Андрес Зегер – Мюллер. Нацистский преступник, избежавший петли (страница 2)

Окончив восьмой класс школы в 1914 г., он поступил учеником авиационного механика в Баварские авиационные мастерские Мюнхена. После трехгодичного обучения 11 июня 1917 г. он пошел добровольцем на войну в авиационную группу. Обучался военному делу в Мюнхене, Аугсбурге и Нойштадте и в декабре 1917 г. Мюллер был распределен как ученик летчика, завершил в марте 1918 г. свое летное образование и в апреле 1918 г. послан на Западный фронт в авиационное отделение А–187. В ноябре с тем же отделением он вернулся на родину. За «военные заслуги» был награжден железным крестом I и II степеней, значками памяти авиатора и авиационного командира и баварским крестом с короной и мечами²⁵. 13 июня 1919 г. был уволен в звании вице-фельдфебеля и до ноября 1919 г. работал экспедитором при инспекции по аэронавигации²⁶.

События первой мировой войны наложили огромный отпечаток на дальнейшую жизнь Мюллера. Послушание и исполнение долга он возвел в добродетель²⁷ и очень строго следил за тем, чтобы этими качествами обладали его подчиненные²⁸. В 1919 г. Генрих Мюллер поступил на службу в полицию. Из анкеты, которую он должен был заполнить для картотеки фюрера и отдела кадров канцелярии СС, явствует, что в графе «полученные профессии» им были указаны профессии авиационного командира и служащего криминальной полиции²⁹. В личном деле канцелярии СС он значится как инвалид войны³⁰. В своей биографии, представленной в виде таблицы, в графе «воинское звание» он определяет себя как фронтовика, а не как кадрового военного³¹.

17 июня 1924 г. Мюллер женится на Софии Дишнер³², дочери состоятельного владельца издательства и типографии Отто Дишнера из города Пазинга, который, являясь сторонником баварской народной партии, основал издание «Der Wurntalbote». Со своей будущей женой Мюллер познакомился в 1917 г. в присутствии ее отца на остановке трамвая в Мюнхене, во время прохождения им военной службы в части города Обервизенфельд. В браке с Софией родились сын³³ и дочь³⁴. Когда в 1934 году Мюллер переселился в Берлин, его семья осталась в Мюнхене-Пазинге³⁵. Отношения между супругами складывались непросто. Было сделано предположение, «что он только потому не живет вместе с женой, что ее политическое происхождение является препятствием в его стремлении сделать карьеру»³⁶.

София Мюллер родилась в католической семье. Она была простой и скромной женщиной, которая не понимала карьеризма мужа и его стремления служить национал-социалистическому государству. То, что она не соответствовала требованиям к жене человека, стремящегося сделать карьеру, она поняла в 1938 г. Мюллер наконец-то забрал жену и детей в Берлин, а через несколько недель после переезда Райнхард Гейдрих пригласил Софию Мюллер на беседу. Фрау Мюллер не соответствовала нынешнему положению мужа. Генриху Мюллеру, которого этот вопрос волновал больше всего, супруга казалась помехой в дальнейшей карьере.

В 1937 г. Мюллер, с 1934 г. руководивший отделом тайной государственной полиции, заявляет о своем выходе из церкви, чтобы соответствовать требованиям СС³⁷. Для его религиозных родителей, которые были известны в Пазинге как образцовые прихожане, это было оскорблением³⁸. Ему казалось, что благодаря своему антиконфессиональному поведению он получит больше преимуществ, хотя высокопоставленные представители национал-социалистического государства отличались двойственным отношением к церкви: Геббельс окрестил своих детей, Гиммлер похоронил свою мать по христианскому обычаю³⁹.

Получив должность в Берлине, Мюллер быстро освоился в новой обстановке, хотя и жил долгие годы один. Сначала он жил в пансионе в Берлине-Шарлоттенбурге. Позже переехал в Берлин-Штеглиц на улицу Кюлеборнвег, 11, куда за ним последовали его жена и дети. Вероятнее всего, уже с 1933 г. по август 1939 г. он был в интимных отношениях с секретаршей Барбарой X. (1900–1972), которую он знал еще по работе в полиции города Мюнхена⁴⁰. В его отделе IV А она занималась делопроизводством. Его следующая любовница Анна Щ. затронула щекотливую тему, касающуюся Софии Мюллер, но знала ли последняя о связи Мюллера с Барбарой X., остается неизвестным. София Мюллер говорила о том, что фрау X. оказывала на Мюллера большое влияние⁴¹.

Фотография из личного архива: Мюллер со своей спутницей жизни Анной Ш. в августе 1940 г.

В феврале 1940 г. Мюллер уехал в отпуск с сыном и Анной Ш. в г. Кигцбюхель. Во время этого путешествия между ними возникли близкие отношения, которые, предположительно, продлились до конца войны. Они вместе строили планы па будущее. Однако когда стало ясно, что война проиграна, они поняли, что этим мечтам не суждено сбыться⁴². Анна Ш., которая была моложе Мюллера на 13 лет, описывает шефа гестапо как «очень скромного человека» и «любителя природы». «Мюллер был чрезвычайно добросовестным, трудолюбивым и не властолюбивым […]. У меня не возникло впечатление, что Мюллер был ярко выраженным национал-социалистом. Я только знала, что он был абсолютным противником коммунистов»⁴³.

