Андрей Ангелов – Безумные сказки Андрея Ангелова — 1 (страница 9)
— Круто! — присвистнул пришелец, осваивая персональный кабинет заместителя главного редактора.
— У тебя заместитель работает в других условиях? — удивился Иван Матвеевич.
— Да, видишь ли… — замялся гость. — У меня… вовсе нет заместителя. Дело в том, что я… обычный журналист, а главный редактор Пронькин.
— Пронькин — это же мой курьер! — воскликнул Сидоров.
— Параллельные миры хоть и похожи, но в главном, — подытожил пришелец. — Детали разнятся, и местами ощутимо.
* * *
…Через 30 дней на полученную зарплату братья-близнецы купили сиреневый ящик у Зайкина. Вечерком телевизор был установлен и настроен на волну 36,4. Пришелец осторожно щёлкнул кнопкой на «переместителе Подколёскина». Экран засветился иссиня-белым светом.
— Ура! — негромко воскликнули оба Сидоровых.
— Ну… давай прощаться? — предложил Иван Матвеевич.
— Пока! — Пришелец деловито пожал протянутую руку и ступил к ящику. — Обниматься не будем.
Телевизор стоял на высокой тумбе, и его экран был вровень с животом. Пришелец нагнулся, всунул в экран голову и… вдруг обернулся:
— Не хочешь глянуть, что и как там внутри? — предложил он Сидорову.
— Не хочу! — отрицательно покачал головой Иван Матвеевич.
— Как хочешь. — Гость снова всунулся в экран.
— Стой! — крикнул Иван Матвеевич.
— Что? — отозвался пришелец.
— Отойди от телевизора? Гляну всё-таки…
— Пожалуйста. — Гость из параллельного мира отодвинул себя в сторону.
Сидоров ступил к сиреневому ящику, неловко наклонился, ме-едленно всунул голову в экран.
— Вижу коридор синий, — донёсся приглушённый голос. — В конце его дверь… такая… какая-то ужасная дверь, обитая дерматином, и… ручка болтается на одном гвозде.
— Это дверь моей квартиры, — покривился пришелец. — Я живу довольно бедно, в отличие от тебя. На зарплату провинциального журналиста не разгуляешься. И ты знаешь… мне пришла одна идея!
Пришелец резко нагнулся, схватил Сидорова за ноги и опрокинул его тело в экран телевизора. Сам сиреневый ящик быстренько выключил. После достал из кармана «переместитель Подколёскина», бросил на пол и хорошо потоптался по нему ногами. От гениального изобретения остались только обломки. Следом была разорвана и сожжена Инструкция.
— Так-то лучше! — заметил пришелец.
* * *
В девять часов следующего утра Иван Матвеевич Сидоров пришел к себе на работу.
— Ну что, Мариша? — спросил он у миловидной секретарши. — Ты всё по мне сохнешь, а я всё не обращаю на тебя внимания?
— А? — покраснела Марина.
— Ты хочешь за меня замуж, но я — чёрствый сухарь и убеждённый холостяк, — продолжал Сидоров. — За месяц я узнал все тайны в этом коллективе, — добавил он вполголоса.
Мариша круглыми глазами смотрела на начальника.
— Скажу, что я не против жениться на тебе, — развивал Иван Матвеевич. — В прошлом мире ты всегда была моей Эротической Мечтой, которая не обращала внимания на скромного журналиста и желала главреда Пронькина. Но теперь… Эй, заноси!
Вбежал курьер Пронькин с большой корзиной роз. Он торжественно передал цветы Сидорову, подобострастно ему кивнул и выскочил вон.
— Держи! — Сидоров поставил корзину на секретарский стол. — Вечером приглашаю к себе на ужин. — Главный редактор интимно подмигнул.
— Ах, Иван Матвеевич! — томно произнесла Мариша. — Это всё так неожиданно, но я… открыта для всех предложений… — Девушка дразняще облизнула свежие губки.
— Обожаю такую ерунду! — усмехнулся Сидоров. — Нет, просто обожаю!
5. Как олигарх играл в карты с дьяволом
Итак, в некотором русском царстве, в некотором российском государстве, жил-был олигарх. В прошлом блестящий юрист, сделавший состояние на парочке «процессов века»! Он обитал в настоящем замке, в Рублёво, и имел пагубную страстишку. Олигарх не мог ни дня прожить без игральных карт!
Его резиденция стояла невдалеке от МКАД, и к хозяину часто заезжали транзитные господа. Был разработан спец-ритуал привлечения гостей с помощью аппетитных девушек. Как правило, миллионер потчевал гостей водкой, а потом играл с ними в карты. Сутками напролёт и всегда на интерес! Причем, когда олигарх проигрывал — он гневался, разбрасывал карты, бегал по комнате, сжимая кулаки… клял партнёра по игре матерными словами, постоянно апеллируя к дьяволу.
