Андраш Тотис – Детектив и политика 1990 №4(8) (страница 41)
— И Пол Шорт действительно ухватился за эту историю. Все развивалось в точности по моему плану, пока мисс, — он насмешливо кивнул в сторону Гвен, — не затеяла частное расследование. А мистер Шорт тогда же подбросил приманку и стал выслеживать похитителей. Пришлось вмешаться… И я вынужден довести свое дело до конца. Не повторять же мне вашей ошибки — когда вы пожалели охранника, вместо того чтобы прикончить его.
— У меня к вам одно предложение, — произнес Пол.
— Сожалею, но… — Говард Грин не успел продолжить фразу, поскольку Пол резко откинулся на спинку кресла. Кресло с грохотом упало, а Шорт, прижав подбородок к груди, сделал кувырок назад.
Раздался выстрел. Пуля Грина просвистела у него над головой: при таком внезапном повороте событий возможны промахи даже у опытнейших профессионалов. Откатившись в сторону. Пол услышал вскрик Гвен и топот ее каблучков, когда она бросилась на Грина. Судя по шуму, тот свалил ее ударом, но Пол за эти секунды успел укрыться за массивным письменным столом. По давней привычке у него было запрятано в поясе несколько патронов. Один из них Шорт положил на пол и поднес к нему зажигалку. Раздался хлопок. по силе напоминающий выстрел, и уверенно приближающиеся шаги Грина смолкли. Быстрый шорох, грохот опрокинутого стула свидетельствовали о том, что он подыскивает себе убежище. Шорт осторожно протянул руку и нащупал на столе нож для разрезания бумаги. Нож оказался совершенно тупым по бокам, зато с длинным и заостренным кончиком. Что ж, на безрыбье и рак рыба. Пол прикинул нож на ладони. Конечно, он попробует метнуть, но мало вероятно, что угодит в цель именно острым концом. Положив рядом с собою оставшийся второй патрон, Пол вскрыл ножом ящик письменного стола и чуть не заплакал от радости при виде старенького кольта с деревянной рукояткой. Правда, в следующий момент он готов был заплакать от огорчения, обнаружив, что кольт не заряжен. И каково было не расплакаться от бессильного гнева, когда снаружи послышался шум подъезжающих автомобилей и скрип тормозов. Мак с ребятами не успели бы за это время добраться из Лондона, значит, это могут быть только люди Говарда Грина.
Выходит, им троим крышка. Жаль! Но мозг не сдавался, продолжая лихорадочно искать выход. Пол приметил, где затаился Грин. Естественно предположить, что он тоже прислушивается к шуму снаружи и вряд ли пойдет сейчас на излишний риск, охотясь за Полом, когда вот-вот подоспеет подмога. Значит, надо подпалить последний патрон, чтобы противник не поднимал головы, и броситься в атаку. Если ему повезет, то он пробежит эти три метра быстрее, чем Грин опомнится. Ну а если крупно повезет, то он успеет пустить нож в ход раньше, чем Грин выстрелит. Очень мало надежды на такую крупную удачу, но другого выхода Пол не видел.
Пол поднес было зажигалку к патрону, когда снаружи прогремел громкий, усиленный мегафоном голос:
— Грин, сдавайся! Дом окружен, у тебя нет шансов улизнуть. Выходи добром, тогда останешься цел.
Послышалось хлопанье дверей, затем — топот ног. Пол осторожно выглянул из укрытия.
Сдавайся, Грин!.. — надрывался голос в мегафоне.
Распахнулась дверь в комнату, и Грин выстрелил. Шорт мгновенно подключился к событиям. Он поджег патрон, и Грин вынужден был на миг обернуться в его сторону. Этого момента нападающим оказалось достаточно, чтобы ворваться в комнату.
Перестрелка длилась недолго.
Через несколько секунд все стихло, лишь со стороны дивана слышалось учащенное дыхание Кима: тот пребывал в таком страхе, что даже не в состоянии был подыскать себе укрытие. Шорт выпустил нож для разрезания бумаги. Лишь сейчас он почувствовал, что даже пальцы заболели — с такой силой стискивал он свое ненадежное оружие.
— А ну, вылезай! — услышал Пол чей-то не слишком дружелюбный окрик и неуверенно выпрямился. Перед ним стоял Бултон — в сером костюме и пестром галстуке, с легким, короткоствольным автоматом в руках. Его переносицу украшал наклеенный крест-накрест пластырь, щека, распухла, глаз почти совсем заплыл…
— Я очень сожалею… — растерянно проговорил Пол.
Похоже, Бултон тоже был смущен.
— Мы как раз совещались, как бы нам проникнуть в дом незаметно, когда услышали выстрелы…
Пол подошел к Грину. Сразу было видно, что тот мертв. Он лежал на боку, съежившись в неестественной позе, пуля попала ему в живот. Шорт почувствовал горькую жалость. Правда, этот человек собирался его прикончить, но поначалу, когда только затевал всю эту авантюру, у него и в мыслях не было становиться убийцей, он всего лишь хотел слегка повернуть к себе колесо удачи.
