Анатолий Шигапов – Янтарная труба. Паутина на острие права 5.0 (страница 8)

- Денис, берите пробы рядом с трубой. И с той стороны здания, где идёт отвод.

Эколог кивнул, достал свои пробирки и начал работать. Лена обошла здание снаружи, фотографируя следы грузовиков - свежие, глубокие, с рисунком протектора, похожим на «КамАЗ». Рядом валялись пустые пластиковые канистры из-под неизвестной жидкости, окурки, обрывки изоленты, пустые пачки сигарет.

Она подняла одну из канистр, понюхала - запах был резким, химическим, похожим на растворитель. Сфотографировала этикетку, потом штрих-код.

- Антон Петрович, - позвала она, - посмотрите, что это за жидкость.

Антон Петрович взял канистру, повертел в руках.

- Не знаю, - сказал он. - Но похоже на реагент для промывки. Янтарь отделяют от породы с помощью воды и центрифуги, но иногда добавляют химию, чтобы лучше очищался. Это запрещено, но копатели всё равно используют.

- Денис, возьмите образец жидкости из канистры, если осталось, - сказала Лена.

- Осталось, - ответил эколог, наклоняясь к канистре. - На дне миллилитров двести. Я возьму.

Он отлил жидкость в пробирку, подписал, убрал.

- Теперь нам нужно найти, куда уходит вода, - сказала Лена. - Антон Петрович, показывайте дорогу.

Они пошли в лес, по едва заметной тропе, ведущей от здания насосной станции вниз по склону. Тропа была утоптана, местами виднелись следы колёс - видимо, сюда заезжала техника. Метров через двести они вышли к небольшой поляне, где стоял самодельный отстойник - большая пластиковая бочка, вкопанная в землю, с торчащими из неё трубами. Рядом - ещё одна бочка, поменьше, и несколько пластиковых контейнеров.

Лена подошла к бочке. Вода в ней была чёрной, с маслянистой плёнкой на поверхности и резким запахом, от которого слезились глаза.

- Это не просто вода, - сказал Денис, подходя ближе. - Это отработанный реагент. Токсичный. Если они слили это в дренажную канаву, то грунтовые воды заражены на десятки метров вокруг.

- А это опасно для людей? - спросила Лена.

- Для людей? - Денис усмехнулся, но усмешка была горькой. - Лептоспироз - это бактериальное заражение. А здесь химия. Тяжёлые металлы, фенолы, может быть, даже диоксины. Если это попадёт в водопровод, люди могут получить не просто отравление, а хронические заболевания - рак, поражение печени, нервной системы.

Лена сняла на видео всё: бочки, контейнеры, следы слива, трубы, уходящие в землю. Денис взял пробы воды из бочек, грунта вокруг них, листьев с ближайших деревьев.

Они работали около часа. Дождь усилился, и Лена промокла до нитки, несмотря на куртку. Но она не обращала внимания - нужно было закончить, собрать максимум доказательств, пока кто-нибудь не приехал и не уничтожил их.

- Всё, - сказал Денис, убирая последнюю пробирку. - Больше брать нечего. Теперь нужно везти это в лабораторию.

- На комбинате есть своя лаборатория? - спросила Лена.

- Есть, - ответил Антон Петрович. - Но я не уверен, что стоит им доверять. Лучше отдать независимым экспертам.

- Топольский уже договорился с университетской лабораторией, - сказала Лена. - Мы отвезём пробы туда.

Они вернулись к УАЗу. Дядя Миша дремал за рулём, но, услышав шаги, открыл глаза.

- Всё? - спросил он.

- Всё, - ответила Лена. - Поехали.

УАЗ развернулся на поляне и, подпрыгивая на кочках, покатил обратно к комбинату.

В лаборатории университета их встретила заведующая - пожилая женщина с короткой стрижкой и строгими глазами, в белом халате и очках. Её звали Галина Сергеевна, и Топольский говорил о ней как о лучшем специалисте по химическому анализу в области.

- Давайте ваши пробы, - сказала она, когда Лена, Денис и Антон Петрович вошли в лабораторию. - Предупреждаю: экспресс-анализ займёт часа два. Полный - дня три. Что вам нужно?

- Нам нужны оперативные результаты, - ответила Лена. - Хотя бы ориентировочные. Что в воде, что в грунте. Есть ли бактерии лептоспироза, есть ли тяжёлые металлы, есть ли химические реагенты.

- Лептоспироз - это не ко мне, - сказала Галина Сергеевна. - Это к бактериологам. Я химик. Но наличие органических загрязнителей и тяжёлых металлов я определю.

- Хорошо. Сделайте, что можете.

Галина Сергеевна взяла пробирки, подписала, унесла в соседнюю комнату. Лена, Денис и Антон Петрович сели на пластиковые стулья в коридоре и принялись ждать.

