Анатолий Шигапов – Тридцать Три Дня (Пробуждение/Испытание/Наследие) (страница 52)

- Что мы будем делать? - спросила она.

- Мы найдём доказательства, - ответила Сибил. - У меня есть доступ к старым файлам «Ориона» - тем, которые ещё не оцифрованы. Они хранятся в архиве под Женевой. Там должны быть документы, подтверждающие, что Кейн знал о протоколе «Адам» и планировал использовать его.

- Как мы туда попадём?

- Завтра ночью. У меня есть человек внутри «Ориона» - он поможет.

- Это рискованно.

- Всё рискованно. Но без доказательств мы никто. Кейн будет продолжать контролировать терминалы, связываться с Сеятелями, готовить свой «Ковчег». Мы должны остановить его сейчас - или будет поздно.

Александр отвернулся от окна.

- Я пойду, - сказал он.

- Нет, - ответила Сибил. - Вы слишком известны. Ваше лицо знает каждый охранник в Женеве. Пойдёт Анна.

- Почему я? - спросила Анна.

- Потому что вы - Автор. Потому что вы можете читать язык творения. Архив «Ориона» защищён кодовыми замками, основанными на фрагментах Хроники. Только вы сможете их открыть.

Анна посмотрела на Александра. Он не сказал ни слова, но она знала, о чём он думает. Он не хотел отпускать её одну. Но он понимал, что другого выхода нет.

- Я готова, - сказала она.

- Тогда слушайте план.

Архив «Ориона» находился под землёй - в бункере, построенном ещё во время холодной войны. Официально он числился как склад устаревшего оборудования. Неофициально - там хранились все секреты организации за последние тридцать лет.

Человек Сибил - его звали Маркус, и он работал в отделе логистики, - встретил Анну у входа. Это был невысокий лысеющий мужчина с нервными движениями и бегающими глазами. Он боялся - Анна чувствовала это по тому, как он сжимал и разжимал пальцы, как оглядывался через плечо.

- У нас мало времени, - сказал он. - Смена охраны через час. Я проведу вас в архив, но дальше - сами.

- Понимаю.

Они спустились по лестнице в подвал, прошли через служебный коридор и оказались перед массивной стальной дверью. На ней не было ни замка, ни ручки - только панель, светящаяся голубоватым светом.

- Это кодовый замок, - сказал Маркус. - Он работает на фрагменте Хроники. Я не знаю, как его открыть. Никто не знает, кроме высшего руководства.

Анна подошла к панели. Символы на ней были знакомы - тот самый язык творения, который она видела в Городе. Она прикоснулась к панели, закрыла глаза и начала читать.

Это была простая структура - примитивная, по сравнению с тем, что она видела в Зале Хроник. Замок спрашивал пароль, но пароль был не словом - это была математическая последовательность, описывающая определённое состояние реальности. Анна узнала её: это была строка из кода, который она сама переписала.

Она произнесла пароль - не вслух, а в своём сознании, проецируя его на панель.

Дверь открылась.

- Впечатляет, - сказал Маркус. - Я оставлю вас здесь. Удачи.

Он исчез так же быстро, как появился. Анна вошла в архив.

Внутри было темно и пахло старой бумагой. Она включила фонарик и огляделась. Стеллажи, уходящие в темноту. Тысячи папок, коробок, дискет - целая история «Ориона», запертая под землёй.

Она начала искать.

Это заняло два часа. Она просматривала папки одну за другой - отчёты, протоколы, стенограммы. Большинство было неважно: рутинные операции, финансовые отчёты, кадровые перестановки. Но некоторые...

Некоторые заставляли её кровь стынуть в жилах.

«Проект "Ковчег": финальная стадия. Оценка вместимости - 200 000 человек. Критерии отбора: генетическая совместимость, профессиональные навыки, лояльность режиму».

«Эксперимент "Эхо": попытка контакта с остаточными сознаниями в Хроники. Результат: частичный успех. Сознания активны, но враждебны. Рекомендация: использовать как инструмент давления на Автора».

«Протокол "Жатва": связь с Сеятелями. Сигнал отправлен. Ответ ожидается в течение трёх месяцев».

Анна сфотографировала всё на планшет - каждую страницу, каждый документ. Это были доказательства. Настоящие, неопровержимые. Доказательства того, что Кейн не просто готовился к коррекции, а активно её добивался. Что он связался с Сеятелями. Что он планировал использовать Эхо.

Что он хотел уничтожить человечество - и создать новое, подконтрольное ему.

Когда она закончила, часы показывали три часа ночи. Она спрятала планшет и направилась к выходу.

Но у двери её ждали.

Их было трое - охранники «Ориона» в полной боевой выкладке. И среди них - человек, которого Анна не ожидала увидеть.

Маркус.

- Простите, - сказал он, и в его голосе действительно слышалось сожаление. - У меня не было выбора. Они знали о моих контактах с Сибил. Они угрожали моей семье.

- Вы сдали меня, - сказала Анна.

- Да. И мне жаль.

Охранники шагнули вперёд. Анна попятилась. У неё не было оружия, не было плана, не было шансов. Она была одна, в подземном бункере, в окружении врагов.

И в этот момент дверь позади охранников взорвалась.

Александр ворвался в архив, как ураган.

Он двигался быстрее, чем Анна могла уследить, - три удара, три падающих тела. Маркус попытался бежать, но Александр поймал его за шиворот и прижал к стене.

- Ты предал нас, - сказал он тихо. - Ты сдал её.

- У меня не было выбора! Они угрожали моей семье! Моим детям!

- У всех есть выбор. Ты выбрал неправильно.

Он отпустил его - не ударил, не покалечил, просто отпустил. Маркус сполз по стене, рыдая.

- Уходи, - сказал Александр. - Беги. Прячься. Если я увижу тебя снова - убью.

Маркус убежал. Александр повернулся к Анне.

- Вы в порядке?

- Да. Как вы здесь оказались?

- Я следил за вами. С самого начала. Я знал, что Маркус ненадёжен - Сибил предупреждала. Я ждал снаружи.

- Вы не доверяете Сибил?

- Я не доверяю никому. Кроме вас.

Он взял её за руку.

- Уходим. Скоро здесь будет весь «Орион».

Они выбежали из архива, поднялись по лестнице, вырвались на улицу - и растворились в ночи.

Через час они были в убежище.

Сибил ждала их - встревоженная, но собранная. Анна показала ей фотографии документов. Сибил просматривала их, и её лицо становилось всё мрачнее.

- Этого достаточно, - сказала она наконец. - У нас есть доказательства. Завтра мы обнародуем их. Вся сеть «Архитекторов» - все три тысячи человек - распространят их по всему миру. Кейн будет разоблачён.

- А если он попытается остановить нас?

- Он попытается. Но теперь у него не получится. Слишком поздно.