Андрей Акулов – K2R (страница 36)
— Эй, дружище! — он легонько ударил меня в плечо, — не забывай, она моя.
А мне так и чесалось сказать какую-нибудь гадость в его адрес, но я сдержался. Некоторое время мы шли молча. Затем как бы между прочим зеленоголовый спросил:
— Расскажи, как ты выкарабкался?
И вот тут он попал в точку. У меня появилась прекрасная возможность проверить одну мысль. Я в двух словах поведал свою историю, а когда дошел до поездки на смотрины к лорду Элу-как его там, то Кьюноль вздрогнул. Попался. Теперь я точно знал, чего он боится. Но конечно же, виду не подал. Незачем сразу выкладывать все карты на стол? А уж тем более загонять крысу в угол. Если зеленоголовый почувствует, что его прижали к стене, то может накинуться на меня прямо сейчас.
Я сменил тему:
— А почему тебя пускают в центр?
— У меня статус А.
— Что вообще за статус такой? У меня его нет.
— Есть и у тебя, — по-моему, Кьюноль был рад поговорить о чем-нибудь отвлеченном. — Статус А присваивается только благонадежным и почетным гражданам Айронтауна. Все остальные, включая тебя, имеют статус В. Ну а те, кто хоть раз попадал в поле зрения полиции, получают клеймо С — с таким на нормальную работу не устроиться.
— И это меряется всего лишь наличием пластиковой карточки? У меня ее нет.
— Карточка — это удостоверение. Там тоже прописан статус. Но вообще, микрочип с информацией вшит прямо в биоматериал всех киборгов при создании. И у тебя он тоже есть.
— А можно его изменить?
— Только на специальном оборудовании. Ну еще за большие деньги, и далеко не каждый мастер возьмется. И это опасно. Только зачем тебе менять статус?
— Незачем. Я просто спрашиваю. А как ты получил свой?
— Я почетный гражданин Айронтауна, — Кьюноль выпятил грудь и довольно осклабился. — И благонадежный.
Впереди показалась высокая стена с несколькими рядами проволоки наверху, и судя по изоляторам, там текло электричество. Такая незамысловатая ограда отделяла центр от остальной части Айронтауна. У ворот дежурили два гигантских робота с крупнокалиберными пулеметами, а в будке скучал полицейский. Рядом на стоянке расположились обычные машины-такси и антигравы. Сами же таксисты резались в какую-то настольную игру под навесом. Похоже, клиентов у них не очень много.
— Жди меня тут. Я вернусь через два часа, — приказал Кьюноль и зашагал к воротам.
Он показал карточку сначала роботам, но те никак не отреагировали, затем копу в будке. Тот отсканировал ее небольшим прибором и предложил зеленоголовому пройти рампу. Красные огоньки пробежали по его телу, и ворота открылись.
Внутрь будет сложно попасть. Если саму карточку можно украсть или подделать, то как быть с чипом в мозгах?
У меня было два часа свободного времени. Надо их провести с пользой. Оглядевшись, я нашел мастерскую и первым делом решил избавиться от пули в корпусе. Ну совсем же невозможно ходить. Бренчит и бренчит. К тому же, на ее счет у меня был план.
Глава 29
Ремонтником оказался обвешанный приборами киборг — типичный фанат своего дела. Одни окуляры со съемными разноцветными стеклами и подсветкой чего стоили. А всевозможных отверток, щипцов и зажимов в пальцах столько, что ему кружку с маслом взять проблема. Хотя, такие как этот масло пью из масленок не выходя из мастерской. Он и спит тут, могу поспорить.
— Здравствуйте. Какая беда привела вас? — мастер выкрутил приближение и внимательно пробежался по мне взглядом.
Я слегка поморщился. Неловко как-то, когда прямо вот так вот наглым образом разглядывают вблизи каждый миллиметр тела. Показав пальцем дырку и слегка вильнув задом, чтобы звякнула пуля, я сказал:
— Надо достать этот кусок свинца.
— Это пуля?
По лицу мастера я понял, что слегка сглупил. Дело в том, что наверняка огнестрельные раны принято регистрировать определенным образом. Ну или докладывать о таких посетителях куда надо. Это к слову о статусах. Как там говорил Кьюноль: те, кто хоть раз попадал в поле зрения полиции, получают статус С. А такими ранами копы точно заинтересуются. Что и немедленно подтвердил ремонтник:
— Если в вас стреляли, то я должен доложить в полицию.
