Андрей Астахов – Одиннадцатая заповедь (страница 41)
— Почти пришли, — шепнул он. — Детский сад номер три прямо на восток от нас, а "Ивушка" через пару дворов на юго-восток. Надо разведать дорогу. Слушай боевой приказ — сидишь здесь и ждешь дальнейших указаний. Приказ ясен?
— Чего?
— Того. Ясен приказ, говорю? Жди меня тут.
— Ну уж нет! Я один не останусь…
— А придется. Я серьезно говорю: надо разведать дорогу к детскому саду, и ты будешь мне мешать. Вот, сторожи мой рюкзак, — Дед скинул рюкзак к моим ногам, взял один из гранатометов, повесил на спину. — ПДА выключи, его могут засечь. Я скоро.
Спорить было бесполезно, и я подчинился пожав плечами. Очевидно, что сумасшедший старый хрен сделает, что задумал, так что переубеждать его дело безнадежное, лучше поберечь слова и нервы. Дед прихватил один гранатомет и исчез в темноте. Я забрался в самый темный угол, поближе к двери во двор, чтобы в случае чего быстро убраться из магазина. Впрочем, пока все было спокойно. Магазин совсем обветшал, со всех сторон его окружали такие заросли, что заметить мое убежище со стороны улицы было совершенно невозможно. Мы и сами прошли бы мимо, если б не карта Деда. Короче, уголок неприметный и на первый взгляд вполне безопасный, если только в Зоне бывают безопасные места.
Я сидел, прислушивался к звукам ночной Припяти и думал о том, что неплохо бы сейчас залить энное количество грамм вискаря в мою пищеварительную систему — было бы и теплее, и спокойнее на душе. Автомат держал в руках, оставшийся мне гранатомет положил перед собой. Хорошая штукенция, убойная, если что, поможет разом упокоить любую тварь, которая вздумает близко со мной пообщаться. Несколько раз подумал о Деде и решил, что беспокоиться об этом чуваке нет смысла — Платов уже не раз показывал мне, на что способен. Настоящий боец, факт. Про таких кино снимают. Мне до него, как до Сатурна на карачках. Оно, конечно, совершенное сумасшествие соваться на базу наемников в одиночку, но я почему-то был совершенно уверен, что Дед вернется живым и невредимым. после того, как мы сделали химеру, я больше не сомневался, что нам будто какие-то добрые колдуньи ворожат.
Нет, Уокер каков сукин…
В тишину ночи вошел новый звук. Еле слышный, почти неуловимый, высокий, почти ультразвук. Будто звенели китайские ритуальные колокольчики, причем с равномерными интервалами. Я вздрогнул, напрягся, взял автомат наизготовку, замер, вслушиваясь в окружающую меня ночь. Было тихо, только листва деревьев вокруг "Струмка" шелестела под вздохами ночного ветра. Я уже было подумал, что мне показалось, и тут звон повторился вновь. Мне показалось, что звук идет откуда-то слева, из двери в складское помещение.
Осторожно, чтобы не выдать себя треском стекла под ногами или звяканьем снаряжения, я сделал один шаг, прижимаясь к стене, потом второй. Мелодичный звон повторился, и еще я услышал звук, похожий на тихое гудение. В подсобке явно кто-то был. Волосы на моей голове зашевелились, ладони в перчатках вспотели. Правую руку я держал на пистолетной рукояти автомата, левую положил на выключатель закрепленного на плече фонаря. Замер на несколько мгновений у дверного проема, задержал дыхание, включил фонарь, показавшийся мне удивительно ярким и…
В подсобке никого не было. Луч фонаря осветил только рассыпавшиеся кучей старые решетчатые ящики для молока, какие-то коробки и прочий хлам.
Черт, неужто показалось?
У меня появилась мысль, что неизвестный ночной гость находится снаружи, на улице. Осторожно добравшись до внешней стены и высунув голову наружу, я прислушался. Ничего, только стрекот сверчков и шелест листьев. Я вернулся обратно к двери и задумался. Нет, я был абсолютно уверен, что мне не показалось — странный звук был, если только у меня от усталости, недосыпа и пережитых волнений не начались галлюцинации. Миг спустя я понял в чем дело, но испытал большое разочарование. Подсумок, где у меня лежал детектор "Велес", был пуст — наемники в лаборатории забрали и его.
Тьфу ты, зараза!
Невидимый артефакт, точно издеваясь надо мной, снова издал звенящий звук. Я пытался вспомнить, какой известный мне артефакт "звучит" подобным образом. Я знал, что "Ночная звезда" иногда издает мелодичный свист, "Душа" при обнаружении детектором приветствует удачливого сталкера странным мяукающим звуком, "Лунный свет" жужжит, как большой жук. А вот какой из артефактов "звенит" я понятия не имел. Впрочем, детектора у меня не было, а без него увидеть артефакт невозможно.