— Дьявол тебя забери, мошенник! — страстно кричал олигарх. — Хотя, нет, сейчас мы будем играть ещё, а вот когда я выиграю, — тогда пусть дьявол тебя и заберёт…
Если гость отказывался играть, то игрок объявлял нечто следующее:
— Слушай сюда, сукин сын! Ты не выйдешь из замка, пока мы не сыграем шестьдесят шесть раз подряд. Нет, лучше семьдесят шесть раз! Э-эй, Игнааат!..
Приходил Игнат — экс-боксёр с косой саженью в плечах, садился прямо на порог комнаты, похрустывая дюжими кулаками. И, соответственно, не выпускал никого без хозяйского разрешения.
Слава о буйном игроке катилась по округе, и всё меньше было желающих сюда заезжать. Мэр и полиция были куплены олигархом и поэтому на жалобы не реагировали, — но и помочь богачу ничем не могли. Девушки старались изо всех сил, однако индекс посещений катился вниз. И вот настал тот день, когда в рублёвский замок гости перестали ездить совсем! Олигарх дико тосковал, пытался играть сам с собой, но безуспешно… Скука лишь ширилась! Тогда миллионер стал играть с челядью, однако после того, как сбежал Игнат, — сия мода была сведена на нет. Целыми днями игрок бродил по замку, беспрестанно бормоча проклятия и прикладываясь к рюмке.
* * *
Однажды в апреле олигарх был особенно не в духе. Проснувшись к пяти часам вечера, он хорошо «принял на грудь» и сидел в бабушкином кресле, хмуро тасуя и тасуя колоду. Смеркалось, грохотал гром.
— Игнааат! — позвал олигарх и вспомнил, что слуга покинул его дом. Тогда он отшвырнул карты и заплакал. Громко, как и всё, что делал! Челядь жалась по углам, с дрожью слушая рыдания, разносившиеся по замку. Полил яростный дождь, крупные капли забарабанили по пластиковым окнам. Олигарх отшвырнул карты, вскочил и подбежал к окну. Вглядываясь в сумрачную тьму, проорал:
— Дьяволу заложу я душу, только бы сыграть! Нету моей мочи!
Сумрак ответил яркой молнией вкупе с громом. И тотчас же на пороге возник Степашка:
— Иван Палыч, гость приехал! — доложил он, неловко топчась.
— Ага! — расплылся в довольной улыбке олигарх. — Кто-то хочет пожрать и поваляться с девкой на халяву, дьявол его возьми. Э-эй, Степашка, впусти проезжего, его тачку припаркуй в гараже, а его самого веди поскорее ко мне, сюда!
Через некоторое время в барской комнате возник человек, внешне — обычный работяга: небритая одутловатая рожа, фингал под глазом, на теле — невнятная роба.
— Здравствуй, Палыч! — молвил мужик с ухмылкой.
— Ты кто такой? — с удивлением заметил олигарх. — Дальнобойщик?
— Я — Дьявол, — с той же ухмылкой отозвался посетитель. Он вынул из носа козюльку и растер её об штаны. — Ты предложил мне свою душу, и вот я явился.
Миллионер молча катал желваки, пристально глядя на мужика. И не находил в нём никаких дьявольских признаков — преобычный холоп!
— Доказательства? — наконец сквозь зубы бросил олигарх. — И учти, если не докажешь — то крупно пожалеешь.
— Может, сыграем? — предложил работяга, щёлкая игральной колодой, возникшей в руках. Игрок мгновенно узнал свои карты, до сего момента лежащие на полу комнаты. Он огляделся, колода по-прежнему разбросана на деревянном паркете. Изумлённый олигарх вновь глянул на мужика — тот ухмылялся, согласно привычке.
— Ну?.. Или бздишь? Если так, то я пошёл… — Работяга помахал ручкой: — Пока-пока!
— Стой, сволочь! — вскинулся олигарх. — У тебя деньги-то есть?
— Обижаешь. — Гость достал из кармана наполненный мешок объёмом килограммов сорок. Сделал он это просто, как будто вынул носовой платок. С усилием брякнул зазвеневший мешок на доски пола, развязал верёвочку, достал пригоршню реальных золотых монет:
— Нормальное доказательство?
* * *
…Игра кипела шесть часов подряд! Дождь утих, небо потихоньку розовело. Олигарху необыкновенно везло — он выигрывал кон за коном. Гость с ухмылкой доставал монеты из мешка. Олигарх и не смотрел на деньги, он полностью отдался игре, что растворила в себе все другие желания!
— Теперь-то я наиграюсь всласть! — бормотал миллионер, трясущимися руками держа карты.
Гость в очередной раз стасовал колоду, плотоядно поглядывая на партнёра. Дал ему две карты. Сказал невзначай: