Андрей Белецкий – Язык и идеология: Критика идеалистических концепций функционирования и развития языка (страница 2)

Одной из характерных тенденций современного зарубежного языкознания является стремление дематериализовать язык, представляя единственно значимыми в нем лишь «чистые отношения» и навязывая понимание системы языка как «совокупности правил». Лишаясь своей материальной, звуковой стороны, язык, естественно, теряет важнейшие свои социальные функции, изолируется от общества и практического использования. Все это преподносится под видом повышения научной строгости анализа – определения лингвистических единиц исключительно лингвистическими средствами и исключения из рассмотрения всего «внеязыкового». На деле же мы видим здесь намеренную абсолютизацию лишь одного частного свойства языка.

«Можно описывать с „заданных или не заданных“ теоретических позиций только отношения между явлениями языка, но обязательно имея при этом в виду, что речь идет лишь об одном из их свойств, пусть очень важном, а не о всей их сущности. Попытки дематериализовать язык, представленные как общий принцип языкознания, для нас неприемлемы. Релятивизм, возведенный в абсолют, является одной из разновидностей идеализма»

Л.И. Брежнев в докладе на XXVI съезде КПСС указал как на одно из характерных обстоятельств нашего времени на то, что

«возросла активность пропагандистских средств классового противника, усилились его попытки оказывать разлагающее воздействие на сознание советских людей»

Не менее активно ведется эта работа и по отношению к населению собственных стран. В арсенале мощного агитационно-пропагандистского аппарата капиталистических государств особое место уделено разнообразным приемам и средствам воздействия на практику человеческого общения. Повседневной заботой буржуазных средств массовой информации – печати, телевидения, радио, кино, а также системы просвещения является планомерное искажение подлинного значения слов и выражений, отражающих понятия социализма и коммунизма, классовой борьбы, деятельности коммунистических партий, истории СССР и других стран социалистического содружества и т.д. Используя трудности в языковом строительстве и развитии национальных культур, испытываемые многоязычными, пестрыми по этническому составу развивающимися странами Азии и Африки, бывшие колониальные державы – Великобритания, США, Франция и другие принимают действенные меры, направленные на сохранение и упрочение в своих бывших колониях господствующих позиций прежних колониальных языков – английского, французского, испанского, португальского. Вся эта деятельность субсидируется правительствами и правящими кругами. Например, предпринятое в 1959 – 1961 годах Центром прикладной лингвистики в Вашингтоне исследование роли вторых языков в Азии, Африке и Латинской Америке финансировалось американским правительством через Управление по международному развитию

«ввиду его заинтересованности в некоторых основных проблемах, связанных с программами помощи в деле изучения английского языка как иностранного в ряде стран»

Языковые проблемы используются, таким образом, как средство укрепления влияния на экономическое и культурное развитие новых независимых государств, на их внутреннюю и внешнюю политику. Языковая политика становится составной частью арсенала современного неоколониализма. Все это осуществляется одновременно с систематическим искажением правды о языковой и национальной политике, проводимой в Советском Союзе, замалчиванием огромной работы, осуществленной в нашей стране по языковому строительству, бережному сохранению национальных языковых особенностей, развитию национальных культур и больших и малых народов и народностей СССР.

Возникая вместе с обществом и развиваясь в процессах общественного развития,

«идеи, идеология оказывают и огромное обратное влияние на социальные реальности, на материальный мир»

Поэтому неустанная борьба против антимарксистских, идеалистических направлений в любой области науки и общественной практики имеет огромное значение. Предлагаемая вниманию читателя книга имеет целью внести скромный вклад в эту важную деятельность.

В написании книги принимали участие: проф. А.А. Белецкий (1.4), доц. И.И. Борисенко (2.2), проф. Ю.А. Жлуктенко (1.1; 1.2), доц. В.И. Карабан (2.3; 3.3), проф. Ф.А. Никитина (1.3), доц. О.Е. Семенец (3.2), проф. С.В. Семчинский (1.5), проф. Е.Н. Старикова (1.6), И.Ф. Ухванова-Шмыгова (2.1), доц. А.И. Чередниченко (3.1).

