Андрей Белов – Неполная перезагрузка (страница 46)

Тогда настроение Наташи заметно улучшилось, она успокоилась, стала более уверенной в себе, но жесткое наблюдение за своим мужем и ежевечерние домогательства все же не прекратила. По возвращении же домой все ее иллюзии и вовсе очень быстро развеялись.

К шестидесяти годам Александру уже надоело абсолютно все работа, жена со своими бесконечными приставаниями и комплексами по поводу своего старения, заметно постаревшая любовница Ольга, к которой он успел привыкнуть и уже знал обо всех ее поступках заранее. В результате службу он забросил практически совсем и совершал минимальное количество действий, которые уже можно было не делать только в том случае, если просто бросить работу. И он без сомнений потерял бы должность, если бы не его пред пенсионный возраст. Ему просто давали доработать, но речи о том, что он будет продолжать работать в пенсионном возрасте, уже никто не вел.

Когда то он хотел омолодиться, чтобы не состоять в группе граждан дотягивающих до пенсии. Теперь же оказалось, что оставаясь физически молодым, он все равно занимался тем же самым — дотягивал до пенсии. Его организм выполнил всю программу своей жизни, а состарилось или нет его тело, ему было все равно. Он заставлял Александра выполнять предопределенную программу жизни. Даже Ольга почувствовала все это и встречалась с Александром все реже и реже.

Правда он еще считал, что избавившись от обычного финального участка своей жизни, поступил правильно и разумно. Александр ждал выхода на пенсию, полагая тем самым избавиться от необходимости ежедневно ходить на ставшую совсем уже ненавистной службу и заодно от Ольги. Он еще интересовался новыми достижениями науки и техники. Надеялся при наличии большого количества свободного времени вернуться к изобретательству, разобраться с изменениями своего организма. Надеялся второй раз попытаться начать новую жизнь. И очень рассчитывал, что эта попытка будет успешной. Поэтому, когда подошел срок подачи заявления об установлении ему пенсии по старости, Александр весьма в приподнятом настроении направился в свое районное отделение пенсионного фонда.

В комнату приема граждан отделения пенсионного фонда вошла инспектор — замотанная, задерганная и страшно уставшая от своей однообразной работы женщина сорока лет, но выглядящая минимум на пятьдесят пять лет в результате преждевременного постарения. Она взглянула на ожидавшего ее молодого человека и тяжело вздохнула, подумав: "Ну, почему именно мне так не везет? Опять на шизика нарвалась. Сейчас начнет требовать пенсию. А мне с ним теперь разбираться. Хорошо, если хоть тихим окажется".

— Вы пенсию по инвалидности хотите оформить? — с надеждой в голосе спросила она.

— Почему? Нет по старости, — уверенно ответил Александр.

— А разве вы уже достигли пенсионного возраста?

— Да, мне уже почти шестьдесят.

— Паспорт, — строго и одновременно жестко сказала инспектор, усаживаясь за стол напротив Александра.

Александр с готовностью молча протянул свой паспорт инспектору. В нетерпении буквально выхватив паспорт из рук Александра, она его открыла, и даже не прочитав дату рождения, в недоумении уставилась на фотографию Александра в паспорте. Она ожидала чего угодно, но только не этого. С фотографии паспорта на нее без всяких сомнений смотрел именно человек, сидящий напротив нее, но только значительно более старый.

Все ее мысли по поводу того, что психически ненормальный молодой человек попытается подсунуть ей чужой паспорт, паспорт с переправленной датой рождения или вообще поддельный паспорт сразу лишились всякого смысла. Возникла невероятная в ее представлении ситуация. Александру ведь просто негде было взять фотографию в более старшем, чем он был сейчас возрасте. Если, конечно, только не предположить, что он ухитрился посетить свое будущее. Ее раздражение по поводу того, что к ней пришел очередной психически ненормальный человек впустую тратить время, сразу исчезло. Стало очевидным, что с этим посетителем все совсем ни так просто, как ей только что казалось.

Инспектор в нерешительности несколько раз сверила фото Александра с оригиналом, а затем самым тщательным образом проверила каждую страничку паспорта. Но так и не обнаружила никаких следов переклейки фотографии, замены страниц, внесения изменений в записи. Паспорт без всяких сомнений был не поддельным. Паспорт был настоящий.

— Что-то не так? — наконец, не выдержал затянувшейся проверки паспорта, Александр.

— Это действительно ваш паспорт?

— Конечно же, мой! Чей же он еще может быть?! — уже начал раздражаться Александр.

— Дело в том, что на фото в паспорте вы выглядите не совсем так, как вы выглядите сейчас.

