Анатолий Шинкин – Вахта. Гастеры (страница 7)

Алиган привычно уселся перед гильотиной, ерзая мягким задом, нащупал оптимальное положение на стульчике. Прихватил из кучи заготовку, включил станок и повернул голову в сторону раздавшегося рядом женского голоса.

Боковина станка загораживала говорящую. Из-за вертикальной плиты выступала только подтянутая бюстгальтером грудь, которая, подрагивая от негодования, двигалась вверх и вниз, а высокий резкий голос, с явным оттенком неприязни, отчитывал смущенного сварщика.

«Размазал шов!», «неужели так трудно держать катет на полуавтомате?», «перенастрой станок и поправь шаблон!»

Слова проносились мимо сознания. Душа и сердце Алигана, переместились в глаза и с волнением отслеживали движение за зеленой боковиной оранжево-желтой шарообразности.

– Бери болгарку, счищай и переваривай! – Оксана Викторовна резко отвернулась и быстрым шагом двинулась в глубь цеха.

– Вой! – воскликнул Алиган на смеси родного языка с русским и торопливо привстал, надеясь продлить радость созерцания.

На постах вспыхивали и горели ослепляющие дугой огни сварки. Работяги в масках, склонившись над столами, ровно проходили швы. Вроде бы выцелил вожделенным взглядом обтянутую ярким ситцем округлость, но тотчас разочарованно сплюнул: шар оказался головой слесаря в цветастой бандане. Еще приподнялся, забрался ногами на стол, и в это время у крайней колонны грохнул взрыв.

Сварные и заготовщики, как по команде, бросились в проходы: узнать, что случилось, и не нужна ли помощь. Алиган свалился мимо стула задом на пол и, не поднимаясь, побежал на четвереньках прятаться за большую гильотину. Перепутал направление, как раз за большой гильотиной и грохнуло, и туда сбегался народ.

Бывают неприятные моменты, когда потом за себя стыдно, но хуже, когда рядом оказываются свидетели твоей трусости. Не повезло: зрителей набралось до десятка, к ним и выскочил собачьей рысью перепуганный рубщик. Смеха и веселья хватило на всех, а стажер мгновенно обрел в народе популярность.

Авария случилась более громкая, чем опасная: сорвало предохранительный клапан на ресивере, и все станки, в названии которых было слово «пневмо (воздушное давление)» разом остановились. Петрович окликнул застывшего в позе удивленного китайца: разведенные руки ладонями вперед, ступни носками внутрь, напарника:

– Твой агрегат работает. Занимайся. У сварных детали заканчиваются.

Алиган вновь уселся на свой стульчик, взял в руки полосу, включил станок, а глаза непроизвольно смотрели на массивную боковину, из-за которой десять минут назад выглядывала возбуждающая чувства красота. Шевелились, причмокивали толстые коричневые губы на круглом лице, и широкий нос втягивал масляно-гаревые запахи, надеясь различить в них волнующий женский аромат.

Слесарная богема, с ранья оторванная от благостного опохмеления, покуривала у ресивера. Иваныч небрежно пнул компрессор и отметился народной присказкой: «Как в Дании: жену поимели, а я в ожидании.» Хохотнули и, стыдливо опустив первый русский вопрос: «Кто виноват?» – вяло, неторопливо, незаинтересованно дискуссировали второй: «Что делать?»

У моего станка воздушное сцепление. Непланированная остановка. Закурил и подошел к слесарям: поздороваться, высказать почтение, помочь, если потребуется, и зарядиться настроением, благо у ребят оно всегда мажорное.

– Общий привет. Иваныч, как жизнь?

– Как у Некрасова: всю ночь поднимается медленно в гору, а утром отлил и опять с ноготок, – ответов в изустно-народно-юморном стиле у Иваныча великое множество. На моей памяти ни разу не повторился. Своеобразный талант.

Петрович, разложив на рабочем столе гидравлической гильотины чертежи, подсчитывал и записывал маркером необходимое количество железа. Сварные вернулись к постам и энергично дорабатывали нарубленные вчера косынки. Алиган, упершись взглядом в станину, раз за разом нажимал педаль. В момент смены полосы от станка доносилась заунывная, однообразная, как казахская степь, нудная песня.