Авторы выражают глубокую благодарность за ряд ценных пожеланий и критических замечаний научным сотрудникам Ленинградского отделения Института языкознания АН СССР профессорам А.И. Домашневу, А.В. Бондарко, С.Д. Кацнельсону, Н.З. Котеловой, Е.А. Реферовской, а также кафедры общего языкознания Ленинградского государственного университета им. С.М. Кирова проф. Ю.С. Маслову, доц. Е.Д. Панфилову, доц. О.И. Фоняковой, проф. Л.П. Ступину.

1. ИДЕАЛИСТИЧЕСКАЯ СУЩНОСТЬ ЗАРУБЕЖНЫХ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ

1.1. Теория «языковых кодов» Б. Бернстайна и ее идеологическая направленность

Одной из причин бурного развития социолингвистических теорий на Западе в последние десятилетия была отрицательная реакция на структуралистские положения об имманентности языка и существовании его в виде жесткой статической системы, которую надлежало изучать только в аспекте внутренних связей и отношений. Языковеды, поставленные перед необходимостью изучения «реальной речи реальных говорящих», не могли решать эти задачи на основе теорий, рассматривавших язык как нечто вполне единообразное, гомогенное и монолитное.

«С этой точки зрения, которую мы в настоящее время осознали как вредную, – пишет У. Брайт, – различия в навыках речи внутри коллектива третировались как „свободные вариации“»

Новая отрасль науки о языке, выступавшая под различными наименованиями, поставила одной из своих главных задач показать, что в действительности эти вариации не «свободны», а обусловлены системными различиями в структуре общества. Развернулись интенсивные исследования ранее не свойственных лингвистике Запада проблем: соотношение между языком и социально-классовой структурой общества, взаимовлияние и взаимообусловленность языковых и социологических явлений.

В этих разысканиях наиболее объективно мыслящие ученые капиталистического Запада не могли пройти мимо марксистской теории общества и его развития. Однако значительная часть западных социолингвистов по-прежнему обращается главным образом к неогумбольдтианству и неопозитивизму. Последнее особенно стимулировалось тем обстоятельством, что в центре своего анализа знания неопозитивизм ставил возможности его выражения в языке.

Стремясь теснее связать исследование языка с социальными науками, зарубежные социолингвисты проявляли тяготение к ориентации

«прежде всего на те течения в данных науках, которые сами испытывали значительное влияние позитивистских идей»

Одной из самых известных зарубежных социолингвистических теорий является «теория языковых кодов» английского ученого Бэзила Бернстайна. Отличительной ее чертой на протяжении последних двадцати лет было постоянное стремление доказать, что существующие формы пользования языком строго обусловлены определенными социальными структурами, которые Б. Бернстайн обычно именует «классами».

Само по себе стремление подчеркнуть связи языка с общественными явлениями вряд ли может вызывать возражения. Ведь и в марксистском языкознании одним из основных положений является понимание языка как общественного явления. В свое время советская лингвистика отбросила вульгаризаторские представления о делении общенародного языка на противопоставленные друг другу «классовые языки», однако она и сейчас продолжает признавать, что в языке классового общества не могут не находить известного отражения социальные моменты. Главное, однако, то, что социальные явления отражаются в языке не прямо, а через посредство многих промежуточных факторов. Результатом таких влияний могут быть, например, социальные диалекты или «разные социальные варианты литературного языка» (Жирмунский, 1969, 6). Исследование социальных аспектов функционирования и развития языка всегда стояло в центре внимания советских языковедов, но наше понимание этих проблем принципиально отличается от социолингвистических теорий, развиваемых в настоящее время на Западе, в частности от теории Б. Бернстайна.

Необходимо прежде всего иметь в виду, что термины «класс», «социальная структура» и другие понимаются Б. Бернстайном по-своему. Еще В.М. Жирмунский предупреждал, что слово классовый

«не имеет в словоупотреблении западноевропейских авторов того строгого терминологического значения, которое оно получило в советской (марксистской) социологии. Такие термины, как „нация“, „класс“, „раса“, употреблялись нередко и продолжают до сих пор употребляться в гораздо менее определенном значении, чем то, к которому мы привыкли»

Несмотря на то, что Б. Бернстайн в своих трудах нередко ссылается на К. Маркса, он так и не усвоил марксистского понимания общественных классов как

«больших групп людей, различающихся по их месту в исторически определенной системе общественного производства, по их отношению (большей частью закрепленному и оформленному в законах) к средствам производства, по их роли в общественной организации труда, а следовательно, по способам получения и размерам той доли общественного богатства, которой они располагают»