Минуты тянулись медленно. Лена смотрела на часы, считала секунды. Денис листал блокнот, проверяя записи. Антон Петрович сидел неподвижно, глядя в одну точку, и о чём-то думал.

- Антон Петрович, - сказала Лена, чтобы разрядить тишину, - вы знаете, кто мог сделать эту врезку?

Старик вздохнул.

- Догадываюсь, - ответил он. - Но не уверен.

- Кто?

- Есть у меня один бывший коллега. Алексей Королёв. Работал мастером на дренажной системе, уволился в прошлом году. Говорят, связался с черными копателями. Купил дом в Светлогорске, машину новую. Откуда деньги - непонятно. Он знал схему трубопроводов, знал, где какие задвижки.

- Мы слышали эту фамилию, - сказала Лена. - От главного инженера.

- Смирнов знает, - кивнул Антон Петрович. - Но он молчит, потому что боится. Королёв - не простой человек. У него связи. Если он узнает, что я его назвал, мне конец.

- Мы обеспечим вашу безопасность, - сказала Лена. - Обещаю.

Антон Петрович посмотрел на неё долгим взглядом.

- Я верю, - сказал он. - Но верю не в полицию, а в вас и в Андрея Владимировича. Вы - последние, кто ещё не продался.

Через два часа Галина Сергеевна вышла из лаборатории. Лицо у неё было бледным, губы сжаты.

- У вас есть кофе? - спросила она.

- В автомате в коридоре, - ответила Лена, чувствуя, как сердце ухнуло вниз.

Галина Сергеевна отошла к автомату, купила кофе в пластиковом стаканчике, сделала глоток. Потом вернулась и села напротив.

- Результаты плохие, - сказала она. - Вода из трубы содержит бактерии лептоспироза в концентрации, превышающей норму в сотни раз. Это эпидемиологическая катастрофа. В воде из бочек - тяжёлые металлы: свинец, кадмий, ртуть. В концентрациях, токсичных для человека. В грунте вокруг - те же металлы плюс фенолы. Это не просто загрязнение, это зона экологического бедствия.

Лена почувствовала, как земля уходит из-под ног.

- Что это значит? - спросила она, хотя уже догадывалась.

- Это значит, что люди в посёлке пьют смертельный коктейль, - ответила Галина Сергеевна. - Если его не остановить, количество заболевших вырастет в разы. Нужно немедленно отключать водозабор и подвозить воду цистернами.

- Мы уже добились отключения через суд, - сказала Лена. - Вчера.

- Мало, - покачала головой Галина Сергеевна. - Нужно закрывать весь участок трубопровода, по которому идёт загрязнённая вода. И нужно находить источник - где именно врезка. Иначе после каждого дождя всё будет повторяться.

- Спасибо, Галина Сергеевна, - сказала Лена, вставая. - Мы всё передадим Андрею Владимировичу.

Она вышла из лаборатории, набрала номер Топольского.

- Андрей Владимирович, - сказала она, стараясь говорить спокойно, хотя голос дрожал. - Пробы подтверждают: в воде - лептоспироз и тяжёлые металлы. Источник - старая насосная станция в лесу. Мы нашли врезку и отстойник.

- Я еду к Губернатору, - ответил Топольский. - Ждите в офисе.

- Что будет с детьми?

- Детей мы спасём. - Голос Топольского был твёрдым. - А тех, кто это сделал, посадим.

Лена отключилась. Она стояла под дождём на крыльце университета, сжимая в руках рюкзак с пробирками, и смотрела на серое небо.

Глава 5. Сергей Павлович засвечен

Топольский встретил Лену у дверей офиса. Она выглядела уставшей - мокрая куртка, резиновые сапоги в глине, под глазами тени, но в руке она крепко сжимала рюкзак с пробирками, будто боялась, что кто-то попытается его отнять.

- Проходите, - сказал он, пропуская её вперёд. - Рассказывайте.

Лена скинула куртку, села на стул, открыла рюкзак и выложила на стол все образцы, которые успела собрать. Пробирки с жёлтой водой, пластиковые контейнеры с грунтом, флакон с жидкостью из канистры. Рядом - флешка с фотографиями и видеозаписями.

- Галина Сергеевна из университетской лаборатории сделала экспресс-анализ, - сказала Лена, стараясь говорить ровно, хотя голос всё равно дрожал. - В воде из трубы - лептоспироз в концентрации, превышающей норму в сотни раз. В воде из отстойника - свинец, кадмий, ртуть. В грунте - фенолы. Это зона экологического бедствия, Андрей Владимирович.

Топольский взял одну из пробирок, поднёс к свету. Жёлтая мутная жидкость, в которой плавали какие-то хлопья.