Андрэ Нортон – Тройка мечей (страница 107)

Трое беглецов столпились на тесной площадке – они едва там помещались. И располагалась эта площадка высоко в воздухе, над красным камнем. Келси ухватилась здоровой рукой за край проема, из которого они вышли. А вот Йонан шагнул вперед, чтобы осмотреться.

Мгновение спустя он вернулся. Витле же, казалось, снова полностью ушла в себя и не обращала ни на что внимания.

– Мы на голове чудовища, – сообщил воин. – Надо спуститься.

Келси прижала к себе онемевшую руку; девушка слишком хорошо помнила, как чудовищное то ли изваяние, то ли сооружение возвышалось над дорогой из черепов. Нечего было и думать о том, чтобы спуститься по внешней стороне этой громады. Неудивительно, что они добрались сюда беспрепятственно. Келси была уверена, что их враг точно знает, где они находятся, и способен с ними расправиться на этом незащищенном пятачке. Да любой фас, выскочивший из проема, к которому она сейчас отступила, мог бы столкнуть их вниз. Не говоря уже о Сарнских Всадниках с их огненными стрелами.

– Здесь нет пути вниз, – вяло проговорила девушка.

Йонан снова подошел к ней и теперь вздернул ее на ноги уже не так осторожно, как прежде.

– Путь есть! – Голос его прозвучал так повелительно, словно он крикнул это ей в ухо. – Смотри! – указал он вниз.

Под тем местом, где они стояли, находился выступ, а дальше – расширявшийся уступ. Поверхность камня была изъедена временем, и там хватало мест, где можно было зацепиться и куда поставить ногу. Келси признала, что если бы не тупая пульсирующая боль в запястье, вполне возможно, она действительно сумела бы спуститься. Но с одной рукой нечего было даже и пытаться. Но, похоже, Йонан учел и это.

Он повозился с пряжкой портупеи и расстегнул ее прежде, чем Келси успела возразить. А потом снова протянул к ней руку и потребовал:

– Твой пояс!

Девушка попыталась управиться одной рукой, но Йонан отвел ее руку и расстегнул пряжку сам. Потом он состегнул их вместе, перекинул через согнутую ногу и подергал, проверяя на прочность. А потом соорудил петлю на конце перевязи, накинул эту петлю на здоровое плечо Келси и подвел ее к краю площадки.

– Вниз!

Келси внутренне сжалась, но заставила себя переползти через край и повисла в пустоте; она намеренно не смотрела ни на что, кроме выщербленного камня перед глазами, пока ее сапоги не стукнули глухо о пузырь щеки на уродливом лице и она не заглянула невольно в один из глазных провалов. Келси вздрогнула и постаралась отодвинуться как можно дальше. То ли память ее подвела, то ли действительно там видны были отблески пламени, плясавшего в бассейне в том зале смерти, за которым она наблюдала.

Витле Йонан ничего не говорил, но, видимо, колдунья сама решила, что побег возможен, и принялась спускаться от одной опоры к другой. Однако воин добрался до этого уровня раньше и стал опускать Келси ниже, на одутловатое плечо истукана.

К тому моменту, как их спуск завершился, Келси была вся в поту и не имела ни малейшего желания вспоминать об этом пути. Она дважды ударилась локтем раненой руки, и ее чуть не стошнило от боли, так что трудно было даже подумать о том, чтобы что-то сделать, пока последний спуск, с согнутого колена чудовища, не завершился и Келси не ощутила землю под своими ослабевшими, трясущимися ногами. Потом рядом с нею очутился Йонан, и Келси увидела сквозь слезы боли спину колдуньи – Витле решительно шагала прочь, словно решила, что больше они ей не спутники.

Йонан поставил Келси на ноги и повел следом за колдуньей, придерживая за ремень, все еще свисавший у нее с плеча. Всякий раз, как ей удавалось подумать о чем-то, кроме боли в руке, Келси боялась, что позади вот-вот раздастся хриплый вой пса или окрик Сарнского Всадника, приказывающего остановиться. Но было тихо.

Келси повернулась к поддерживавшему ее воину.

– Они не отпустят нас, – уныло произнесла она.

– В самом деле? – парировал Йонан. – Они ищут то же, что и она. – он кивком указал на колдунью, успевшую уже уйти далеко вперед. – Почему бы не дать ей иллюзию свободы, чтобы она привела их к тому, что они хотят заполучить. Или ты думаешь, им неинтересно, почему мы бродим там, куда прежде не забирался никто из принадлежащих Свету?

– Так ты думаешь, они просто играли с нами?

Келси запнулась. Три мышки и кошка, которая лениво щурится, дает добыче отбежать немного, а потом протягивает лапу, чтобы положить конец игре.

– Думаю, что-то из этого было испытанием. Но еще я уверен, что мы ни за что не вышли бы отсюда живыми, если бы они того не желали.

Девушка попыталась отмахнуться от этого мрачного ответа, но слова Йонана звучали слишком логично. Они – мыши, которым позволили бежать. А кто-то – или что-то – будет отныне хорошенько присматривать за ними.

