Анатолий Шигапов – Цена победы (страница 4)
Элиас не ответил. Он просто смотрел в окно, где за серыми тучами пробивался слабый луч солнца. Он думал о том, что Айрис уходит в неизвестность, а он остаётся здесь, чтобы сражаться с врагом, который уже внутри города. Внутри него.
Он вышел из зала и направился на холм, к мемориалу Горы и Кейна. Он знал, что Айрис, скорее всего, уже там.
Айрис стояла у двух мраморных плит, установленных на холме за городом. Одна - с именем Горы, выбитым глубокими буквами. Другая - с именем Кейна, её возлюбленного, который погиб у неё на руках. Здесь всегда было тихо, даже ветер не завывал - только редкие птицы кружили в небе. Она приносила цветы - полевые ромашки, которые Кейн любил, и белую лилию для Горы, его любимый цветок.
Она опустилась на колени перед плитой Кейна.
- Я всё ещё ищу способ вернуть тебя, - сказала она тихо. - Не тебя. А то, что ты защищал. Свободу. Я ухожу на восток, завтра на рассвете. И я не знаю, вернусь ли. Но я должна это сделать. Ради нас всех.
Она провела рукой по холодному камню и закрыла глаза. Воспоминания нахлынули - Кейн улыбается ей в лаборатории, Кейн говорит, что она спасёт мир, Кейн заслоняет её от пуль во время штурма. Последний раз, когда она видела его живым, он прошептал: «Ты сильная. Ты справишься».
Она открыла глаза и перевела взгляд на плиту Горы.
- Ты бы знал, что делать, Гора, - прошептала она. - Ты всегда знал. Ты видел врага и шёл в бой. А я… я даже не знаю, кто мой враг. Лена? Архитектор? Или мы сами?
Она не заметила шагов, но внезапно услышала тихий голос за спиной:
- Вы не виноваты, что не знаете. Они скрываются.
Она обернулась. За ней стоял тот самый беженец, который приходил к ней в лабораторию утром. Он выглядел более измождённым, чем раньше, но в его глазах горела настойчивость.
- Как ты меня нашёл? - спросила Айрис, настороженно глядя на него.
- Я спросил у охраны, - ответил он, пожимая плечами. - Они сказали, что вы часто бываете здесь. Это место… оно особенное. Я тоже потерял всех. Мою жену, дочь, сына. Они остались там, в деревне Тихое. Я похоронил их своими руками, а потом сжёг дом и ушёл.
Айрис смягчилась. Она понимала его боль.
- Зачем ты ищешь меня? - спросила она.
- Я вспомнил ещё кое-что, - сказал он, подходя ближе. - Когда они говорили о «Протоколе 7», они упоминали вашу мать. Говорили, что она пыталась его уничтожить, но не смогла, потому что Лена предала её. Они говорили, что «Сад» - это не убежище, а тюрьма. И они ждут вас. Лена знает, что вы придёте. Она оставила для вас сообщение.
- Какое сообщение?
- «Ты - ключ, - сказал беженец, цитируя. - Приходи, и я покажу тебе правду. Или останься и умри в невежестве».
Айрис похолодела. Лена - имя, которое она слышала от матери, - её коллега, близкая подруга. Но в дневниках мать писала о ней с горечью: «Лена выбрала страх, а не свободу. Она предала всё, во что мы верили». Значит, Лена была жива, и она ждала Айрис в «Эдеме».
- Спасибо, - сказала Айрис, стараясь сохранить спокойствие. - Ты можешь идти. Отдохни, поешь.
Беженец кивнул и ушёл, но Айрис осталась у мемориала. Она смотрела на имена двух мужчин, которые пожертвовали собой ради неё, и знала, что её путь лежит на восток, к разгадке тайны, которая стоила жизни её матери и которая теперь могла стоить жизни всем.
Она сжала в руке маленький медальон, который носила на шее - единственную вещь, оставшуюся от матери. Медальон был круглым, с гравировкой в виде дерева с корнями, но без надписей. Она коснулась его и прошептала:
- Я сделаю это, мама. Я закончу то, что ты начала.
Сзади послышались шаги. Она обернулась и увидела Элиаса, который медленно шёл по тропинке, глядя на неё с тревогой.
- Я знал, что ты здесь, - сказал он, подходя ближе. - Ты всегда приходишь сюда, когда принимаешь трудные решения.
- Я ухожу завтра, - сказала она. - Ты знаешь.
- Знаю. И я не могу тебя остановить. Но я хочу, чтобы ты знала: я буду ждать тебя. Всегда.
Он подошёл и обнял её. Она прижалась к нему, и в этом объятии было всё - боль, страх, надежда. Они стояли так долго, пока солнце не начало садиться за горизонт.
- Я должна идти готовиться, - сказала Айрис, отстраняясь.
- Иди, - ответил Элиас. - Я буду здесь. Я прикрою тебя.
Она ушла, а он остался у мемориала. Он смотрел на плиту Горы и шептал:
- Ты бы гордился ею, Гора. Она сильнее нас всех.
Голос в его голове промолчал. Впервые за много месяцев.
