Андрей Абрамов – Первая кровь (страница 12)

– Ага. Клирики стали отступниками, потому что им впихнули в голову всякую сектантскую ересь, а пустоголовым как это впихнёшь? Если их ничего, кроме как бродить и визжать не интересует.

– Хочешь сказать, что это просто совпадение?

– Не знаю я ничего, – Артур снова уставился на стену с урнами. – Ты когда-нибудь видел двадцатифутового человека?

– Ещё бы. У меня сосед таким был. И ел за пятерых… – Бенджамин осекся. Он вдруг вспомнил, что явилось в церкви, когда черпий запустил в пролом горящий сук. – У меня из головы совсем вылетело. Ты про того великана?

– Нет, про твоего соседа. Дубина! Психи его почему-то не трогали.

– Может он руководил ими? – Бенджамин резко выпрямился и посмотрел другу в глаза. – Командир армии психов! Это вполне возможно. Те же раньше спокойными были, да и в такую стаю никогда не собирались. А сейчас разве что строем не ходят.

– Стая… – вдумчиво произнёс Артур. Его внимание обратилось в противоположный угол крипты, где пресвитер Максанс, сильно жестикулируя, что-то объяснял епископу. – Или рой.

– Прошу прощения, – раздумья прервал вышедший из полумрака юнга. – У вас остались ещё факелы?

– Нет. Посмотри в чаше.

– В том то и дело, что в чаше всё прогорело. Епископ поручил мне найти факелы или на худой конец, дрова.

– Откуда им здесь быть?

– Ваша скамья, – юнга многозначительно посмотрел на почерневшую от плесени деревянную лавку.

– Ах да, конечно, – черпий стремительно встал, отчего скамья сыграла и Бенджамин едва не свалился наземь. – Мы поможем донести. Вставай Бен.

Втроём они подтащили тяжёлую дубовую скамью поближе к чаше и начали разбивать её на части. Право, что у черпия под рукой был старый молот. Несколько размашистых ударов и тяжёлое сиденье лишилось толстых коротких ножек.

«Черпий», – голос монаха прозвучал над самым ухом. Артур подпрыгнул на месте и чуть не выронил молот. Он резко обернулся, ожидая увидеть что угодно, но только не пустоту. Позади никого не было! Взгляд потянулся к дальнему углу, туда, где совсем недавно монах о чём-то спорил с епископом. Лицо старика было сокрыто в тени просторного капюшона, но Артур мог поклясться, что прекрасно видел, как потрескавшиеся губы раскрылись и над ухом снова прозвучало: «Подойди, черпий».

Артур передал молот Бенджамину и с опаской приблизился к ожидающим его священнослужителям. По выражениям их лиц было видно, что они только-только пришли к компромиссу, на который одна из сторон пошла неохотно. По-видимому, это был нахмуренный Брюмо.

– Пресвитер Максанс, как вам это удалось? – голос Артура дрожал от возбуждения. Ранее ему не приходилось видеть подобных фокусов.

– Мистер Эдельманн, вам ещё многое предстоит узнать о природе божественного пара, – старик взглянул на недовольного епископа и продолжил. – Твои урны пусты и больше не помогают своему носителю. Что ты намерен делать?

Вопрос поверг Артура в шок. Что он намерен делать? А что, в принципе он может сейчас сделать со своими урнами? Обилие эмоций и разбушевавшиеся чувства полностью отключили критическое мышление. На ум не пришло ничего лучше, как заявить о том, что в последние двадцать минут не давало ему покоя:

– Воспользоваться древними урнами из крипты.

– Когда всё это закончится, я определённо знаю, что сделаю в первую очередь, – впервые за долгое время епископ Брюмо развеселился. – Кардинал обязательно должен узнать, как обучают его черпиев. Вот так образец!

– Нет, черпий. Потрясения выбили всю твою память? У каждой урны только один носитель. Одна урна – один носитель. Всё! И как бы охотники не гонялись за церковными реликвиями, изменить они это не в состоянии. Похищенные урны будут интересны лишь скупщикам околорелигиозного барахла, чтобы в дальнейшем перепродать их недалёкому умом коллекционеру.

– А как же Аканиты? В некоторых писаниях говорилось, что в далёком прошлом они были основными клиентами чёрного рынка, а иногда даже делали заказы, – Артур решил заодно развеять давно гуляющую по семинарии легенду о похитителях урн. К великому удивлению черпия, ответ ввёл его в ещё большее негодование.

– Это другая сторона вопроса. Она не относится к нашей сложившейся ситуации, – Максанс дал понять, что пора переходить к сути разговора. – Ты забыл о своих обязательствах перед церковью.

– Ой, простите пресвите…

– Довольно! Подойди ближе, черпий. Не должен касаться наш разговор простого люда, – монах рубанул рукой воздух. – Самое время тебе исполнить долг перед богами. Доставай свои урны.

