Андрей Астахов – Одиннадцатая заповедь (страница 43)

Я снова высунулся, дал, не целясь еще одну очередь. Ответные пули просвистели над моей головой, с противным визгом ударились в трубы. Наемники сразу засекли, откуда стреляют. Сейчас начнут гранаты кидать.

Я не ошибся: что-то увесистое гулко ударилось в трубу, и парой секунд спустя ахнул взрыв, окончательно меня оглушив и заставив вжаться в землю. Я еще успел подумать, холодея, что будет, если очередная граната перелетит через трубы — укрыться от осколков я не смогу. Еще одна граната взорвалась по ту сторону кучи, прогремев осколками по трубам и осыпав меня землей и мусором. Пристрелялись, падлы.

Чего Дед-то спит!?

Я быстро переполз к краю штабеля, осторожно выглянул. Освещенные окна были пусты, наемники или попрятались, или переместились в темные помещения, откуда наблюдать за улицей было безопаснее.

— Вперееед! — заорал я дурным голосом.

Мгновенно в окнах показались два силуэта: я едва успел убрать голову, как началась стрельба. Еще одна граната рванула метрах в десяти левее меня, возле деревянного медведя, и так настрадавшегося от непогоды и выбросов. Резко пахнуло горелым толом. Я на четвереньках перебрался к противоположному концу кучи, выглянул и увидел, что дверь "Ивушки" открылась, и в ее черном проеме кто-то движется.

Каким-то чудом я успел убраться под защиту труб, на которые пролился густой убийственный свинцовый дождь. Наемники конкретно прижали меня к земле, а если сейчас они совершат вылазку, мое дело пропащее.

Пальцы у меня тряслись, когда вкручивал запал в РГДшку. Бросил ее не глядя, туда, в сторону дверей. Грохнул взрыв, осветив двор, стрельба на несколько секунд стихла, но моя граната не убедила наемников — они ответили на нее сразу тремя. К счастью, все три легли по ту сторону труб. Их взрывы оглушили меня окончательно, и чувствовал я себя очень скверно. Бежать мне некуда, сейчас приятели Уокера просто забросают меня гранатами, и все, капец.

Толовая гарь резала глаза, драла горло, но я всеми силами сдерживал себя, чтобы не закашляться. Единственную бывшую у меня ручную гранату я израсходовал, оставалось отстреливаться. Задержав дыхание, я высунулся над трубами и выпустил остаток магазина в черную дыру двери. Ответили мне из двух автоматов, а потом из двери появился наемник в экзоскелете. Двигался он тяжело, полубегом-полушагом, и шел прямо на меня, вскинув карабин М4.

Пробить даже обычный серийный экзоскелет стандартной пулей 7Н10 почти невозможно, только бронебойной, и то зависит оттого, куда попадешь. Наемничий, изготовленный в секретных лабораториях НАТО, и подавно. Бронебойных у меня не было. Экзоскелет преодолел уже половину разделявшего нас расстояния, не оставляя мне выбора. Он засек меня, он целенаправленно шел разобраться со мной, понимая, что у меня против него нет никаких аргументов. Он понял, из какого оружия я стреляю. Не учел только одного — в запасе у приговоренного им к смерти сталкера может оказаться оружие посерьезнее АК-74 с патронами 7Н10.

У меня был только один шанс, и я смог его использовать. Выдернул чеку из РПГ-26, встав во весь рост, нажал на спусковой рычаг и послал свой главный контраргумент в наемника в экзоскелете. Он не упал сразу после взрыва — остановился, окутанныйоблаком дыма и искр и, как мне показалось, еще успел наклонить голову вперед, словно хотел понять, что же с ним случилось, рассмотреть получше или меня, или огромную, зияющую в его груди сквозную дыру, оставленную кумулятивной гранатой "Аглени", и только после этого повалился в бурьян лицом вниз.

Задыхаясь, я упал за трубы, отшвырнул трубу гранатомета и схватился за автомат, ожидая нового свинцового града, но через несколько мгновений услышал лишь хорошо знакомый мне голос:

— Отличный выстрел, Андрей!

Сердце мое едва не остановилось от радости. Выглянув, я увидел Деда: он стоял на крыльце детского сада с включенным на шлеме фонарем, держа в руках СВД.

— Все, порядок! — Он помахал мне рукой. — Объявляю благодарность, боец!

Я соображал с трудом, меня колотила дрожь, но главное все же дошло до моего рассудка — бой окончен, Дед решил все проблемы. И мы оба живы.

— Пошли! — Дед повлек меня внутрь здания. На первом этаже лежали два трупа: один на лестнице, второй у самого входа, рядом с ним лежал ручной пулемет М249. Еще двоих Дед прикончил на втором этаже. Шестой мертвец лежал в игровой комнате, рядом с горящим в металлической бочке костром. Рядом с убитым наемником стоял сталкер в экзоскелете без шлема, с американской М16 в руках. Тот самый парень, с дедовской фотографии.

— Готов Бульдог, отлаялся, — сообщил Дед. — Знакомьтесь: Андрей Азаров — капитан Ярослав Зайцев.

— Здравия желаю, — парень подал мне руку.

— Капитан? — Я вопросительно посмотрел на Деда.

