Анатолий Сорокин – Океан. Выпуск 1 (страница 42)

— А мы люди.

— Вот это я и имела в виду.

В рубку протиснулся Митька.

— Не отвечают. Должно быть, встречают с той стороны. Что будем делать?

— Попробуем сами. Тут глубина небольшая. Бери-ка отпорный крюк и замеряй. Только смотри, чтобы самого не смыло.

…Он долго шарашился на баке, пока не додумался ухватиться за кнехт.

— Два с половиной… Два сорок… Два…

Карцов перевел ручку машинного телеграфа на «стоп».

— …Метр восемьдесят… Метр семьдесят… — докладывал Митька. — Полтора!

Дальше идти нельзя, грунт тут каменистый. Катер минут десять болтался на волне. Митька залез на рубку и махал флажками. Но с острова никто не отвечал, их ждали с другой стороны.

Докторша туго повязала платок и решительно шагнула из рубки.

— Ну, я пойду.

— Куда?

— Туда. До берега тут метров тридцать. Дойду.

Сразу видно, что она здесь недавно. Эти тридцать метров будут стоить ей жизни. И не только потому, что волна. Главное — вода. Больше трех минут она в этой воде не выдержит.

— Запрещаю! — резко сказал Карцов.

— В данном случае вы подчиняетесь мне! — тоже резко сказала докторша и шагнула к борту.

Карцов схватил ее за рукав:

— Вы это бросьте! Погибнуть хотите?

— Но ведь там двое: мать и ребенок. Они ждут моей помощи. Вы это понимаете?

— Понимаю. Но если вы погибнете, они этой помощи не дождутся.

— Где же выход?

— Обойдем остров, покажем им, чтобы встречали здесь.

— Сколько это займет времени?

— Еще часа полтора.

— Много.

Подскочил Сашка:

— Дядь Вань, я закаленный. Разрешите?

— Ты что, роды принимать умеешь?

— Не, я ее, — он кивнул на докторшу. — Я ее в один миг дотащу!

Это идея. Но у Сашки росту всего сто шестьдесят восемь, воды ему будет по горло. Не дотащит. В Митьке сто восемьдесят три, но он молчит. Даже отвернулся, будто ни о чем и не догадывается.

— Ладно, пойду я, — сказал Карцов. — Смотрите не посадите катер на камни. Как только дойдем до берега, возвращайтесь в базу. Когда утихнет, придете за мной.

— Дядь Вань!

— Приказание поняли? Повторите!

— Есть не посадить катер и возвращаться в базу! — четко, даже как-то обрадованно повторил Митька.

Карцов не стал сразу прыгать в воду, знал, что так может не выдержать сердце. Надо все делать с умом. Он лег на палубу, свесил за борт сначала ноги, потом на животе сполз весь. Его сначала будто ошпарило, а потом схватило холодным железным обручем. Воды было по грудь, но, когда набегала волна, она захлестывала лицо и набивалась в уши. Он попрыгал, чтобы хоть немного разогнать кровь, и крикнул:

— Давайте!

Сашка успел завернуть девушку в прорезиненный плащ, и они с Митькой осторожно подали ее Карцову. Тот принял ее на вытянутые руки и сразу пошел. «Хорошо, что худенькая, — подумал он. — Была бы покрупнее, не унес бы». Ему казалось, что так даже как-то теплее, порожняком он замерз бы совсем.

Он шел хотя и осторожно, но скоро. Знал, что иначе нельзя. Только бы не схватила судорога. Надо иногда чуть приседать, пусть лучше намочит шею, чем закоченеют ноги.

До полпути было сравнительно легко, а потом начали затекать руки. «Вот еще не хватало уронить!» Он заторопился и чуть не упал — под ноги попался небольшой валун.

— Ой! — вскрикнула девушка. Должно быть, зачерпнула ногой воду — ему не было видно.

— Сейчас, уже недалеко, — успокоил он ее, но теперь не торопился. Когда воды стало по пояс, он переложил девушку на плечо.

Он увидел, что от метеостанции к ним кто-то бежит. «Это хорошо, значит, мне можно будет вернуться».

Но когда добрались до берега, сил уже не было, да и тело окончательно отказалось повиноваться. Тут еще свело ногу. Поставив докторшу, он присел и застонал от боли.

— Свело? — понимающе спросила докторша.

— Да.

— Сейчас. — Она открыла чемоданчик, порылась в нем и достала длинную иголку. Кольнула ему в икру, и сразу стало полегче. — Растирайте.

Только теперь Карцов заметил, что она стоит босиком.

— Обуйтесь, а то застудитесь.

— А я туфлю потеряла там, когда крикнула.

— Ах ты, беда какая! Второй хоть наденьте.

— Я и ее скинула. Зачем она, одна-то?

Тут подбежал гидролог — Карцов старался вспомнить его фамилию, но не смог.

— Вот спасибо, а я уже думал, не успеете. Пойдемте быстрее, она очень мучается. — Он заговорил быстро, захлебываясь и суетясь без всякого толку.

— Погоди-ка. — Карцов взял его за рукав. — Видишь, туфли вот утопили. Не босиком же ей идти.

Вахрамеев — только теперь Карцов вспомнил его фамилию — сел, быстро сдернул сапоги и протянул докторше.

— Вот наденьте, а я в носках добегу, тут недалеко.

Сапоги были, наверное, сорок третьего размера, не меньше. Они хлябали на ногах девушки, и она едва передвигалась. А Вахрамеев нетерпеливо прыгал возле нее и все тараторил:

— Первенец у нас, по срокам вроде бы еще неделю ходить должна, да, видно, ошиблись. Доктор, я прошу вас, попробуйте поскорее, она очень мучается. Вдруг не успеем?

— Схватки частые?

— Очень!

— Через сколько минут?

— Минут? — Вахрамеев растерянно уставился на докторшу. — Не замерял. Извините, как-то не догадался.

— Ну, а хотя бы воды накипятить догадались?

Вахрамеев ничего не ответил и побежал вперед.