Андрей Акулов – Когда взойдет Северная звезда (страница 25)
И тут же получаю грязным склизким хвостом по лицу.
Ничего так прилетело:
Челюсть деревенеет, из носа льет кровь, глаза не открыть – больно. Начинаю моргать. Вижу червя, словно отдельными рисунками: вот он развернулся, раскрыл пасть. Бью камнем – рука проваливается в зубастую воронку. Пытаюсь вырвать – где там: загнутые клыки не выпустят уже. Тварь сжимает кисть, вою от боли.
А этот слизняк давай рвать меня, что пес кота. Хладнокровно моргаю. Вижу лишь ужасные застывшие картины.
Червь заглатывает руку по локоть. А я моргнул сотый раз.
Не думая срываю с себя обрубок щупальца, обматываю руку у самой пасти и сую дальше, по плечо, почти в самый желудок. Тварь раскрывает рот, чтобы заглотить побольше, и я вырываю руку сквозь склизкий обрубок. Но не без потерь:
Секунды, пока червь жевал свою собственную щупальцу, мне хватило, чтобы найти выход. Взлетев наверх, я ринулся по коридору и буквально налетел на Бурдаша-Кованого Клыка.
- Ты жив?! – воскликнул мурсик. – Признаться честно, я уже и не думал…
Меня затрясло, ноги подкосились.
Очнулся я в постели. Сразу же проверил состояние:
Осмотрел тело: рука была забинтована и отвратно воняла, ссадины и синяки тоже не благоухали и были густо намазаны какой-то коричневой гадостью.
И только сейчас я увидел, что не один в комнате – на меня смотрели десяток мурсиков разного возраста. Тут были и полуголые дети, и вооруженные мужчины, и женщины в домашних халатах, и даже старик в драном плаще. И у всех глаза округлились большие обычного, кроме уже знакомого Бурдаша-Кованого Клыка.
Наверняка мурсики давно прочли мои характеристики и узнали имя, но я все равно представился:
- Винс.
Затем они по очереди назвали свои длинные заковыристые имена. Естественно, я ни одного не запомнил. Как выяснилось дальше, вся эта толпа пришла послушать мой рассказ о битве с червем. Я не стал противиться и поведал только истинную правду, как это обычно делают рыбаки и охотники. Благодаря этому улучшил Красноречие, заработал опыт и улыбки публики. Особенно понравилось детям. Они тут же заверещали и убежали лупить палками воображаемых червей.
Самое главное – я оставался тут. Быть может, когда я лежал без сознания, троглодиты приняли такое решение. Наивные.
Мне выделили нору с кучей соломы в дальних пещерах, дали в кредит одежду, лук и стрелы – все за обещание снабжать их крысами, так сказать, стать охотником-крысоловом. Я согласился, и меня оставили в покое. Но сидеть в темной пещере мне совсем не хотелось, и, несмотря на раны, я пошел на охоту. Близился новый уровень. А на него у меня были планы.
К счастью, мой путь проходил мимо истукана с кристаллом. А для себя я решил, что как только появится возможность, то схвачу его, использую, а потом попробуйте меня остановить, маленькие толстые уродцы.
Зацепка
Стрела пробила жирную рыжую крысу насквозь. Тварь подскочила, завертелась змеей, завизжала и быстро затихла.
Но я не стал спешить и тратить драгоценные секунды – бросился в помои, схватил добычу и стремглав полетел к выходу. Позади вскипела жижа, выпрыгнул червь, в сотый раз пытаясь поймать меня. Но я теперь стреляный воробей: бью крыс только у самого края. Конечно, я пробовал пускать стрелы в поганца, но они отскакивают от грубой кожи монстра и не причиняют ему никакого вреда.
Скинув мертвого грызуна в кучку, наконец, повысил Интеллект до двойки. Да-да, именно Интеллект, а не Силу или Ловкость. Уж больно мне понравилось действие эффектов. И не зря! Голова стала буквально разрываться от нахлынувших мыслей.
Во-первых, если мне удастся схватить кристалл, то в пещере его нельзя использовать: я вырасту вдвое, а то и больше. Как мне потом выбраться наружу? Камень нужно выкрасть, вылезти из вонючей пещеры, и только потом использовать.
Во-вторых, мурсики обитают в округе и могли видеть отца. Надо их расспросить.
В-третьих, можно привязать веревку к стреле. Тогда не надо будет лазить в помои. И как я до этого раньше не додумался?! А троглодиты?..
В-четвертых, почему кроме меня больше никто не бьет крыс?..
Я встряхнул головой. Не все сразу. Самое главное – найти отца. Взвалив на плечо десяток тушек, я двинулся к выходу.
- Мы в расчете за снаряжение, - сказал я с порога норы Бурдаша-Кованого Клыка и кинул на стол добычу.
Глаза мурсика заблестели.
- И как ты это делаешь? Раз, два, три, четыре… Ты просто мастер…
- Скажи, - перебил я, - почему больше никто не охотится на крыс?
- Охотятся. Но в других местах, - ответил мурсик и сгреб в охапку грызунов.
- Я ходил сверху, и никого больше не видел.
- Некоторые промышляют снаружи, другие не хотят, чтобы их видели чужаки. – Мурсик посмотрел на меня. – У охотников есть секреты.
Я пожал плечами.