Андрей Белянин – Сборник «Гаврюша и Красивые» [2 книги] (страница 16)
Понятно, что зимой в квартире Красивых мух по определению не было, но домовой всё равно не выпускал из рук мухобойку, старательно отрабатывая стойки и удары для будущего лета.
— Размеру какого? — спросил он после очередного хлопка, чудом не сбив хрустальную вазу.
Сын подёргал Вал Валыча за плечо:
— Пап! Ты мигалку какого размера хочешь?
Папа улыбнулся:
— Я хочу большую, на всю крышу, да поярче.
Егор снова зашептал в "домофон":
— Ты слышал, Гаврюша? Сможешь сделать?
Хлоп! — раздалось в трубке.
— Ага! — восторжествовал охотник в лаптях. — Попалась! Ну, муха не муха, а пылинка вполне себе похожая!
— Ты чем там занимаешься?
— Дак, так, ерунда… — Хлоп! Гаврюша довольно хрюкнул и подтвердил: — Отчего ж не сделать! Значит, во всю крышу? Хорошо. Ожидайте!
Домовой вернулся на кухню. Свою магическую азбуку он хранил на маминой полке за книгами рецептов, у Александры Александровны была такая полка в навесном шкафчике. Гаврюша поставил табуретку, достал старенькую азбуку и устроился за столом.
В кухню вошла Глаша — босая и сонная, в длиной "диснеевской" пижаме с зайчиками. Для неё, как и для мамы, никакого Гаврюши не существовало. Пока она искала, чем бы позавтракать, он перелистал учебник вдоль и поперёк, закрыл книгу и упёрся подбородком в ладони.
— Вот те раз! — кисло признался домовой. — И намёка ни на какую мигалку нет! Придётся по ходу дела самому сочинять.
Он спрыгнул с табурета, одним баскетбольным броском закинул книгу на полку и в глубоких думах стал нарезать круги по квартире. Глаша села на его место, точно так же подперев подбородок ладошками.
— Всё съели, — мрачно пробурчала девушка. — Ни одного оладушка не оставили… Придётся самой готовить.
Меж тем Гаврюша настолько увлёкся задачей составления нового заклинания, что сам не заметил, как, пройдя по стенке, задумчиво ступал по потолку, бормотал и пробовал слова на вкус. И вот, когда заклинание наконец созрело, колдун-недоучка включил рацию и торжественно провозгласил, покачиваясь на люстре:
— Внимание! Внимание! Читаю заклинание! Неба синего кусок, превратись-ка в котелок, дай огня, сколько не жалко, обернись большой мигалкой, чтоб сияла за сто вёрст от земли до самых звёзд!
Егорка повторил стихотворение слово в слово, и чудо свершилось. В сером утреннем небе возникла мигалка невероятных размеров. Она плыла над машинами в хороводе озорных снежинок, переливаясь и вспыхивая как праздничная ёлка.
— Смотрите, смотрите, летающая тарелка! — заорал кто-то из прохожих.
— Американский спутник-шпион! — предположили в ответ.
Народ дружно кинулся щеголять версиями одна другой краше:
— Президентский кортеж! Дедморозовские сани! Кино снимают! Галлюцинация! Бесы-ы!
Особо впечатлительные водители в ужасе побросали машины и побежали прятаться в подземном переходе. Другие звонили в полицию, третьи — в МЧС. Папа никуда не побежал, он сидел как заворожённый, поскольку с детства был любопытен и не труслив. Прямо как его маленький сын…
Сияющее чудо подлетело к зелёной "шестёрке", повисело над ней и мягко притянуло машину к себе, как магнит притягивает гвоздики. Оставшийся путь Красивые проделали по воздуху, метрах в трёх над землёй, вызывая трепетный страх и чёрную зависть у всех, кто вынужденно томился в пробках.
Внизу выли полицейские и пожарные машины, лающие голоса мегафонов что-то требовали, упрашивали и угрожали, но волшебной мигалке не было до них никакого дела. Папа вцепился в баранку мёртвой хваткой и с замиранием сердца ждал, что будет, а Егорка смеялся от счастья, шёпотом благодаря друга за помощь.
Сверкающий летающий объект доставил дедушкину машину до самого входа в высотное здание, в котором располагался папин офис. Опустил на свободное место на стоянке и пропал, рассыпавшись цветными искорками, словно бы его и не было. Что, кстати, только к лучшему, поскольку полиция явно хотела задать владельцам зелёной "шестёрки" целую кучу не очень приятных вопросов. А что бы папа им ответил?
Вал Валыч взглянул на часы и понял, что у него впервые в жизни появился реальный шанс явиться на работу вовремя, и он, позабыв обо всём на свете (даже про летающую тарелку!), сию же секунду его использовал. То есть вытащил из машины мальчика и, крепко держа его за руку, бросился к стеклянным дверям…
Грузовой лифт с трудом тащил папу и сына и ещё десять человек куда-то наверх. Егору было скучно и душно тесниться в ногах, он был уверен, что секретные агенты попадают на работу через крышу, вентиляцию либо канализацию.