Элиас сидел в своей комнате, глядя на пустую стену. За окном город затихал - слышны были лишь далёкие шаги патруля и лай собак. В его голове шумело. Он думал о Горе, о его голосе, который всё ещё звучал в сознании. Он думал о клонах, о своей собственной природе, которую он скрывал от всех. И он думал о Генерале, который явно что-то замышлял.
В углу комнаты мелькнула тень - свет фонаря с улицы качнулся, и Элиас вздрогнул, но это была всего лишь игра теней. Однако голос в его голове прозвучал отчётливо:
Элиас закрыл глаза. Голос Горы изменился - теперь он звучал не как угроза, а как предупреждение. Это был не страх. Это была забота.
- Я знаю, - прошептал он. - Я знаю, что он готовит переворот. Но я не могу ударить первым. Это сделает меня тем, кого я презираю.
- Может быть. Но если я стану таким, как Генерал, я не смогу смотреть в глаза Айрис. И в глаза Горe.
Он встал, подошёл к окну и посмотрел на улицу. Там, в темноте, он увидел фигуру - человек стоял напротив его дома, прислонившись к фонарному столбу, и смотрел прямо на его окно. Элиас не видел лица, но знал: это один из людей Генерала. Соглядатай.
- Так вот как ты играешь, Генерал, - прошептал Элиас. - Ты следишь за мной. Скоро придёшь убивать.
Он отошёл от окна, открыл тайник под половицей и достал старый пистолет, который носил ещё во время войны. Проверил обойму - семь патронов. Этого мало, если Генерал нападёт с отрядом. Но у него был план: он мог уйти через подземные тоннели, которые знал с детства, и добраться до убежища за городом. Но это означало оставить город, оставить Айрис, оставить всех, кто верил в него. Он не мог этого сделать.
Он спрятал пистолет под подушку и лёг на кровать, глядя в потолок. Мысли крутились, как колёса сломавшегося механизма.
- Айрис, - прошептал он, - ты должна вернуться. Ты - моя опора.
Он закрыл глаза, но сон не шёл. Он знал: эта ночь - последняя спокойная ночь в его жизни. Завтра всё изменится. Генерал нанесёт удар, или он сам ударит первым. И тогда начнётся война, которая решит судьбу всего мира.
Внезапно за дверью послышались шаги. Кто-то крался по коридору, стараясь не шуметь. Элиас мгновенно насторожился, выхватил пистолет и приник к стене у двери. Шаги затихли напротив его комнаты.
Он ждал. Секунды тянулись, как часы. Затем послышался тихий стук - условный сигнал, который они использовали с верными офицерами: три коротких, два длинных.
Элиас открыл дверь. На пороге стоял лейтенант с повязкой на глазу, его адъютант, с бледным лицом.
- Командир, - прошептал он. - Генерал начал действовать. Он арестовал майора Торна и объявил его агентом «Эдема». Он собирает войска, чтобы захватить штаб. У нас есть час, может быть, два.
Элиас сжал челюсти. Он знал, что это случится, но не ожидал так скоро.
- Где Айрис? - спросил он.
- Она уже выехала на восток. Она в безопасности, сэр. Но вам нужно бежать. Сейчас.
Элиас посмотрел на пистолет в руке, затем на адъютанта, который рисковал жизнью, чтобы предупредить его.
- Я не побегу, - сказал он. - Я останусь и буду сражаться. За город. За Айрис. За всех нас.
Адъютант хотел возразить, но Элиас поднял руку.
- Ты знаешь, что делать. Организуй оборону штаба. Я приду туда через час. Мы выиграем время для Айрис.
Адъютант кивнул и исчез в темноте коридора. Элиас остался один, но теперь он знал, что делать. Он больше не был просто клоном, скрывающим свою природу. Он был лидером, который готов был заплатить любую цену.
Он оделся, проверил оружие и вышел в ночь. Над городом сгущались тучи, и первые капли дождя упали на его лицо. Он шёл к штабу, и в его голове не было голоса Горы. Только тишина, предшествующая буре.
Завтра начнётся война. Но сегодня он будет сражаться за мир. За каждого - человека и клона. За Айрис. За Гору.
Ночь над Рассветом была тихой. Город спал - сорок тысяч жителей, в основном клоны и семьи людей, которые не захотели переселяться в центр. Улицы пустовали, только редкие патрули проходили по своим маршрутам, и свет в окнах постепенно гасили. Никто не ждал беды.
Элиас стоял у карты в штабе столицы, когда небо на востоке озарилось багровым заревом. Сначала он подумал, что это восход - странный, кровавый, неестественный. Но часы показывали половину четвёртого утра, и солнце не могло встать так рано. Он подошёл к окну, всматриваясь в горизонт. В этот момент завыли сирены - пронзительно, надрывно, как плач раненого зверя, прорезая ночную тишину. Элиас рванул к двери, но адъютант уже ворвался в комнату, его лицо было перекошено от ужаса.
- Командир! Рассвет! Город Рассвет атакован! Дроны! Их сотни! Они просто появились из ниоткуда!
- Что значит «сотни»? - рявкнул Элиас, хватая бронежилет и оружие. - Кто? Откуда?