Andreas Eisemann – Городовой (страница 78)

Ладно, если влезли в это кубло, давайте ворошить его до конца, чтобы понимать контекст. Заодно хочется оживить для себя всю эту среду, всю эту подрейтузную форму жизни, которая по огромному несчастью для всех захватила власть в нашем богоспасаемом отечестве.

Мысленно я переместился в кабинет, как бы следуя во дворец памяти, подошел к стеллажу с деятелями, связанными с революционерами. Нашёл папку «Стасовы», начал просматривать.

Отец Василий Петрович Стасов — архитектор, вольный каменщик. Автор Троице-Измайловского собора, Московских и Нарвских триумфальных ворот в Санкт-Петербурге.

Дочь Надежда Васильевна — страшненькая феминистка, не замужем, детей нет. Сыновья Дмитрий, адвокат террористов-народовольцев, и Владимир, музыкальный критик, связанный с петрашевцами. Столичная богема. Владимир Стасов не был женат, якобы всю жизнь был влюблён в замужнюю сестру своего друга, однако на его счёт существует характерная эпиграмма.

Внучка Елена Стасова — познакомилась с Крупской в середине 1890-х, вступила в партию в 1898-м, проводник кавказцев в РСДРП, член ЦК, занимала ведущие посты в Коминтерне. Одна из немногих пережила 1936-й в знаменитом Доме на набережной. Замужем не по конспиративной работе не была, детей нет. Елена Дмитриевна славилась раздражительностью, неуживчивостью и отсутствием чувства юмора. (По словам жены Голощёкина, когда тот «за что-то проштрафился», Сталин пригрозил, что женит его на Стасовой). После 1953-го активно включилась в процесс реабилитации старой гвардии. В 1966-м на 93-м году жизни заболела и, по воспоминаниям, будучи без сознания, что-то неясно бормотала по-французски. Вопреки воле быть похороненной на семейном кладбище рядом с дядей, замурована в Кремлёвской стене на Красной площади в одном ряду с Отто Куусиненом, Розалией Землячкой и Надеждой Крупской. Потомственная, высокий градус.

Также стоит отметить род деятельности каждого члена семьи Стасовых. Это комбо нам ещё пригодится.

Также Стасов выступал в качестве защитника в ряде крупнейших политических процессов над революционерами-народовольцами (по делу Каракозова и др.). Вёл процессы в 1871 и 1881 году, выступая адвокатом П. И. Чайковского. Про Чайковского я уже упоминал.

Также в контексте со Стасовыми можно упомянуть Веру Гедройц.

Вера Игнатьевна Гедройц — одна из первых женщин-хирургов в России. Вера Игнатьевна принадлежала к древнему и знатному литовскому княжескому роду Гедройцев, который активно участвовал в Польском восстании (1863). Считая революцию неизбежной и необходимой, Вера Гедройц, однако, была одним из самых близких людей царской семьи. Она лично обучала сестринскому делу императрицу Александру Фёдоровну с великими княжнами Ольгой и Татьяной, после чего они работали в лазарете под её руководством.

Вера Игнатьевна имела высокую, выше многих мужчин, грузную фигуру, одновременно с тонкими и выразительными чертами лица. Говорила низким голосом и обладала большой физической силой. Носила брючный костюм, пиджак с галстуком, мужские шляпы, шубу с бобровым воротником, коротко стриглась. Много курила. Среди любимых развлечений были игра на бильярде, стрельба в тире, охота и верховая езда. Периодически говорила о себе в мужском роде. Из-за такого поведения её называли Сафо и «Жорж Санд Царского Села».

Вера Гедройц была лесбиянкой. Известно о двух её продолжительных романах с женщинами: швейцаркой Рики Гюди и графиней Марией Нирод, с которой она прожила последние 14 лет своей жизни. Была теософкой, увлекалась Блаватской.

После погружения в исторический контекст можно представить, в каких кругах вертелась лесбиянка-княжна Гедройц и кому сливала информацию о царской семье.

Как видим, старт карьеры Веры Игнатьевны начался с возвращения масонам Гедройцам княжеского титула после Польского восстания 1863-го и протекции друга семьи, стекольного магната Сергея Ивановича Мальцова. Мальцов был бездетен и завещал свой бизнес племяннику Юрию Степановичу Нечаеву, меценату, переводчику, дипломату, тайному советнику, масону и обер-гофмейстеру. Как и один из четверых братьев Стасовых, он был вхож в Зимний дворец. Отец Нечаева был обер-прокурором Святейшего синода, сенатором и археологом-любителем, по матери происходил из датского графского рода Сиверсов, переселившихся в Швецию и поступивших на службу во флот к Петру I. Потомственный, высокий градус.

В этой связи нельзя не упомянуть о Блаватской и теософии, так как это важная часть нашего повествования.

Гедройц в своём творчестве вдохновлялась изысканиями Елены Блаватской, основательницы теософии.