Но, с другой стороны, благодаря Гаврюше они с папой очень даже весело долетели до самого секретного центра. Что же дальше?
Лифт противно взвизгнул, дернулся и встал. Все, кто были внутри, сразу заговорили о том, какое это безобразие, что кое-кому надо оторвать руки и что не ту страну назвали Гондурасом. Мальчик подёргал ошалевшего от обилия приключений Вал Валыча за рукав, задрал голову и спросил:
— Пап, а ты лазер взял?
Все почему-то разом заткнулись и замерли в ожидании ответа. Красивый-старший смутился и погладил сына по щеке, но Егор был серьёзен:
— Всё как обычно, да? Ты разрежешь двери, и люди спасутся. Верно?
Присутствующие молча одобрили этот нехитрый план, и кое-кто даже закивал, но папина виноватая улыбка не оправдала надежд большинства.
— Егор, прости, лазер остался дома, в других брюках. Придётся дождаться техников.
К счастью, снаружи кто-то постучал в дверь.
— Эй! — заботливо предупредили с той стороны. — У вас перегруз, и ещё двери заклинило. Работы ведутся, но придётся часок подождать. Потерпите!
И тогда Егорка решился выпросить у сказочного друга второе чудо.
Тем временем перекусившая бутербродом Глаша при полном параде сидела на стульчике в прихожей и зашнуровывала ботинки. Из кухни высунулся взлохмаченный, как юный Рембо, домовой Гаврюша.
— Представляешь, а? — пылко обратился он к не слышащей его студентке. — Заклинание для почина лифта! Да ни в одной волшебной азбуке такого нет!
— Так, я ничего не забыла? — сама себя спросила Глаша.
— Ключи в карман сунь, — доброжелательно посоветовал домовой и не без удовольствия добавил: — А мне сейчас снова придётся самому всё сочинять!
Ну, судя по настрою, Гаврюша был в поэтическом ударе. Он вернулся на кухню, запрыгнул на стол (мама Саша, к счастью, и этого не видела), что-то помычал, попрыгал на одной ножке, сгрыз пару ногтей на руках и вызвал Егора.
— Внимание! Внимание! Следующее заклинание! — Гаврила Кузьмич чуть отставил ногу, прижал к сердцу ладонь и с чувством зачитал: — Дом высокий, длинный трос, лифт и жизненный вопрос. То ли ждать, когда спасут, то ли нам уже капут? Мой ответ — на выход, стройся! Всем привет! Сим-сим, откройся!
Лифт заработал в ту же секунду, и только Егор знал почему. Пришедшие через полчаса техники разводили руками, так и не в состоянии объяснить самим себе причины поломки и чудесного "самоизлечения" грузоподъёмника.
Папин офис занимал целый этаж и на поверку оказался довольно суетливым местом. За одинаковыми столами с компьютерами и горой бумаг сидели самые разновозрастные дяди и тёти, каждый из которых выполнял какую-то жутко важную работу. По крайней мере, выражения лиц у них у всех были очень серьёзные.
У Егорки отпали последние сомнения — это точно спецагенты, разрабатывающие самые секретные операции. А офис это так, для прикрытия, чтоб враги не догадались.
Вал Валыч, сев за свой стол в самом углу, с головой ушёл в бумаги, а сыну предоставил полную свободу! Ну, разве что с одним маленьким условием — ни при каких обстоятельствах не появляться около приёмной и уж тем более не совать туда свой нос.
Что означает слово "приёмная", он не объяснил.
Красивый-младший понимал, что отвлекать отца лишними расспросами у него же на работе — это для сопливых пятилеток. Первоклассник, за плечами у которого военный поход в Лысый лес и воздушный бой с ведьмами на вениках, сам разузнает, где находится "приёмная", чтобы никогда туда не ходить. Надо лишь оглядеться и подумать…
На помощь ему подоспела детская фантазия, мгновенно превратив серый коридор в тропические джунгли, содрогающиеся от доисторических воплей Олега Петровича. Враг тщательно прятался, но шевеление кустов и качание деревьев выдавало его присутствие.
Егор летел над шапкой тропического леса, как человек-ракета — с огненным ранцем за спиной, и палил по кронам из лазерного пистолета. Внизу, разрывая лианы и распугивая обезьян, ползли похожие на танки белые копировальные аппараты, а за ними, пригибаясь, как бойцы спецназа, шагали дяди и тёти, которых мальчик встречал в отделах. Он подлетал к ним по очереди и спрашивал: "Скажите, пожалуйста, где находится приёмная?" Дяди и тёти удивлённо смотрели на него и махали рукой: "Там". Место крайне неопределённое…
Так бы он и порхал, если б не наткнулся на одну весьма подозрительную тётю.
Высокая и стройная, похожая на взрослую Мальвину, в самом коротеньком платье, разогнавшую всех своих женихов, она гордо восседала за широким столом. Слишком красивая и слишком умная, с холодными кукольными глазами, она вмиг превратила Егора в обычного маленького мальчугана.
— Пр-ривет… я Ег-гор, — сжимаясь от робости, промямлил он. — А вы к-кто?
Тётя изучала его, как птица изучает букашку, решая, съедобна та или нет.