— Нет, что вы, — я замахал руками. — Я случайно напоролся на штырь.
— Тогда, это меняет дело. Что у вас там?
— Винтик открутился.
— Это будет стоить двадцать кредитов.
Я тут же отсчитал сорок со словами:
— Когда отыщется винтик, то прошу вас, мастер, отдать его мне и не говорить никому. Я очень трепетно отношусь к своим внутренностям и не хочу, чтобы кто-то совал свой нос ко мне в потроха. Знаете, интимные вещи можно доверить только специалистам.
Ремонтник понимающе покачал головой, взял деньги и принялся за работу. Уже через пятнадцать минут пуля была извлечена, а на месте дырки в корпусе красовался новенький шов. Еще я заменил батарейку за десять кредитов, поблагодарил мастера и вышел на улицу.
Чтобы не вызывать подозрений у Кьюноля, пришлось залепить шов изолентой. В куче мусора я нашел ржавую банку из-под краски и засунул в нее пулю. Затем спрятал трофей в батарейный отсек. Прошелся, подпрыгнул — измятый кусок свинца бренчал почти так же как и раньше. Разве что звук стал немного более глухим.
Но это не страшно. В любой момент я могу избавиться от этого.
Времени до появления зеленоголового было еще предостаточно, и можно навестить толкователя снов, благо его желтая вывеска горела совсем рядом. Надо еще раз попытаться прояснить ситуацию с этими снами.
Я открыл дверь, брякнув колокольчиком, и вошел в темную комнату со звездным небом. Ну совсем как в прошлый раз. Даже сам толкователь был закутан в просторные черные одежды из приятно шелестящей фольги. Условности профессии, что тут попишешь.
— Дорогой друг, — худой высокий киборг вскочил с кресла и поплыл навстречу. — Я давно ждал тебя.
Ну началось. Сейчас он будет разыгрывать передо мной мага-чародея. Ему только стеклянного шара не хватает. Ан нет, ошибся. Этот волшебный атрибут всех шарлатанов стоял на столе и сверкал отраженными звездами с неба. Что ж, будем играть по правилам.
— Я чувствую, — толкователь взял меня за руки и закатил глаза, — тебя беспокоят сны.
— Как ты догадался? — я состроил неподдельное удивление.
— У меня дар видения. Не будем терять время. Ложись и расслабься.
Я растянулся на кровати и уставился в звездное небо.
— Ты уже был у толкователя. Верно?
— Да.
— Вот видишь, я все знаю.
— Удивительно.
— А сейчас постарайся заснуть, а после я приоткрою завесу тайны твоих видений, объясню смысл и поведаю будущее.
Вот это уже что-то новенькое. Ладно. Я предупредил, что у меня не так много времени, глубоко вздохнул и расслабился. Сон пришел почти сразу.
По инерции я и Хью после того как поняли, что случилось с канатом, подняли головы: на мгновение над обрывом мелькнула голова. И это была голова не человека. Точнее вначале это был довольно старый мужчина с всклокоченной копной волос, но в мгновение ока он превратился в мерзкое чудовище. Каждый из нас не поверил своим глазам. И можно было бы списать видение такой метаморфозы на обман зрения, если бы мы оба не увидели одно и то же. С края плато выглядывала черная морда с массивной зубастой челюстью. Из-под длинных спутанных волос сверкали желтые глаза. А вместо носа зияли две дырки.
Я спрятал камень в карман, а Хью схватился за пистолет.
— Эй! — крикнул он, — что это за шутки?
Чуть правее посыпался песок, и на долю секунды мелькнула все та же мерзкая рожа.
— Это не смешно! — крикнул уже я. — Мы вызовем полицию…
— Отдайте камень, — раздался вполне человеческий голос. — И я брошу вам веревку.
— Сначала мы выберемся…
— Бросьте камень! — в голосе прозвучали недобрые нотки, но тут же неизвестный смягчился. — Пожалуйста, сначала мне нужен этот кристалл.
— Так не пойдет, — Хью взвел курок. — Черта с два мы отдадим тебе это… Мы его нашли.
— Не правильный ответ, мальчик.
Вновь показалась голова с человеческим лицом. Да это был обычный седой мужчина с носом-картофелиной и массивным подбородком. А затем его лицо изменилось прямо на наших глазах, превратившись в ужасную черную маску. Глаза сверкнули огнем. Порыв ветра всколыхнул слипшиеся космы.
Мы невольно закричали от ужаса.