Бытовое бездумное пение – что вижу, о том пою: релакс, удовольствие и созерцание. Чтоб я так жил! Сидеть, смотреть в пустоту и думать. Счастье мудреца. Обстановка накладывает отпечаток, дает импульс. Бог долго смотрел на пустоту и хаос, прежде чем произнес и принёс миру «Слово». Перед бесконечным пространством начинается связь с вечностью. Тундровые и степные кочевники, днями не слезающие с седла или нарт, в долгой дороге по бесконечной пустоте, подвывы страдающего о женских прелестях рубщика оценили бы на пятерку.

Гармоничная производственная картина: никто не болтается дуриком, все при деле, работают на единый результат, разрушилась через десять минут, когда Ромка-сварной подошел к Алигану и увидел в приемном лотке вместо прямоугольников, определенной длины и ширины, безразмерные треугольники, трапеции, параллелограммы и ромбы.

– Эй, – Ромка потряс круглое плечо, глянул в бессмысленные глаза и обернулся, высматривая Петровича. – Подойди.

– Данунах…! – только и выговорил Петрович и повернулся к Алигану. – Ну ты дерзнул… дерзанул… Черт! И слова нужного не подберешь. Как ты умудрился?

– Глаза разбежались, правда.. – Алиган отвернулся от станка и, всем корпусом подавшись вперед, немо шевелил губами.

По центральному проходу легко и неторопливо двигалась Оксана Викторовна. Непринужденно несла перед собой ритмично вздрагивающую грудь, смотрела прямо вперед и улыбалась внутрь себя непонятно… загадочно.

Петрович, едва взглянув на женщину, подтолкнул ногой глубже под станок испорченные детали, а на место приемного лотка двинул деревянный ящик. Обернулся к Ромке, засмеялся и разъяснил ситуацию:

– Очень уж Оксана Викторовна женщина видная. Коллектив за два года успел переболеть и привыкнуть к ее выдающимся, но неприступным прелестям, а бедолага без подготовки, можно сказать, краешком глаза, мельком заметил самое прекрасное в ней. Своевременное возбуждение указало путь к счастью.

– Любовь нечаянно нагрянет, – Ромка сдержал смех и включил «сочувствие». – Не получилось у парня сохранить холодную голову и наступить на горло чувству. Тебе проблемы нужны: то конкурентов отгоняй, то на цветы деньги ищи?

– Красивая, – рукавом вытерев губы, смущенно пояснил Алиган.

– Попал, – устал сдерживаться и захохотал Ромка. – А некрасивых и нет, есть ненакрашенные. Ты же в Зарубежах плавал и в Америке бывал?

– Не плавал, а ходил. В Канаде рыбу разгружали.

– Америка рядом, – Ромка затоптался на месте, торопясь «отмочить хохму». – Остался бы там: каждая вторая американка с девятым размером. Пришлось ихним мужикам специальную Силиконовую долину сделать, чтоб титьки до размера доводить и губы до вареников наращивать. Слышал про такую?

– Про Силиконовую долину слышал, – неуверенно согласился Алиган.

– Интересно, – поддержал Петрович.

– В шарашках, типа нашей, мужики на прессах титьки из силикона штампуют.

– Сочинитель, – засмеялся Петрович. – Так-таки, из штампа достают и на полет* рядами складывают?

– Ну, может быть, в холодильник, чтоб не растекалось, – не сдался Ромка. – Хотят бабы красивыми быть, а Оксана Викторовна… Сколько самцов два года тому рогами перебодались, и всем – облом. Малоадекватная она.

– Самцы любят кулаки почесать, а за самку, так это еще и достойный повод. Девушек выбираем по красоте, а с мало или много адекватностью потом разбираемся, – Петрович толкнул напарника ладонью в плечо. – Подвинься, станок посмотрю.

– Глаза разбежались, да, – как спасительную мантру, вставая со стульчика, повторил Алиган. – Вчера получалось…

– И сегодня получится, – перебил Петрович. – Разбежавшиеся глаза – это две точки зрения, что провоцирует поиск оптимального варианта.

– Рубщик ведро брака настрогал, а какой-нибудь депутат за краешек сиськи и народ продаст и пол страны в распыл пустит, – отозвался на излете веселья Ромка.

– Перебор, – засмеялся Петрович. – Я за критическое мышление, Рома, но нельзя же критиковать только желчью. Лучше порадуемся, что есть в стране мужики, у которых стоит.

– Ну ты философ, – не замедлил снасмешничать Ромка.

– Философами мужики не от хорошей жизни становятся, – пригрустив глазами, парировал Петрович.

Присел перед станком, нажал кнопку запуска, вставил полосу, сделал руб, второй. Подобрал готовые детали, измерил. Штангенциркуль беспристрастно показал правильный размер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.