— Ну, и что тут такого? Я фотографировался в этот паспорт, когда мне исполнилось сорок пять лет. С тех пор прошло пятнадцать лет, и нет ничего необычного в том, что я изменился за эти годы.

— Да, ничего особенного бы не было, если бы вы постарели, а не помолодели. У всех людей обычно с возрастом наблюдается именно процесс старения. Так молодо выглядеть, как выглядите вы невозможно даже при помощи пластических операций.

— Значит, я просто не такой, как все. Особенный я! И специально для вас стареть не собираюсь! — уже совсем начал терять терпение Александр. Ведь за те годы, которые он прожил после своего глубокого омоложения, ему очень сильно надоели и можно сказать буквально достали вопросы и всякие подозрения особенно со стороны незнакомых людей.

— Ну, я же не говорю, что вы постарели, и не призываю вас состариться. Я говорю, что вы помолодели, а, как раз этого обычно и не бывает. Поэтому мои вопросы к вам вполне обоснованы. Ладно. Давайте трудовую книжку и страховое свидетельство. Вот вам бланк заявления. Можете, пока я буду проверять документы, заполнить его.

— Извините, конечно, я не должен был так бурно реагировать на ваши слова. Но и вы поймите меня. Когда из-за не соответствия вашего возраста и внешнего вида буквально каждый начинает подозревать вас, черт знает в чем, то тут уж по неволи взвоешь, — беря протянутый ему бланк заявления, извинился Александр.

"Этого еще мне только и не хватает, и так не поймешь, как с ним поступить, а тут ведь и последствия могут быть буквально в любом случае", — подумала инспектор, прочитав, где и в какой должности работает ее нестандартный посетитель.

Между тем Александр написал заявление. Инспектор на всякий случай сверила подпись на заявлении с подписью в паспорте. И, как она уже и ожидала, подписи совпали практически идеально. "А может, это и хорошо, что он работает в администрации. Ведь отделу кадров администрации можно довериться", — подумала инспектор и сказала Александру:

— Александр Михайлович, вам придется немного подождать.

С этими словами инспектор перешла в соседнюю комнату и по телефону соединилась с начальником отдела кадров администрации области.

— Юлия Владимировна, у вас такой Александр Михайлович Игнатов работает? — после стандартного представления спросила инспектор.

— Да, работает. Пенсию оформляет? Ему уже пора, — раздался ответ в телефонной трубке.

— А, вот, судя по тому, как он выглядит, ему еще до пенсии работать и работать надо.

— Так, вас его внешний вид смущает? Знаете, лет десять тому назад он вдруг без всяких причин начал молодеть и года за три — четыре превратился в совсем молодого человека. Почему это произошло, так до сих пор никто и не знает. Конечно, все это удивительно, но вы можете не сомневаться, что нашему Александру Михайловичу действительно скоро исполняется шестьдесят лет, — заверила инспектора Юлия Владимировна.

— Спасибо, а то я уже и не знала, что думать, — сказала инспектор, кладя телефонную трубку.

Казалось бы, все вопросы были сняты. Даже заподозрить подмену было невозможно, уж слишком длительно, по словам Юлии Владимировны, происходили изменения с Александром. И можно спокойно обычным порядком оформлять человеку пенсию, совершенно не опасаясь возникновения проблем в будущем. Но инспектор испытывала по отношению к Александру, появившуюся сразу после телефонного разговора, сильную неприязнь, которая постепенно перерастала в самую настоящую ненависть.

Ведь инспектор совсем не верила в самопроизвольное омоложение своего посетителя. Она подозревала, что этот человек нашел способ, как избавиться от старости и болезней, который никак не могут найти многочисленные поколения ученых. И судя по тому, что нашел он этот способ уже никак не меньше чем десять лет тому назад, делиться своим достижением с остальными людьми он явно не собирается. А значит, она успешно преждевременно превратится в старуху, ее мать совсем недавно умерла, и всего этого могло бы и не быть, не скрывай этот человек свою находку. И ей было совершенно неважно, по каким причинам этот человек не желает помочь людям. В том, что люди продолжают стареть, болеть и умирать от старости, с сегодняшнего дня, для нее лично виновен был Александр.

Но это еще были не все ее претензии к Александру. Она, как сотрудник пенсионного фонда, очень хорошо осознавала, что проживет этот гражданин очень долго, и все это время будет получать пенсию, фактически паразитируя на человеческом обществе и она, ее дети, внуки, правнуки и возможно даже более отдаленные потомки вынуждены будут содержать этого человека. Да и можно ли было его при столь значительных изменениях в организме все еще продолжать считать человеком?