— Прости, что все не так быстро получилось, как хотелось, — сказал мне Дед. — Замок в двери служебного выхода оказался сломанным. Пришлось выбивать дверь.

— Я что-то не понимаю, — я перевел взгляд на Зайцева, потом снова на Деда. — Ты говорил, что он твой зять.

— Так и есть, — улыбнулся Дед. — Мой зять и еще капитан Главного управления Генштаба России. Чего закис?

— Ничего. Мог бы с самого начала все рассказать.

— Все расскажу в свое время. — Дед выпрямился и по-военному отдал мне честь. — Спасибо за помощь, сталкер Пиндос. Теперь можно и выпить-подзакусить, если есть желание.

***

— Ну, кое-что ты уже знаешь. Это я про борьбу мировых спецслужб за наследие "О-сознания". С момента образования Зоны она очень многих интересует, и мысли у большинства этих интересующихся совсем недобрые. У тех же натовцев с 2006 года действует специальная сверхсекретная программа по изучению загадок Зоны, называется "Невидимое касание". По той информации, которая у нас есть, особенно интересуют их технологии "О-сознания" и возможность использования свойств чернобыльских артефактов в военных целях. Еще и частные компании свой интерес здесь имеют. Российская разведка тоже мимо тайн Зоны не проходит. Уж очень серьезные наработки тут были в свое время сделаны. Опасные наработки, очень опасные, — Дед бросил в костер оставшийся от сигареты бычок. — Всего не расскажу, поскольку много сам не знаю, да и особо секретная это информация, парень, так что без обид. Ты умный, сам все домыслишь в общих чертах, а подробности знать необязательно. Другое важно — мы выполнили задание. Ноутбук наемников у нас, так что все те данные, что Кайзер собрал, бесследно не сгинули. Теперь за них ученые возьмутся.

— Кайзер тоже на вас работал? — спросил я.

— Нет. И штатным агентом СБУ тоже не был, как мне думается. Спецслужбы часто используют независимых сталкеров в своих целях. Нанимают их для "хорошо оплачиваемой работы", играют на желании бабла срубить по-крупному. Да что я тебе рассказываю, ты сам все не хуже меня знаешь. Кайзер-Литвиненко был таким вот наемником. Поэтому рядом с ним в этой экспедиции как бы случайно наш капитан оказался, — Дед показал глазами на Зайцева, спокойно и чинно поглощавшего горячую кашу с мясом. — А я по своей легенде работал. Вроде справился.

— Прости, конечно, но не староват ли ты для таких подвигов? — спросил я и понял, что сказал глупость. Но Дед не обиделся совершенно, только засмеялся.

— Бывших разведчиков не бывает, парень, — ответил он. — К тому же, я в свое время тоже по Зоне работал, сразу после Второго взрыва. Вся эта возня не вчера началась, гораздо раньше. Только я не оперативной, а организационной работой занимался, а в этот раз, ввиду сложности ситуации, решил сам поучаствовать.

— Понятно, — я помолчал. — А я как кутя слепой в всем этом барахтался. Сказки твои слушал.

— За это своего приятеля Уокера благодари, не нас. Повезло тебе, почитай от верной смерти ушел.

— Знаешь, Платов, а мне вот показалось, что Уокер как раз не очень горел желанием меня валить. Хотел бы, еще на входе в Х-4 расстрелял, как мишень в тире. Что-то ему от меня было нужно, только вот что? — Я вздохнул, сделал глоток очень хорошего трофейного бренди "Сараджишвили" из кружки. — Но может, я неправ.

— Может, и так. А про сказки — сам понимаешь, не мог я тебе всей правды рассказать. Но зато теперь все закончилось. — Дед налил всем еще бренди. — В Центре все знают, через двенадцать часов будет вертолет, который вывезет нас на Большую землю. Ты с нами полетишь.

— С вами? Ты что же, папаша, в очередной раз все за меня решил, верно?

Дед не ожидал такого вопроса.

— Это не приказ, предложение, — ответил он после короткой паузы. — Никто тебя не неволит. Хочешь в Припяти остаться — оставайся. Твое дело.

— Очень великодушно, — огрызнулся я. — Оставайся в Припяти, Пиндос, пока тебя монолитовцы не шлепнут, или мутанты не сожрут. Но помощи мне твоей не нужно. Я сам по себе. И со спецслужбами, пусть даже они российские, никаких дел иметь не хочу.

— Да кто тебя заставляет, чудак-человек! Ярика мы вызволили, задание выполнили, так что свободен ты теперь. Все, о чем попрошу, не болтать много.

— Подписку о неразглашении тебе дать, Платов?

— Эх и колючий ты парень, Пиндос! — Дед поднял кружку. — Давайте выпьем за успех.

— А мне за помощь награда полагается? — спросил я.

— Какая награда? — не понял Дед.

— Я сталкер, папаша. Из за ваших секретов мне украинская разведка муде к бороде подвела, а потом еще Уокер, друг закадычный, чуть прямиком к черту в пекло не увел. Вы в государственные игры играете, а у меня дела маленькие, частные. Но….Зятя твоего я помог спасти. Задание вы выполнили, за что звездочки и премии получите. А мне что?