Анатолий Шигапов – Тридцать Три Дня (Пробуждение/Испытание/Наследие) (страница 51)
Шаги приблизились. Анна почувствовала, как сердце забилось где-то в горле. Александр напрягся, готовый действовать - даже сейчас, замёрзший, обессиленный, он был готов драться.
Но Ван дер Меер оказался быстрее.
- Ладно, - сказал он. - Вы меня поймали. Там не только холодильники.
- А что ещё?
- Контрабанда. Сигареты. Французские. Не хотите взять пару блоков? Без налогов.
Патрульный хмыкнул.
- Сколько?
- Два блока. Бесплатно. За беспокойство.
Долгая пауза. Потом - смех.
- Чёрт с тобой, капитан. Давай свои сигареты. И чтоб больше никакой контрабанды.
- Разумеется. Только для вас.
Шаги удалились окончательно. Анна снова выдохнула - на этот раз беззвучно.
- Он купил их, - прошептал Александр. - Умный ход.
- Умный, - согласилась она. - Но я думала, нас поймают.
- Я тоже.
- И что бы вы сделали?
- Дрался бы.
- Их было четверо. Вы бы не справились.
- Справился бы. Но вы бы пострадали. А это недопустимо.
Она хотела ответить, но в этот момент дверь контейнера открылась. На пороге стоял Ван дер Меер.
- Всё, - сказал он. - Досмотр закончен. Вылезайте.
Они выбрались наружу. Анна чувствовала, как кровь возвращается в замёрзшие конечности - больно, покалывая, но это была хорошая боль. Боль жизни.
- Спасибо, - сказала она капитану.
- Не за что. Долг платежом красен.
- Какой долг?
- Сибил спасла моего сына. Пять лет назад. Я поклялся, что верну долг, когда придёт время. Время пришло.
Он развернулся и ушёл обратно в рубку.
Анна посмотрела на Александра.
- Сибил спасла его сына?
- Сибил спасла многих. Поэтому «Архитекторы» так преданы ей. Она не просто лидер. Она... символ. Символ того, что можно бороться и побеждать.
- Тогда я хочу знать о ней больше.
- Узнаете. Через двенадцать часов мы будем в Женеве. Там она расскажет всё сама.
Женева встретила их дождём.
Судно пришвартовалось в промышленном порту на окраине города - сером, безликом, пахнущем соляркой и мокрым бетоном. Ван дер Меер проводил их до выхода и дал адрес - ещё один конспиративный дом, на этот раз в районе Пакис, недалеко от вокзала Корнавен.
- Там вас будет ждать Сибил, - сказал он. - Удачи.
- Спасибо, капитан. Мы этого не забудем.
- Забудьте. Так безопаснее.
Он вернулся на судно, а Анна и Александр двинулись в город.
Женева была другой, чем запомнила её Анна. Совсем недавно она ходила по этим улицам как гость «Ориона» - уважаемый специалист, ключевой член экспедиции. Теперь она кралась по ним как беглянка, вжимая голову в плечи при виде каждой полицейской машины.
Но город изменился не только для неё. Что-то произошло с ним за те дни, что она отсутствовала. На улицах было меньше людей. Магазины закрывались раньше обычного. Над крышами висело напряжение - то самое, которое Анна помнила по дням перед Судом. Как будто город ждал чего-то. Чего-то плохого.
Они добрались до конспиративного дома без приключений. Это была старая квартира на пятом этаже - без лифта, с скрипучими половицами и видом на железную дорогу. Дверь открыла сама Сибил.
- Заходите, - сказала она. - Быстро.
Внутри было тепло и пахло чаем. Анна с облегчением сняла мокрую куртку и опустилась на стул. Александр остался стоять у окна, наблюдая за улицей.
- Добрались без проблем? - спросила Сибил.
- Почти. Был досмотр на реке. Капитан нас спрятал.
- Знаю. Ван дер Меер доложил. Он хороший человек.
- Вы спасли его сына?
Сибил чуть улыбнулась.
- Это было давно. Мальчик заболел - редкое генетическое заболевание. «Орион» мог его вылечить, но только в обмен на лояльность. Я помогла найти лекарство... другим путём. С тех пор Ван дер Меер работает на нас.
- Почему вы ушли из «Ориона»? - спросила Анна. - Александр рассказал мне про «Ковчег». Но этого недостаточно. Должно быть что-то ещё.
Сибил села в кресло напротив и закурила тонкую сигарету. Её лицо в свете лампы казалось вырезанным из старого дерева - все морщины, все тени, все следы прожитых лет.
- Вы правы, - сказала она. - «Ковчег» был только началом. Когда я узнала о нём, я попыталась остановить Кейна официально - через совет директоров, через ООН, через прессу. Но он был быстрее. Он уничтожил мою репутацию, мои доказательства, мою жизнь. Меня объявили параноиком, потом - сумасшедшей, потом - преступницей. Я потеряла всё: работу, дом, семью. Мой муж ушёл, забрал детей. Они думали, что я сошла с ума.
- Мне жаль.
- Не жалейте. Это сделало меня сильнее. Я поняла, что не могу бороться с «Орионом» изнутри. Я должна была создать что-то своё. Так появились «Архитекторы».
- Сколько вас?
- Достаточно. По всему миру - около трёх тысяч человек. Учёные, инженеры, хакеры, военные. Все, кто разочаровался в «Орионе» или пострадал от него. Мы не можем сражаться с ними напрямую - у них ресурсы, технологии, доступ к Хроники. Но мы можем вредить им. Сливать информацию. Срывать операции. Помогать таким, как вы.
- Почему вы помогаете нам?
Сибил затушила сигарету и подалась вперёд.
- Потому что вы - ключ. Вы - Автор. Вы переписали код реальности. Вы говорили с Отцом. Вы прошли Суд. Кейн боится вас - и поэтому он пытается уничтожить вас. Если мы защитим вас, мы сможем разоблачить его. И, может быть, впервые за двадцать лет у нас появится шанс на победу.
- Но Кейн контролирует терминалы. Он связался с кем-то в космосе - возможно, с Сеятелями. Мы перехватили сигнал.
Сибил нахмурилась.
- Сеятели? Вы уверены?
- Да. Эхо оставило послание в Хроники. Оно пытается связаться с теми Создателями, которые хотели уничтожить Землю. Если они ответят...
- Это будет конец, - закончила Сибил. - Не только для нас. Для всего человечества.
В комнате повисла тишина. Анна слышала, как дождь стучит по крыше, как поезда гудят на вокзале Корнавен, как Александр дышит у неё за спиной - ровно, спокойно, как метроном.