Теософское общество — это побочная ветка английского масонства, ориентированная в первую очередь на женщин, и в первую очередь на лесбиянок и феминисток, а также Индию и Ирландию для перехвата англичанами местной национально-освободительной повестки и создания таковой в США.

Блаватская выпускала журнал «Люцифер». Заявленные цели движения были очередной итерацией идей иллюмината Адама Вейсгаупта по созданию людей-жуков — человека без расы, без пола, без веры и без отечества. Люди работают и по сей день, не покладая рук.

После смерти Блаватской движение возглавила масонка 33º ДПШУ (Древнего и Принятого Шотландского Устава), глава ордена «Право человека» и сотрудник английской разведки Анни Безант. Она же вернула в английскую ветвь ордена обязательный пункт веры в «Бога или Верховное Существо». Это типичная масонская мулька, которой братья козыряют перед профанами, мол, мы не сатанисты, верим в Бога. Потом оказывается, что Великий архитектор — это Люцифер, «несущий свет», а на следующей ступени посвящения вы приносите в жертву младенцев.

В Петербурге первый теософский кружок собрался в 1901-м году на квартире представительницы английской секции Анны Каменской.

Среди её подруг и сподвижниц были Мария фон Сиверс и Анна Философова. Анна Павловна, в девичестве Дягилева, приходилась тётей гомосексуалисту-театралу Сергею Дягилеву. Дягилев на протяжении 15 лет был любовником сына Философовой Дмитрия, то есть своего двоюродного брата. Впоследствии Дмитрий Философов жил шведской семьёй с знаменитой масонской парой, поэтессой Зинаидой Гиппиус и Дмитрием Мережковским. Гиппиус работала ведущим литературным критиком журнала «Весы», секретарём которого являлся английский агент Майкл Попандопуло. Человечек 15 лет крутился в центре светской жизни Российской Империи — и ничего. Печатался в газетах, увлекался переводами и английской литературой — и ничего. Никто его не тронул.

Теософка Философова, наряду с Трубниковой и Стасовой, — инициатор создания уже знакомых нам Бестужевских курсов.

Как теперь видно, у истоков феминизма и движения ЛГБТ в России стояли потомственные масоны, эзотерические шизы-теософы и английские агенты. Часто это одни и те же люди. Но эти же люди стояли у истоков кое-чего и похуже…

Знаете, это как чистить забившийся сток: тянешь за ниточку, а оттуда лезет и лезет, причём всё связано, всё цепляется за друг друга, прорастает мицелиями, спорами, ветвится и развивается как рак. Который, если его не лечить, заражает здоровые клетки.

Вернёмся к нашим баранам, то есть Стасовым.

Как же так получилось, что Елена Дмитриевна пережила в целости 1937-й? Из бывших, потомственная дворянка, знала семь иностранных языков, работала в аппарате компартии Германии, заместитель председателя коммунистического аналога Красного Креста, член Всемирного антивоенного комитета. Налицо — агент британской, немецкой и японской вражеских разведок. А разгадка вот в чём.

Дед Стасовой, архитектор Василий Петрович, был дружен с Мэтью Кларком. Матвей Егорович Кларк — шотландский инженер, управляющий Александровским чугунолитейным заводом в Санкт-Петербурге, руководил постройкой одного из первых русских пароходов и первой металлической подводной лодки. Сын Василия Стасова, Николай, генерал-майор придворного ведомства, женился на Маргарите Матвеевне Кларк. Дочь Софья вышла замуж за Василия Матвеевича Кларка. Внебрачная дочь Владимира Стасова, Надежда Петровна Дютур, в замужестве Кларк.

Стасовы и Кларки — одна семья. Забегу немного вперёд и скажу, что Кларки активно участвовали в саботаже на флоте во время русско-японской.

Елена Дмитриевна не была типичным для своей среды богемным русским дурачком, который между столоверчением и кокаином, разинув рот на собрании ложи, слушает эзотерические откровения своих английских кураторов. Она и есть английский куратор, Хелен Кларк, преспокойно дожившая в Советской России до 1966-го года.

Феминистка, участница Бестужевских курсов Мария Александровна Менжинская — мама Вячеслава Рудольфовича Менжинского.

Польские дворяне Менжинские и Стасовы были соседями по даче, дружили семьями. Боевитая пацанка Леночка учила маленького задумчивого Славу плавать в речке. Отец Менжинского был преподавателем в Пажеском корпусе, профессором истории Римско-католической духовной академии, пользовался личным расположением Николая II. Вячеслав учился в одном классе с Александром Васильевичем Колчаком. В гимназии у тихого Менжинского было прозвище «Вяча — божья коровка». Был близок к литературно-артистической среде Серебряного века. Писал романы, рисовал картины, занимался историей балета, играл на рояле Шопена. Владел 19-ю языками, в том числе фарси и японским…