Однако, если Йонан и верил в то, что сказал, действовал он так, словно они на самом деле сбежали, – шел быстро и поддерживал Келси, чтобы она не отставала. Девушка намеренно не оглядывалась, потому что ей так и представлялось, как сидящее чудовище неспешно поднимается и идет за ними следом, чтобы прихлопнуть или растоптать их, когда пожелает.

Они дошли до зарослей; это были не мясистые грибы, как внутри чудовища, а кустарник с изрядными шипами, и рос он так плотно, что казалось, будто пройти здесь вовсе невозможно.

Но Витле еще на подходе взмахнула своим самоцветом, и тот вспыхнул гораздо ярче, чем там, внутри; посыпавшиеся искры упали на заросли, от них потянулись струйки дыма, и растения съежились.

Если колдунья тоже считала, что им позволили сбежать, чтобы проследить за их поиском, она никак этого не выказывала, равно как и не делала ничего, чтобы запутать следы. Но кусты быстро рассыпались пеплом, открыв ей путь, а следом прошли и два ее спутника. Келси размышляла, сколько она еще продержится на ногах. Боль поднялась к плечу и теперь перетекала в грудь, и девушке было трудно дышать. Сильнее всего ей сейчас хотелось лечь, закрыть глаза и провалиться в черное ничто.

Она даже не заметила, как переплетение колючек вокруг них сменилось пышными зелеными кустами; некоторые из них цвели, источая аромат. Лишь теперь Келси удалось избавиться от зловония подземелья. Она не замечала ничего, кроме стенаний собственного измученного тела, и очнулась лишь тогда, когда хватка Йонана, становившаяся по мере пути все сильнее, ослабла, и девушка опустилась на землю.

Откуда-то послышалось журчание воды – или треск огня? Девушка попыталась приподняться, чтобы убедиться, что она не очутилась снова в пещере. Но склонившаяся над ней Витле толкнула ее, заставляя лечь обратно, и от этого прикосновения Келси пронзила такая боль, что она наконец-то потеряла сознание.

Потом оказалось, что неподалеку горит костер. Келси осознала, что пояс теперь поддерживает не больную ее руку, а здоровую. А на больную руку и плечо что-то давило так, что девушка вскрикнула и сквозь слезы увидела, как Йонан повернулся от костра к ней. В руке у него был меч.

Клинок лег на ее запястье. Но за этим пришла не обжигающая боль, а холод, ледяной холод, как будто она лежала в сугробе, почти замерзшая. И холод этого прикосновения разошелся по руке и перетек в тело. Келси очнулась внутри оболочки из плоти и костей, но эта оболочка ее не слушалась; девушка не могла даже слова сказать, чтобы облегчить эту пытку холодом.

Это ощущение отступило, и она снова почувствовала жар огня, еще более сильный из-за холода, который его вызвал. Она слышала слова, но они ничего не значили.

– Яд растекается… Она умрет…

Кто это, Йонан? Хотя какая разница. Умрет? Возможно, она уже умерла или так близка к Последним Воротам, что сражаться нет сил.

– Госпожа, где твой камень?

– Он не для этих целей.

– Нет? Ты позволишь ей умереть, хотя знаешь, как она важна для твоего поиска?

– Я могу искать одна.

– Этого ли хотел от тебя ваш Совет?

– Ты, мужчина, что ты можешь знать о Силе!

– Достаточно, чтобы понять, что ты можешь использовать камень для разных целей, госпожа. И я тебе говорю – используй его! Немедленно!

И снова холод. Снова ноющее онемение. Она упала с вершины чудовища, наверное. А на дне царила темнота.

15

Келси шла – точнее, еле ковыляла, а кто-то поддерживал ее и помогал идти. С трудом сфокусировав взгляд, она увидела прямо перед собой промельк серого одеяния. Или что это было? Мех? Перед ней, вскинув хвост, словно знамя, шла кошка, выросшая до размеров пантеры. Кошка. Там была кошка. И еще Ворота. А потом череда каких-то диких событий, которые какая-то часть ее сознания отказывалась считать реальными. Девушка подняла руку. Это простое движение потребовало от нее огромных усилий. На запястье не было цепочки, впивавшейся в ее плоть, но были шрамы, которых точно не было прежде.

Откуда-то издалека донеслось:

– Госпожа…

Келси попыталась не слышать этот призыв. А еще – попыталась приказать своим ногам остановиться, дать ей отдохнуть.

– Госпожа!

Зов сделался более властным и настойчивым. Ценой огромного усилия Келси повернула голову и увидела лицо, полускрытое боевым шлемом. Подол серого одеяния взметнулся; тот, кто шел впереди, остановился и повернулся к ней.

– Девочка! – В этом голосе не было заботы – лишь требование. – Посмотри на камень!

Келси опустила голову и увидела у себя на груди пятнышко вращающегося света. Она подняла покрытую шрамами руку и попыталась взять камень. Горячо! Девушка тут же уронила руку. Она уже сталкивалась с губительным огнем и не желала повторения.