Анатолий Шигапов – Тридцать Три Дня (Пробуждение/Испытание/Наследие) (страница 55)

Ночью третьего дня они вышли из тоннеля и направились к Эйфелевой башне.

Оцепление вокруг терминала было всё ещё активным, но ночью патрулей было меньше. Александр провёл Анну через него, используя старые навыки - тень к тени, укрытие к укрытию. Они двигались медленно, но, верно, приближаясь к башне.

И вот они увидели её.

Эйфелева башня больше не была металлической. Она была... живой. Её стальные балки превратились в подобие коралловых рифов - органических, пульсирующих, покрытых светящимися прожилками. На вершине, где раньше была смотровая площадка, теперь росло что-то похожее на гигантский цветок - закрытый бутон, светящийся багровым светом.

- Боже, - прошептала Анна. - Что они с ней сделали?

- Терминал изменил её, - ответил Александр. - Как и всё вокруг.

- Это не просто изменение. Это... трансформация. Башня стала частью Хроники. Частью кода.

- Мы можем войти?

- Должны.

Они подошли к основанию башни. Вход был открыт - не дверь, а скорее мембрана, похожая на плёнку, переливающуюся всеми цветами спектра. Анна коснулась её - и мембрана расступилась, пропуская их внутрь.

Внутри башня была ещё более чуждой, чем снаружи. Вместо лестниц и лифтов - извивающиеся коридоры, похожие на кровеносные сосуды. Вместо стен - мембраны, сквозь которые просвечивали органы какого-то нечеловеческого организма. Вместо пола - упругая, тёплая поверхность, слегка вибрирующая в такт далёкому ритму.

- Это отвратительно, - сказала Анна.

- Идите за мной. Я чувствую путь.

- Чувствуете?

- Это как в Городе. Башня хочет, чтобы мы поднялись.

Они двинулись вверх. Коридоры извивались, пересекались, раздваивались, но Александр каждый раз выбирал правильный путь без колебаний, как будто кто-то вёл его. Анна следовала за ним, держа в руке планшет с настройками отражателя.

Через час они достигли вершины.

Цветок - тот самый бутон, который они видели снаружи, - был раскрыт. Внутри него, на ложе из светящихся тычинок, лежало нечто, похожее на сердце. Оно пульсировало в такт далёкому ритму - тому самому, который Анна слышала в Городе, в Зале Хроник. Ритму коррекции.

- Это ядро терминала, - сказала она. - Здесь генерируется сигнал.

- Что нам делать?

- Я должна подключить отражатель к ядру. Это перенаправит сигнал обратно. Терминал отключится.

- Это опасно?

- Да. Очень.

- Тогда дайте мне сделать это.

- Вы не можете. Вы не Автор. Я должна сама.

Она подошла к сердцу. Оно было огромным - метра три в диаметре, - и от него исходил жар, как от доменной печи. Анна чувствовала, как её кожа нагревается, как волосы начинают потрескивать от статического электричества.

Она достала планшет и начала вводить код.

Это была сложная процедура. Отражатель, который она создала на основе структуры мёртвой зоны, должен был быть настроен точно на частоту терминала. Малейшая ошибка - и сигнал не отразится, а усилится. И тогда Париж исчезнет.

Её пальцы летали по экрану. Александр стоял рядом, готовый в любой момент прийти на помощь. Время замедлилось - как всегда, когда Анна работала с кодом.

И вот - готово.

- Сейчас, - сказала она. - Я активирую отражатель.

- Ждите.

- Что?

- Смотрите.

Она подняла глаза. Из глубины сердца, из самой его сердцевины, поднималось нечто - фигура, сотканная из багрового света. Она была похожа на те, что Анна видела в Зале Хроник. Ещё одно Эхо.

«Анна Новак, - сказала фигура. - Ты пришла».

- Кто ты?

«Я - двенадцатая. Последняя, кого удалили до вас. Моя цивилизация жила в Атлантиде. Мы были похожи на вас - почти. Мы тоже любили, строили, мечтали. Но мы не прошли Суд».

- Почему?

«Потому что мы выбрали страх. Мы испугались Создателей и попытались спрятаться. А вы - вы выбрали борьбу. Вы прошли. Поэтому я здесь - чтобы помочь вам».

- Помочь? Но ты - часть Эха.

«Не всё Эхо едино. Ты уже знаешь это. Трое ушли в покой благодаря тебе. Я - четвёртая, кто хочет уйти. Но меня держит терминал. Если ты отключишь его - я освобожусь».

- А что насчёт остальных? Восьми, которые всё ещё хотят мести?

«Они сильны. Особенно первый - Кристалл. Он был первой цивилизацией и первой жертвой. Его ненависть безмерна. Но если ты освободишь меня, я помогу тебе бороться с ним. Я расскажу тебе слабости Эха».

Анна колебалась. Это могло быть ловушкой. Но она вспомнила кита, грибы, цветы - тех, кто уже ушёл в покой. Они не лгали. Они действительно хотели освобождения.

- Хорошо, - сказала она. - Я отключу терминал. Ты будешь свободна.

Она активировала отражатель.

Свет в сердце изменился. Багровый стал белым, потом - голубым, потом - прозрачным. Терминал начал отключаться. Анна чувствовала, как сигнал, который давил на неё всё это время, ослабевает, отступает, исчезает.

И в этот момент фигура Атлантиды закричала.

Не от боли - от радости. Она вспыхнула светом - и исчезла, как и те трое до неё. Ушла в покой. Освободилась.

А терминал умер.

Сердце остановилось. Свет погас. Башня начала возвращаться к своей прежней форме - металлической, неживой, человеческой.

- Получилось, - прошептала Анна. - Мы сделали это.

- Да, - ответил Александр. - Один терминал отключён. Осталось двенадцать.

- Но теперь у нас есть оружие. Отражатель. Мы можем отключить их все.

- Тогда вперёд. У нас много работы.

Они вернулись в убежище на рассвете.

Сибил ждала их с новостями. Пока они были в мёртвой зоне, мир изменился. Утечка документов вызвала эффект, которого никто не ожидал: «Орион» начал разваливаться изнутри. Десятки сотрудников подали в отставку. Военные подразделения отказались подчиняться приказам. Правительства замораживали счета организации. Кейн всё ещё был на свободе, но его власть таяла, как снег под весенним солнцем.

- Он загнан в угол, - сказала Сибил. - А загнанный зверь опаснее всего.

- Где он сейчас? - спросил Александр.

- Мы не знаем. Он покинул Женеву вчера ночью. Возможно, он направился в Антарктиду - на космодром. Там у него есть корабль. И, возможно, доступ к последнему терминалу.

- Он хочет бежать?

- Или нанести последний удар.

Анна посмотрела на карту терминалов. Двенадцать ещё активны. Но теперь у них был отражатель. Теперь они могли отключать их один за другим.

- Мы должны продолжать, - сказала она. - Каждый отключённый терминал ослабляет Кейна. Каждый отключённый терминал даёт нам время.