и свистнул.
– Ого, да это же сэр Юко… Что с ним стряслось?
Он ловко перехватил тело на свои плечи, движением, отточенным годами.
– С ним разберёмся утром. А сейчас – наручники, ножные кандалы и корсет с рунами подавления на спину. И поместить его в камеру для… особых гостей, – отчеканил Каэлван. – Та, что подальше, но с окном.
– Понял, – кивнул Морган. – Всё будет исполнено в точности. Не беспокойтесь, сэр, мы знаем, кто есть кто. – И, не теряя ни секунды, он скрылся в глубине коридора.
Каэлван развернулся и почти бегом бросился обратно.
В это время в лазарете, залитом ярким белым светом, стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь сдавленными стонами Лиоры. Она пришла в себя и лежала на жестком столе, корчась от боли. Слёзы ручьями текли по её бледному лицу, смешиваясь с потом и пылью. Её сломанная рука лежала в неестественной позе, представляя собой жуткое зрелище.