Андрей Белоножкин – Школьный дневник. Книга 1 (страница 3)
– Я не склеивал, – промямлил Вова Колбаскин и, обведя недоуменными глазами класс, посмотрел на Нину Петровну, вертя в руках тюбик с клеем. – А клей этот тут лежал. Это не мой, – неуверенно добавил Вова.
– Так… Колбаскин не склеивал. А что скажут другие? – допрос учителя продолжался. Все, конечно, ответили, что не склеивали дневник Сони. Точно так же ответили и мы с Верой Колючкиной. Правда, Вера очень сильно при этом покраснела.
Но Нина Петровна этого не заметила. Зато заметил я. Мне показалось даже, что покраснели и Верины веснушки.
– Ты что такая красная? – спросил шепотом я Веру.
– Стыдно стало… – прошептала она и опустила глаза.
– За что?
– За дневник…
– Ты знаешь, кто это сделал?
– Знаю.
– Кто?
– Не ты.
– Это понятно. А кто? – допытывался я.
– Я… – еле слышно шепнула Вера.
– Ну, ты даёшь! Круто! Я бы так не смог! – искренне восхитился я Вериной смелостью. – А зачем?
– Надо было…
– Ну, скажи. Я никому не расскажу. Обещаю тебе, – шепнул я Вере на ухо и прикоснулся по-дружески своим локтем к её локтю в знак доказательства честности своих слов. Вера посмотрела на меня глазами полными доверия и призналась во всем:
– Меня злило, что Вовка за Соней всё время волочится. Вот и решила их поссорить. Все теперь наверняка на него будут думать, потому что он всю последнюю неделю на Соню обижается из-за новенького. Да только не подумала, что от этого Соня так пострадает. Мне так стыдно. Не знаю, что теперь и делать…
– Вот это да… – не мог я сдержать своего удивления и подумал: «Верка как настоящий преступник. Всё продумала до мелочей. С другой стороны, она честный преступник, потому что мне всё рассказала. Да к тому же она преступник с совестью, потому что стыдится своего поступка. А разве преступники бывают честные и совестливые? И может ли честный и совестливый человек стать преступником?». Но вслух я ей сказал:
– Не переживай. Я что-нибудь придумаю, чтобы ты выпуталась из всей этой истории.
– Может, мне прямо сейчас признаться во всём? – спросила меня Вера.
– Подожди, дай подумать, – мне очень хотелось ей помочь, но пока я не знал, что именно надо сделать.
Вместе с тем, Вера оказалась права в своих расчетах. Все в классе, действительно, подумали, что дневник Сони склеил Вова. Во-первых, он первый из класса сказал, что этого не делал. Значит, боялся, что на него подумают. Во-вторых, клей в руках держал тоже он. В-третьих, Вова был обижен на Соню. Ну, и, в-четвёртых, никого из класса больше нельзя было заподозрить. Точно так же думала и Соня.
– Так, Сотникова, – обратилась к ней Нина Петровна. – Жду от тебя, во-первых, новый дневник и, во-вторых, твоих родителей. Будем вместе думать, кто тебе напакостил.
– Не надо родителей. Это я сама сделала, – сказала громко Соня и посмотрела, не моргая, на Нину Петровну. – Я просто решила проверить новый клей на своём дневнике. Извините меня, пожалуйста.
– Что значит сама? – Нина Петровна недоверчиво посмотрела на Соню, а потом окинула глазами весь класс. – На тебя это совсем не похоже…
– Нина Петровна, так получилось. Сама не ожидала. А новый дневник я принесу обязательно!
Соня говорила очень убедительно. Я даже успел подумать, что из неё получилась бы хорошая актриса. В конце концов, Нина Петровна поверила в правоту её слов и уже более мягким тоном сказала:
– Хорошо. Сама, так сама. А нам пора начинать урок.
Вера Колючкина смотрела на Соню широко раскрытыми глазами. Казалось, вот-вот она заплачет. Я понял, что она просто сгорает от стыда. А про себя подумал: «Молодец Соня. Её ничем не сломить. Не стала ни ныть, ни жаловаться учителю, что кто-то ей подгадил. Всё геройски взяла на себя. Даже Нину Петровну смогла убедить, что сама это сделала. Как говорил мой дедушка – с таким человеком можно идти в разведку».
Зато Вова сидел, крутил головой и не понимал, что произошло. Он так и не понял, почему клей оказался у него в руках, зачем Соня склеила свой дневник и почему все подумали, что это сделал он. А я сидел и придумывал, чем помочь Вере. Наконец, я ей сказал:
– Вера, успокойся. Для начала надо купить Соне новый дневник. Она не должна тратить свои деньги на это.
– Конечно! Какой ты молодец! А как это сделать незаметно? Да и деньги дома, в копилке. Придется её разбить.
– Не надо ничего разбивать. Деньги у меня есть. Я тебе дам прямо сейчас.
– Ой, спасибо тебе. Я на следующей же перемене побегу в магазин.
– Не надо никуда бегать. Во-первых, ты не успеешь. Во-вторых, если Соня сегодня увидит у себя новый дневник, она сразу догадается, что это ты его подложила, потому что только ты будешь отлучаться из класса на долгое время. Так что, мой тебе совет – купи дневник после уроков, а завтра в школе мы его Соне подкинем.
