Андрей Арктический – Ради тебя. Книга вторая (страница 7)

Пока они усаживались, Дмитрий стоял, прислонившись к своему «Патриоту», и курил, глубоко затягиваясь. Он смотрел, как тело деда укладывали в багажник микроавтобуса, закутав в одеяло.

«Ивеко», пыхтя, выбрался на укатанную колею и медленно пополз вперёд. Лица в окнах – бледные, измождённые. Они махали руками. Женщина с седыми прядями что-то крикнула им из окна, но ветер унёс слова. Они махнули в ответ.

Когда микроавтобус скрылся за поворотом. Они остались одни посреди заснеженной дороги.

Дмитрий докурил, швырнул окурок под ноги, раздавил его каблуком протеза.

– Ну что, командир, – хрипло спросил он, открывая дверь водителя. – Поехали дальше? Или ещё кого-нибудь спасать будем по дороге?

В его голосе не было сарказма. Была усталая, беспощадная к самому себе ярость. Ярость человека, который знает, что спасает не мир, а лишь крошечные, ничтожные его осколки, и что главный враг – где-то там, в ином измерении, где не действуют ни аккумуляторы, ни благодарности.

Настя, не отвечая, села в машину. Она смотрела на свои руки, которые всего несколько минут назад держали запястье умирающего старика. Они больше не дрожали. Они были холодными и твёрдыми. Как и что-то внутри неё.

УАЗик, с одним аккумулятором и новым, тяжёлым грузом в душе у своих пассажиров, тронулся в путь. И глядя на сгорбленную спину Дмитрия, Настя впервые с дикой, кристальной ясностью осознала: их маленькая война началась.

«Патриот» еле дотянул до рассвета. Севший аккумулятор едва позволял завестись после каждой остановки, и Дмитрий нервно поглядывал на вольтметр, бормоча под нос проклятия. Когда на окраине небольшого городка, больше похожего на длинную, пыльную улицу, показался указатель с красным крестом и стрелкой «Госпиталь», он, не говоря ни слова, свернул.

Гражданский госпиталь размещался в бывшем доме культуры. С колоннами, когда-то белыми, а теперь серыми от копоти и пыли, и с громадными выбитыми окнами, затянутыми полиэтиленом и фанерой. Крыша над правым крылом просела, будто присев от усталости. Похоже было не на лечебное учреждение, а на большой, неопрятный барак, из которого наружу сочилась боль.

Настя вышла из машины, и запах ударил её, знакомый и в десять раз усиленный: хлорка, перебиваемая сладковатым, тошнотворным духом гноя, дешёвое мыло, моча и под всем этим – железная, нестираемая нота крови. Из-за дверей доносился не ровный гул, а разрозненные звуки: приглушённый стон, резкий окрик, металлический лязг посуды.

– Я.. зайду, – сказала она, не ожидая ответа. – Узнаю, может, нужна помощь. Может, есть информация.

Дмитрий кивнул, прислонившись к теплому капоту. Его лицо было напряжённым.

Настя толкнула тяжелую, обитую ржавым железом дверь. Тепло, густое, спёртое, обволокло её, как вата. Первое, что она увидела, – коридор, заставленный носилками. На них лежали люди. Не все стонали. Некоторые просто смотрели в потолок стеклянными, отрешенными глазами. Повязки на них были не белыми, а серыми, местами просочившимися жёлтым и коричневым. Воздух дрожал от – чёрных, наглых, зимних мух, которым было тепло среди этой боли.

Она прошла дальше, в бывший зрительный зал. Сцена была завалена ящиками. А в партере, где когда-то стояли кресла, теперь плотно, как на плацу, стояли койки. И между ними сидели, лежали, ползали люди в грязных халатах. Медсестра, девочка лет восемнадцати, с двумя косичками и совершенно пустым лицом, меняла капельницу старику, у которого вместо ноги был комок окровавленных бинтов.

– Вам кого? – хриплый голос раздался справа. К ней подошёл мужчина в когда-то белом, а теперь в коричневых разводах халате. Молодой, лет тридцати пяти, но с глубокими тенями под глазами и сединой на висках. В руке он держал чашку с чем-то тёмным, парившим слабым паром.

– Я.. медсестра, – сказала Настя, и её голос прозвучал неестественно громко в этом приглушённом аду. – Из тылового госпиталя. Могу помочь. Хоть на несколько часов.

Врач – а он, несомненно, был врачом, по той сосредоточенной усталости, что была в каждом его движении, – долго смотрел на неё. Не с надеждой, а с оценкой: выдержит ли?

– Помощь? – Он горько усмехнулся, беззвучно. – У нас не хватает всего. Бинтов стираем и кипятим по три раза. Антибиотики – на вес золота, колем только когда уже сепсис. Обезболивающее – разводим новокаин для самых тяжёлых. Помочь можете? Сможете, не глядя, вену найти у человека, который три дня воды не видел? Сможете перевязывать гангрену, чтобы не блевать?

– Смогу, – тихо, но чётко ответила Настя. Она уже расстегивала свою куртку. – Покажите, где можно вымыть руки.

Он провёл её в бывшую гримёрку, превращённую в процедурную. Там царил худший хаос. Настя молча включилась в работу. Первые полчаса она просто делала то, что просили: фиксировала руку для капельницы, прижимала артерию у парня с рваной раной на бедре, пока врач накладывал жгут, меняла простыни под теми, кто уже не мог двигаться. Её движения были автоматическими, отточенными годами в стерильном тылу. Но здесь, в этой грязи и тесноте, каждое действие требовало в десять раз больше сил – моральных.

Она увидела молодого бойца с осколочным ранением живота. Ему не хватало дренажных трубок. Их делали из обрезков катетеров. Увидела женщину, гражданскую, с ожогами – ей накладывали повязки, смоченные в фурацилине, разведённом до бледно-жёлтого цвета, потому что больше не было.

– Держимся на воле Божьей и том, что удаётся раздобыть, – сказал врач, Сергей Петрович, как она позже узнала. Он стоял рядом, вытирая лоб тыльной стороной запястья. – Иногда военные подбрасывают. Чаще – нет. Вы откуда, говорите?

– Из тыла, – повторила Настя, не вдаваясь в подробности. – А у вас… не было случаев? Необычных? Когда человек должен был умереть, но… выжил вопреки всему?

Сергей Петрович посмотрел на неё с странным, пронзительным вниманием.

– Бывают. Называем их «несгораемыми». Только радоваться не приходится. – Он махнул рукой.

Тем временем Дмитрий, так и не зайдя внутрь, исчез. Настя видела его в окно: он ходил по двору, телефон прижат к уху, разговаривал резко, отрывисто, иногда повышая голос. Лицо его было сосредоточено, в глазах горел тот самый упрямый огонёк, который она видела в первую ночь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.