— Все живы? Где Гвен? Что с ней? — на пороге появился Джон. Не обращая внимания на убитого Грина и стоявшего рядом с ним Шорта, он бросился к девушке, которая без чувств лежала на полу. Шорту сделалось стыдно, что сам он не вспомнил о Гвен сразу же, и он хотел было тоже подойти к ней, но было уже поздно. Опустившись на колени, Джон бережно приподнял голову девушки и тихим, ласковым голосом выспрашивал ее:
— Как ты себя чувствуешь, родная? Ты не ранена?
Ответов Гвен Пол не слышал, говорила она тихо, да и Джон заслонил ее собою, но о смысле ее слов можно было догадаться по следующей реплике Джона:
— С ним все в порядке, думай лучше о себе!
Пол вздохнул и повернулся к Бултону.
— Как вы узнали, что мы находимся здесь?
Бултон ухмыльнулся. Его грубоватое лицо, изуродованное побоями, на миг сделалось озорным и лукавым, и Шорт впервые почувствовал, что они могли бы найти общий язык.
— Не только вы следили за Кимом, мы тоже установили за ним наблюдение. Я понял, что мне удастся изловить преступника лишь в том случае, если поставить ему ловушку. Для видимости Кима охраняли только двое, поскольку он и нанял двоих. Практически же были задействованы чуть ли не два десятка людей, то есть весь незанятый состав наших телохранителей. И все же мы чуть не проморгали опасность, спохватились, лишь когда после отъезда Кима из офиса наш человек не сообщил по радио, куда они направляются. К тому времени "пежо" и "остина" уже и след простыл. Мы были вынуждены следовать за вами.
— Ну а он?.. — Шорт кивнул в сторону Джона.
— А он разыскивал девушку. Ворвался ко мне в невменяемом состоянии. Какой-то кретин внушил ему, будто бы я сам похищаю собственных клиентов. Мы с Джоном давние приятели, так что он, хоть и не совсем поверил в эту нелепость, все же призвал меня к ответу. А я как раз готовился выехать на операцию, мои люди доложили, что вы на угнанном "ягуаре" подкатили к какому-то хутору. Джон вызвался ехать со мной… Это была его идея использовать мегафон и отвлечь внимание Грина, а тем временем ворваться в дом.
— Ну и как же быть дальше? — задал вопрос Пол, адресуя его скорее самому себе. Гвен теперь на попечении Джона, Кима заботливо опекают люди Бултона, обращаясь с ним как с тяжелобольным. Лишь до него никому нет дела… Пол снова подошел к Грину. Позади стула, на котором во время их разговора сидел Грин, Пол обнаружил свою сумку, куда были сложены все отобранные у него при обыске вещи. Он не смог сдержать облегченный вздох. Повесив сумку через плечо, он направился к двери.
— Постойте! — окликнул его Бултон.
Обернувшись, Пол бросил на него недоверчивый взгляд. Неужели Бултон решил сейчас свести с ним счеты?
— "Ягуар" оставьте здесь. Домой вас отвезет один из моих людей. В полицию обращусь я сам, и, по всей вероятности, они захотят сегодня же побеседовать с вами. Тогда имейте в виду, что вы действовали по моему поручению.
Шорт призадумался. Бултон оказывает ему немалую услугу. Конечно, полиции не понравится, что какой-то дошлый журналист в погоне за сенсацией намеренно подвергает опасности весьма почтенного человека и ведет свою войну с преступниками. Ну а уж если полицию будет представлять инспектор Хогарти!.. Он, Пол, в свою очередь окажет услугу Бултону: фирма сама разоблачает преступника, похитившего десяток ее клиентов. Тем самым репутация "Профешнл Секьюрити" не только не пострадает, но, напротив, утвердится. Шорт согласно кивнул.
— Значит, договорились, — улыбнулся Бултон. — А если вам понадобится работа, обращайтесь ко мне.
Пол махнул рукой и вышел из комнаты. Он очутился в небольшом вестибюле с крохотным мраморным бассейном посередине: струйку воды извергал из себя маленький мраморный амур. Крыльц, в пять ступенек вело в парк, заставленный машинами. Какой-то молодой человек поманил рукой Пола и распахнул перед ним дверцу машины.
"Вот и мне удалось кое-чего добиться в жизни, — подумал Шорт. — Ехать домой в сопровождении телохранителя! Домой — к Кристине".
Владимир Лазарис
БУНКЕР
Владимир Лазарис — журналист, писатель, поэт и переводчик. Родился в Москве в 1947 году. Получил юридическое образование. С 1977 года живет в Израиле. Постоянный сотрудник радиостанции "Голос Израиля" на русском языке. С 1982 по 1986 год сотрудничал в американских русскоязычных изданиях, где опубликовал более ста очерков и статей об Израиле. В.Лазарис — автор сборника стихотворений "Проводы" (1979), публицистической книги "Диссиденты и евреи" (1980), антологии переводов "Еврейская поэзия средневековой Испании" (1981), документального дневника-репортажа "Моя первая война" (1984), документальной повести "Сонет для статуи Свободы" и составитель сборников "В отказе" (1986), а также "Ученые" (1988), "Инженеры и техники" (1989) и "Врачи и медсестры" (1990) — из серии "Место работы".