– Убедил, – облегчённо выдохнула Вера и снова почему-то покраснела всеми своими веснушками.
Вера всё сделала так, как я ей посоветовал. На следующий день до уроков мы с Верой подкинули новый дневник Соне. Для этого я отвлек Соню разговорами, а Вера очень быстро и незаметно для других открыла Сонин портфель и положила туда дневник.
Но не всё получилось так, как я предполагал. Соня же не могла знать, что кто-нибудь купит ей дневник. Поэтому вчера сразу после уроков она его себе купила. Ну, а на следующий день перед первым уроком Соня, конечно, обнаружила в своем портфеле уже не один, а целых два дневника.
– Чудеса какие-то, – задумчиво произнесла Соня и подозрительно посмотрела на Вову.
– Колбаскин, – обратилась она к соседу по парте и прищурилась, – как это можно понять? Вчера кто-то склеивает мой дневник, а сегодня в моём портфеле их уже сразу два, причём, новых. Ладно-то один я сама покупала. А вот второй откуда?
Вова вытаращил на Соню глаза и протянул:
– Мистика…
– Ага, мистика… – засмеялась Соня. – В любом случае, спасибо.
– За что, – удивленно протянул Вова.
– За всё… – продолжала смеяться Соня. Ей было понятно, что Вова просто-напросто не хочет признаваться в своей невесёлой вчерашней шутке. Но зла на него она держать не могла. Даже напротив, Соня посмотрела на Вову как-то по-доброму, а про себя подумала: «Какой он всё-таки молодец, что смог исправиться. Да ещё и скромный. До последнего не признается. Почему это я раньше в нём не замечала?». И что-то ещё в Вове ей определённо понравилось. Но, что именно, Соня ещё не поняла. Про это она как-то ещё не подумала. Но, что было ещё более удивительно, спортсмен Саша Белов стал Соне сразу неинтересен.
Вова же смотрел на два школьных дневника своими большими наивными глазами и в недоумении чесал затылок. Но ещё больше ему было непонятно, за что Соня сказала ему «спасибо».
Тут в класс вошла Нина Петровна и сразу увидела, что у Сони на столе лежит два новых школьных дневника.
– Сотникова, ты не перестаралась? – спросила она Соню.
– Нет, Нина Петровна, всё по плану, – гордо заявила Соня. – Один дневник я купила себе, а другой для того, кто может быть тоже захочет клей проверить на своем дневнике.
– Молодец, – рассмеялась Нина Петровна. – Чувство юмора у тебя хорошее.
«Вот это да…», – подумал я. «Опять Соня выкрутилась. Для неё самой второй дневник был неожиданностью, а она уже успела придумать, что сказать учителю. Да так придумать, что Нина Петровна не только ей поверила, но ещё и похвалила. Ну, правда, быть Соне актрисой», – я в этот момент чувствовал себя как в театре на спектакле. Спрашиваю у Веры Колючкиной:
– Как ты думаешь, Соня правда ни на кого не обижается за склеенный дневник?
– Кажется, что нет. Видишь, как она радуется. Только Колбаскин сидит и не понимает, что произошло. И, правда, тугодум какой-то, – разочарованно ответила мне Вера и продолжила:
– Знаешь, я раньше думала, что он хороший друг, а выяснилось другое. Хотя ничего плохого Соне он и не сделал.
А про себя Вера подумала: «Если бы Вова был настоящий друг, он бы обязательно предложил Соне купить новый дневник, даже если знал, что ни в чем перед ней не виноват».
После этой истории Соня Сотникова и Вова Колбаскин стали настоящими друзьями. Так уж получилось, что Вера Колючкина своей «проделкой» не рассорила их, а, наоборот, сблизила друг с другом. Но Вера за это вовсе не переживала. Всё своё внимание она обратила… в мою сторону. Однажды Вера мне призналась, что я – самый настоящий друг и этот, как его, «джентльмен». Я плохо понял, что это значит, но почему-то было приятно.
В общем, всем стало хорошо – и мне, и Вере, и Соне с Вовой. А эта история надолго всем запомнилась. А все в классе, кроме меня, Веры и Вовы, так и думали, что Сонин школьный дневник склеил Колбаскин. После этого кто-то в классе предположил, что для того, чтобы с кем-то крепко подружиться, нужно всего-навсего склеить будущему другу школьный дневник. Причём склеить его как можно крепче самым хорошим клеем, чтобы дружба была такой же крепкой и сильной.
Один Саша Белов так и не понял, почему это у Сони оказался то один склеенный дневник, то сразу два новых. Наверное, ему было некогда думать, потому что он всегда был занят мыслями о спорте. Зато через некоторое время кто-то склеил и его школьный дневник. Как я понял, дружба в нашем классе была вещь заразная…
Новая «Красная шапочка»
Однажды в нашей школе открыли театральную студию. Возглавляла её Инна Васильевна, которая, кроме этого, вела у нас уроки музыки. Я сразу предложил Вере Колючкиной туда записаться. Вера согласилась и говорит: