Андреа Камиллери – Возраст сомнений (страница 16)
Фацио ждал в комиссариате, вид у него был, как у побитой собаки.
– Что случилось?
– Комиссар, у нас проблемы!
– Тоже мне новость! У меня проблемы начались, едва я появился на свет. Проблемой больше, проблемой меньше… Выкладывай!
– Я пошел на обед и увидел, что они сидят в таверне у Джакомино: Диджулио, Рикка и Альварес. Я сел за соседний столик и стал прислушиваться к разговору. Они говорили о Зизи, я навострил уши. И знаете что?
– Мне не интересны чужие разговоры, но ты ведь все равно скажешь.
– Вчера вечером Зизи арестовали.
Монтальбано выругался.
– Кто?
– Карабинеры.
– За что?
– Они возвращались на яхту. В порту стояла машина карабинеров. Зизи был пьян, он подошел к машине, расстегнул штаны и помочился прямо на колесо.
– Он в своем уме?! Карабинеры были в машине?
– Да.
– А дальше?
– Он с кулаками набросился на карабинера, который пытался его задержать.
Монтальбано снова выругался.
– Что будем делать? – спросил Фацио.
– Ничего. Не могу же я требовать, чтобы карабинеры его освободили. Постарайся тогда подобраться к Рикке.
Накануне они договорились с Лаурой созвониться вечером, около семи, но было уже почти восемь, а никто не звонил.
Поскольку теперь у него был номер ее мобильного телефона, после некоторых раздумий он решил позвонить сам.
– Это Монтальбано.
– Я узнала твой голос.
Совершенно нейтральный ответ.
– Ты забыла, что…
– Я ничего не забыла.
Черт возьми, какой темперамент!
– Много работы?
– Нет.
– Тогда почему…
– Я решила, что не буду тебе звонить.
– А-а-а…
Повисла пауза.
Монтальбано охватил страх: ему показалось, что связь прервалась. Глупость, конечно, но он испугался, как ребенок, брошенный в открытом космосе.
– Алло! Алло! – закричал он.
– Не кричи так! Я здесь!
– Ты можешь объяснить, почему…
– Это не телефонный разговор.
– Хотя бы попробуй.
– Я сказала – нет.
– Давай встретимся, прошу тебя! У меня есть пара вопросов, это касается «Ванессы».
Снова пауза.
Но на этот раз Монтальбано слышал ее дыхание.
– Хочешь, поужинаем вместе? – спросила она.
– Да.
– Только не у тебя дома.
– Ладно. Где скажешь.
– Поедем в ресторан в Монтереале, о котором ты говорил.
– Хорошо. Давай так, ты приедешь в участок, возьмем мою машину и…
– Нет. Расскажи, как добраться до ресторана. Увидимся там. Через час, мне надо заехать домой.
Что случилось с Лаурой? Почему так изменилось ее настроение? Он терялся в догадках.
Минут через десять зазвонил телефон.
– Матерь Божья, комиссар! Это вы?
Плохой знак. Когда Катарелла начинал вот так, как теперь, причитать, это означало, что на другом конце провода «господа начальники».
– Начальник полиции?
– Да, да, комиссар! Дело очень-очень срочное!
– Скажи ему, что меня нет.
Не исключено, что придется ехать в Монтелузу, и тогда прощай ужин с Лаурой.
– Матерь Божья, комиссар! – причитал Катарелла.
– Что еще?
– Каждый раз, когда приходится врать господам начальникам, я чувствую, что совершаю смертный грех!
– Ничего, покаешься на исповеди!
Прошло три четверти часа, и Монтальбано уже собирался уходить, когда на пороге возник Фацио.
– Комиссар, у меня есть приятель, карабинер, и я решил…
– Что ты сделал?