Андрей Архипов – Битва за ресурсы (страница 17)
Кроме того, в использовании рейдера необходимости просто не было. Концентрат они пока не накопили в достаточном количестве, а для отправки небольшого объема кристаллов вполне подходил челнок.
Ну ладно, допустим, проблему с транспортом утрясли. В любом случае оставался нерешенным главный вопрос: кто должен был им управлять? Митька, как единственный пилот на Весте?
А кто будет отбиваться, если на базу нападут? Искин вместе с Машкой?
Запрограммировать корабль двигаться по маякам? Размеченная ими трасса чиста от пылевых потоков и прочего мусора, но зато всем известна. Неизвестные «доброжелатели», натравливающие на честных людей метеороиды-убийцы, легко могли бы перехватить на ней их груз. Возможно, они даже сейчас кружатся где-то неподалеку в надежде нанести удар исподтишка.
Использовать систему навигации, основанную на излучении пульсаров? Это, конечно, безопаснее, но челнок у Митьки один, и совершить за оставшееся время он может от силы пару ходок, так что грузить его придется по полной. Однако тот же Казанцев вполне может получить товар и сказать, что кристаллы до него не дошли. Как доказать обратное? Управляющий сектором слишком большая шишка, чтобы под него копать! Митька теперь не доверял никому, а несколько тонн добытых кристаллов будет еще тем искушением для любого.
Деньги же требовались уже сейчас. И большая часть из них вовсе не для зарплаты или ведения хозяйственной деятельности. Медицинская капсула уже израсходовала пятую часть своих запасов, и их необходимо было пополнить… Даже не так! Срочно надо было заменить ее саму или найти квалифицированного врача с соответствующим оборудованием, иначе органические изменения в теле Дианы могли накопиться и шансы, что операция на позвоночнике пройдет успешно, становились минимальными. По крайней мере, так докладывал медицинский диагност, подсоединенный к капсуле. Везти пилота на Цереру он тоже не рекомендовал, перегрузки могли доконать раненую, и так дышащую на ладан.
В результате мозгового штурма они с Семёном решили разрубить сложившийся узел самым радикальным способом: организовать доставку кристаллов на Цереру автоматическим способом, причем малыми партиями, что снижало риск при потере части товара. Да и оплата тогда поступала бы по частям, что почти исключало возможность обмана партнером.
А что? Электромагнитная катапульта на кружащемся вокруг Весты астероиде была. Отследить полет разогнанного тела, оснащенного радиомаяком, не проблема. Нужно было лишь увеличить мощность катапульты до максимума и, конечно, оснастить снаряды двигателем EmDrive, раз уж производственная линия штамповала их как пирожки. Сделать это было нужно хотя бы для того, чтобы поправить их траекторию полета в случае отказа Казанцева перечислять оплату за кристаллы.
Проще, в принципе, некуда. Оставалось лишь как-то засунуть контейнер с кристаллами в метеороид и поправить искусственному астероиду траекторию орбиты, чтобы упомянутые объекты получали пинок под зад в нужном направлении.
Вот только при более подробном анализе сразу же набежала куча дополнительных задач. Для своевременной доставки (хотя бы в пределах трех-четырех недель) надо было перестроить ускоритель, откопав дополнительную полосу разгона в рельсотроне (по расчетам искина увеличить ее чуть ли не в полтора раза). Кроме того, требовалось перенести автоматику управления поточной линией и настроить ее под усложнившуюся задачу. И еще установить к ней дополнительные мощности, сняв ядерные движки с платформ, а потом совместить все это в одно целое и заставить работать.
Ну и надо было научиться удаленно управлять двигателем метеороида. Всего лишь.
Хорошо хоть, что Машка взяла большую часть забот на себя, не только следя за работами шахтных комплексов, но и помогая с отладкой цепей управления EmDrive, восстановлением кораблей и перепроектированием блуждающего астероида в огромный корабль-монстр, позволяющий упрочить защиту Весты. Объединенная энергетическая мощность платформ и ускорителя позволяла существенно нарастить щит над кристаллическими шахтами, хотя по идее для этого требовалось дополнительное и качественно другое оборудование.
На орбите Машка в своем человеческом облике больше не появлялась, ограничившись шапочным знакомством с оставшимися членами команды, да и оно заключалось в отправке нескольких жизнерадостных фраз на общем канале и в размытой голографической проекции. Впоследствии всем было сказано, что девочка устроилась на Весте вместе с братом, а поскольку туда мало кто спускался (как по причине нехватки времени, так и из-за отсутствия нормальных удобств для всех работников на неполностью развернутой базе), то она не мозолила никому глаза.
Во что должно было вылиться ее первое явление «в свет», они с Семёном не понимали, да и не до рассуждений им было. Слишком много задач обрушилось на команду в одночасье. Почти все из них были сложные и неимоверно срочные.
Степанида помогала Митьке восстанавливать рейдер и второй грузовик, а также занималась общим хозяйством. Анна непосредственно ведала всеми комплексами, хоть как-то касающимися добычи сырья, пытаясь объять необъятное. Семён перепрограммировал искин и настраивал поточную линию ускорителя, а еще разбирался с китайской лабораторией, обрабатывающей кристаллы, и готовил новые вычислительные мощности для Машки, используя всю собранную на старой базе технику.
Маринка, новый специалист по пищевым фабрикам, пыталась запустить в строй оранжереи, брошенные экспедицией на базе, и в меру своих сил помогала Анне разобраться с изготовлением картриджей, так как по образованию она была не только биолог, но и химик. Внешне замкнутая и нарочито стеснительная, она даже не пыталась идти на контакт с командой, ограничиваясь работой и просмотром профессиональных новостей с Земли, доходящих до Весты по тоненькой цепочке ретрансляционных маяков.
На Митькину долю пришлось самое главное: в первую очередь он спешно оживлял рейдер и его взаимодействие с сетью зондов и ретрансляторов, чтобы обрести глаза и уши в Солнечной системе, во вторую пытался рассчитать доставку грузов на Цереру и свести все части розданных в разные руки работ в единое целое.
Все остальное – насколько хватало свободного времени, однако его практически не было. Ни у кого.
Митька вздохнул и вновь окунулся с головой в работу. Ничего нового он не придумал и никаких стратегических просчетов в своих планах не заметил. Тем не менее на его лице то и дело мелькала счастливая улыбка.
Глава 5
С годами приходит не только опыт, но и другие вредные привычки.
Митька прерывисто вздохнул и нервно зацокал магнитными подошвами по полу, нарезая круги в тесной комнатке базы, центр которой занимало лежащее на вспененной подстилке тело. Тело живое, но бессознательное, поскольку было принудительно погружено на время обследования в медикаментозный сон. Несмотря на наличие в организме сильнодействующего лекарственного коктейля, иногда оно заходилось в мелкой судороге. Медицинский диагност, к нему подсоединенный, в такие моменты пищал, вычерчивал на голографическом экране замысловатые графики и впрыскивал новые порции препаратов.
– Вот на кой черт ты скрывала от меня, что Семён поражен этой дрянью до такой степени?
Маленькая девочка, восседающая на откинутой от стены столешнице, нарочито удивленно пожала плечами и добросовестно закачала на весу ножками в синих сандаликах.
– Я не скрывала. Ты не спрашивал!.. Да и как я могла скрывать то, о чем не знала?
– Машка, не ерничай! Который у него приступ по счету?
Маска беззаботности слетела с Митькиной собеседницы практически мгновенно: место беззаботной маленькой оторвы заняла настороженная пигалица семи-восьми лет.