В 1941 г. Мюллер снимает дом для своей семьи на улице Корнилиусштрассе, 22, в Берлине-Лапквитце⁴⁴.

Адольф Эйхман, ярый сторонник Мюллера, после первых крупных налетов на Берлин, построил в саду шефа укрытие. Дом был разрушен сразу после постройки этого убежища, однако никто из семьи Мюллера во время налетов не пострадал⁴⁵. В конце 1944 г. Генрих Мюллер в целях безопасности отправил свою семью в Мюнхен.

Берлинский дом был разграблен в 1945 году⁴⁶.

Снимок 1988 года, адрес Мюллеров с 1941 по 1945 гг.: Берлин-Ланквитц, Корнилиусштрассе, 22

О шефе гестапо не существует ни заключения экспертов-психологов, как это было сделано для всех военных преступников, проходивших по Нюрнбергскому процессу, ни сообщений как о нем самом, так и написанных им самим. Генрих Мюллер относился к тем личностям, которые понимали, как важно отделять личную жизнь от работы, в общении с друзьями и в семье он ничего не рассказывал о работе⁴⁷. Образ, созданный на основании показаний свидетелей, очень противоречив. С точки зрения историков, Мюллер представляет собой личность, которая, как и многие другие национал-социалисты, воплощает в себе всю «банальность зла». Часто цитируемое, введенное Ганнахом Арендтом, понятие основывается на противоречии между полными любви отношениями к детям и подруге и каждодневным выполнением своей преступной работы за письменным столом на улице Принц-Альбрехтштрассе в гестапо. Доктор Вильгельм Геттл так оценил характер Мюллера: «Генрих Мюллер знал, чего хотел. Он не был двуличным человеком»⁴⁸.

Мюллер был не «вождем от бога», как Гитлер, он не обладал ни демагогическими способностями, как Йозеф Геббельс, ни интеллигентностью Вернера Беста, считавшегося интеллектуалом РСХА. Основными личностными качествами баварского полицейского служащего были неслыханное тщеславие и связанная с ним жажда власти⁴⁹. При этом у него была мысль сделать карьеру не на политическом поприще (как Гейдрих и Гиммлер), а на государственной службе. Он явно хотел противопоставить себя отцу, который, занимаясь церковными делами, хотя и мог прокормить семью, но не сумел достигнуть чего-то большего⁵⁰. Историк Эдвард Кранксхау видел в Генрихе Мюллере «прототип неполитического функционера, влюбленного в собственное могущество, стремящегося наверх, отдавая себя служению государству […]»⁵¹.

Служащий гестапо Генрих Мюллер, прошедший путь от помощника в канцелярии до шефа криминальной полиции рейха, был «бюрократ по профессии». Его интеллигентность, прилежание и превосходная память, удивлявшая всех сотрудников, пригодились ему при работе в гестапо. Ему не были чужды такие черты прусского характера, как любовь к порядку, чистоте и неподкупность. Его феноменальную память отмечал также Геттл: «он мог сразу же назвать имена даже незначительных агентов в каком-нибудь далеком городке за границей»⁵².

О его прилежании свидетельствует тот факт, что в 1923 г. он, в частном порядке, наряду с работой ассистента в канцелярии, учился и получил свидетельство о среднем образовании. Как прагматично мыслящий человек он, будучи уже шефом гестапо, взвешивал все «за» и «против» каждого дела. Однако было бы неправильно утверждать, что Мюллер был только бесчеловечным карьеристом.

Несмотря на свою лояльность по отношению к государству и беспрекословное подчинение вышестоящим, он был одним из тех, которые время от времени спорили с самими Гейдрихом и Гиммлером⁵³. Товарищество и корпоративный дух имели для него большое значение. Так, например, согласно рассказанному его бывшим другом Фридрихом Панцингером⁵⁴ случаю, Мюллер вступился за солдата охраны СС, наказанного Гиммлером четырьмя неделями заключения в темном карцере. Он достал свидетельство окулиста, в котором было указано, что при долгом нахождении в темноте у солдата может развиться глазная болезнь. После вмешательства Мюллера наказание было заменено обычным арестом⁵⁵.

Внешне шеф гестапо вообще не соответствовал представлению Гиммлера о чистокровном арийце как о голубоглазом богатыре-блондине. Его данные – рост 170 см, карие глаза⁵⁶ – не могли оставить благоприятного впечатления у рейхсфюрера СС. Если верить массажисту Гиммлера Феликсу Керстену, темный цвет глаз являлся для фюрера СС свидетельством неполноценности⁵⁷. Сущностью истории Европы была для Гиммлера постоянная борьба темных, низших рас с немецкой господствующей расой.