Артур запустил руку в карман и неуверенно извлёк компактный футляр. Щёлкнули скрытые фиксаторы. Крышка отъехала в сторону. Под медным корпусом хранился контейнер, в пазах которого лежали урны-пузырьки. Святая святых любого священнослужителя, допущенного к магическому таинству Правых церквей.

– Теперь Ваши, епископ Брюмо, – Максанс протянул иссохшую руку. Епископ достал из наспинной сумы тубус, укреплённый по бокам медными пластинами.

Продолговатый предмет внешне походил на футляр черпия, но был значительно массивнее. Ничего удивительного, ведь у церковников подобного чина, ассортимент благословлённых урн был гораздо шире, а потому защита на них устанавливалась солиднее. Помимо стандартного набора урн «круга жизни», все чины, начиная от епископов и выше, обладали урнами «круга смерти».

Артур впервые видел такой духовный «арсенал». Перед ним лежала дюжина боевых урн первого класса. Черпий напряг мозг, вспоминая курс с описанием особых божественных слов. Каждый пузырёк обозначался специальной этикеткой, описывающий эффект «слова». Этикетки, в свою очередь, окрашивались в определённый цвет, характеризующие степень воздействия на человеческое тело.

Жёлтые: урна течения ветра – божественное слово, наделяющее носителя повышенной скоростью реакции. Предполагало многократное использование.

Оранжевые: урны, имеющие останавливающее или замедляющее воздействие на врага. Разряжались после первого использования.

Красные: урны, наносящие критические повреждения врагу, в некоторых случаях влекущие за собой смерть. Разряжались после первого использования.

Фиолетовые: урны…

– Хватит пялиться на чужое добро. Время не ждёт! – монах накрыл полами рясы деревянное блюдо с лежащими на нём футлярами. – Черпий! У тебя не более тридцати минут, чтобы наполнить урны паром. Твоим медитациям никто не помешает – можешь быть уверен.

– Но какой прок от этого, пресвитер Максанс?

– Прок говоришь? Я пожизненно несу обет божественного молчания, юный черпий. И это моё бремя. Я не могу пользовать урны, но ещё не утратил дара отпевать их, – старик водрузил ладони на плечи епископа и Артура. – Это единственное, что поможет вам в долгом пути.

Черпий встал на колени и установил перед собой специальную подставку. Сверху водрузил блюдо с тубусами. Таинство извлечения божественного пара держалось в секрете, потому, чтобы не привлекать излишнее внимание, монах смастерил ширму. Два покрытых тенётами канделябра и натянутая между ними монашеская ряса.

Артур закрыл глаза. Всё вокруг погрузилось во тьму. Мысли обратились к Богу, открывая поток самой важной составляющей благословлённых урн – пару. Со всех сторон потянулись сияющие нити. Они переплетались, раздваивались и замысловато закручивались. Со временем нити сконцентрировались в том месте, где стояла деревянная миска. Урны пульсировали, омываясь божественным паром. Когда нитей стало достаточно, пульсация прекратилась. Яркий свет, исходящий из невидимого блюда, начал наполнять собой пузырьки. Процесс длился до тех пор, пока вокруг снова не наступила тьма. Черпий открыл глаза.

– Ты наполнил урны паром гораздо быстрее, чем я предполагал. Твоя уникальность позволила сделать потоки широкими, – монах посмотрел на епископа и еле заметно кивнул, как бы отмечая свою правоту.

– Пресвитер Максанс, вы уверены, что стоит это делать?

– Поверь мне. Ты ещё будешь благодарен мне.

– Постойте! О чём вы говорите? Что стоит сделать? – Артур поочерёдно смотрел на монаха и епископа, пытаясь уловить суть происходящего.

– Мне пришлось сильно постараться, чтобы епископ разрешил сделать тебе небольшой подарок! – Максанс хитро прищурил один глаз.

– Не думаю, что меня за это погладят по голове, – Брюмо по-прежнему был недоволен. – Надеюсь, Вы не заблуждались, пресвитер Максанс.

– Да что происходит? – Артур сделал шаг назад, совершенно не понимая, что ожидать от говорящих загадками священнослужителей.

– Благословлённый пар обрёл надёжное пристанище в твоём лице. Епископ поможет тебе во всём разобраться и сделать правильный выбор, черпий, – монах сделал паузу, чтобы сглотнуть. – Мы всё ещё не знаем, что творится в большом мире. Каков баланс сил, и кто стоит за всем происходящим. Часть твоих урн поменяет свою божественную силу. Ты получишь круг смерти.

От услышанного Артур выпучил глаза. Распоряжаться урнами круга смерти допускалось только высшим чинам, да и то, только после благословения кардинала или архиепископа. Если раздавать такие привилегии кому попало, в мире наступил бы хаос. Необоснованное потребление божественного пара нарушит баланс. Сейчас круг смерти вручали не имевшему на это право черпию. Без какого-либо правомерного позволения.

– Но мне не дозволено это по чину. Я только черпий…

– Возможно, уже единственный, – поправил Артура епископ.