— Ну и звони себе дальше! — шепнул я сердито, обращаясь к куче ящиков. — Черт с тобой!
Нечто отозвалось долгим переливчатым хрустальным звоном, будто отреагировало на мои слова. Артефакт ты или нет, но от твоих звонков толку никакого, так что…
Все мысли разом вылетели из головы. Я увидел торчавшую из-за груды ящиков ногу в стоптанном берце.
Ну вот, теперь все понятно. Мой ПДА был выключен. В противном случае я бы давно увидел серую точку на сканере…
Неизвестный был в очень дорогом и очень желанном для любого сталкера бронекостюме "Сева", лежал на спине, раскинув руки. Несколько аккуратных дырочек на груди и верхней части живота комбинезона красноречиво отвечали на вопрос, что убило этого бедолагу. Следов крови на полу не было, и судя по слою пыли на комбинезоне, мертвец лежал тут довольно давно, несколько недель или больше — не будь на нем закрытой брони, я бы учуял его присутствие с самого начала. Странно, что оружия при нем не было, только нож и пустая пистолетная кобура от "Макарова" на поясе. Я так подумал, что сталкер потерял свое оружие там, где был ранен, а оттуда добрался до подсобки "Струмка", где и прибрала его смерть. Рядом с трупом лежал добротный армейский рюкзак, открытая аптечка первой помощи и индивидуальный перевязочный пакет, который несчастный успел всего лишь надорвать и на треть вытащить из упаковки. ПДА оказался разбитым пулей, но, покопавшись в рюкзаке, я нашел не только полный патронов магазин к АКМ, пачку пистолетных патронов 9х18 (своевременная находка, будет чем зарядить трофейный "Форт"!), армейский сухпаек ИРП-Б, упаковку пальчиковых батареек, смятую пачку "Winston" с четырьмя сигаретами, противорадиационные таблетки и флягу с водой, но еще и пухлый блокнот с вложенной в него шариковой ручкой. В подсумке на поясе я нашел детектор "Велес", а в гранатной сумке — гранату РГД-5 и запал к ней. Ценные находки, особенно детектор и сухпаек, теперь мы с Дедом хоть почифаним по-человечески.
— Спасибо, брат, — сказал я покойнику и поклонился. — Спас ты нас от голода.
Батарейки "Велеса", похоже, сели; я заменил их на новые и включил прибор. Результат меня удивил — никаких артефактов поблизости он не засек. Но мое внимание привлек двойной контейнер на поясе мертвеца: это был очень примечательный контейнер для артефактов, не кустарный, какими пользуютсявольные сталкеры, не штатный армейский СК-12, использующийся экологами, военными и учеными, работающими на "Долг" — американский, Laird-овский, очень дорогой и редкий в Зоне. Прежде я видел такой контейнер только у Бороды на "Скадовске". По слухам, с такими контейнерами работают еще и ученые, негласно сотрудничающие с наемниками. Я снял с покойника контейнер и вновь отчетливо услышал знакомый тихий звон.
— Ах, вот оно что! — Я усмехнулся. — Ты, оказывается, внутри!
Судя по весу, оба отделения контейнера были "заряжены", но я не стал до поры открывать, хотя меня мучило сильное любопытство — некоторые артефакты адски фонят, и даже за пару секунд можно хапнуть серьезную дозу. Поэтому я отложил контейнер в сторону. Был сильный соблазн вскрыть пакет с сухпайком и поесть, но я решил дождаться Деда, и потому занялся блокнотом.
Чтение оказалось очень интересным. Блокнот был поделен на три части: первые два десятка страниц были убористо исписаны какими-то цифрами. Среди столбцов цифр попадались краткие малопонятные комментарии вроде "Высохшее озеро, Янтарь, 10 марта, находка упс!", или "16.03, 14.25, 40 минут после выброса в 4,5 балла по Берману, точка замера 28", и весьма аккуратно начерченные ручкой графики с пояснениями в виде многоэтажных формул. Все эти тангенсы-стакангенсы были для меня китайской грамотой, и я просто перелистывал странички, пытаясь найти более существенную для меня информацию. Вторая, большая часть исписанных страниц, представляла из себя что-то вроде бухгалтерской книги: здесь перечислялись суммы полученные покойным с пометками вроде "Передал Георгу АГ за 2500", или "От АБП получено 1500 гринов наподготовку экскурсии". Последние страницы оказались чем-то вроде дневника, который этот бедняга вел с пятого по двадцать восьмое апреля. Записи велись не каждый день.