Анатолий Шигапов – Тридцать Три Дня (Пробуждение/Испытание/Наследие) (страница 36)

- Во всём.

Кейн обвёл взглядом собравшихся.

- Хорошо. Тогда слушайте мой план. «Орион» больше не будет тайной организацией. Слишком многое изменилось. Слишком многие знают. Мы выходим из тени - постепенно, осторожно, но выходим. Мы создаём новый институт - Институт Хроники, - который займётся изучением наследия Создателей. Анна Новак станет его научным директором. Александр Волков - главой службы безопасности. Остальные - если захотят - присоединятся.

- А вы? - спросила Анна.

- Я останусь директором «Ориона» - на время переходного периода. А потом... посмотрим.

Он обвёл их взглядом.

- Мы стоим на пороге новой эры. Того, что мы узнали за эти дни, хватит на столетия исследований. Но главное - не знания. Главное - то, что мы доказали. Что человечество - не ошибка. Что мы имеем право быть. Что свобода, любовь и выбор - это не баги системы, а её основа. И теперь наша задача - построить мир, достойный этого знания.

Он замолчал. В зале было тихо.

- Вопросы? - спросил он.

Вопросов не было.

Все понимали: начинается новая глава.

Вечером Анна стояла на том же балконе, что и прошлой ночью, но теперь всё было иначе.

Солнце клонилось к закату - обычному, золотому, без алых отсветов. Океан был спокоен. В небе не было ни терминалов, ни порталов, ни черновиков чужой реальности. Только облака, окрашенные розовым и оранжевым. Только ветер, пахнущий солью. Только мир - настоящий, живой, спасённый.

Александр стоял рядом. Их руки соприкасались - легко, почти случайно.

- О чём вы думаете? - спросил он.

- О будущем. О том, что теперь всё будет по-другому.

- Вы уже говорили это.

- Потому что это правда. Я больше не та Анна, которая читала лекции пустому залу. Я видела сотворение мира. Я говорила с тем, кто создал Создателей. Я переписывала реальность. После такого невозможно остаться прежней.

- Вы жалеете?

- Нет. Ни на секунду.

Она повернулась к нему.

- А вы? Вы жалеете о сделке, которую заключили в Сирии?

Он долго молчал, глядя на закат.

- Нет, - сказал он наконец. - Потому что без неё я бы умер тогда - бессмысленно, в песках, за дело, в которое не верил. А так - я встретил вас. Я увидел Город. Я держал вас за руку, когда вы переписывали код. Я был частью чего-то большего, чем я сам. Это стоит всего.

Анна взяла его за руку.

- Знаете, что сказал Отец, когда я закончила писать?

- Что?

- Он сказал: «Ты - не ошибка. Ты - цель». Но я думаю, он ошибался. Не только я. Все мы. Вы, я, Мари, Хидэо, Эрик, даже Кейн. Мы все - цель. Каждый человек. Каждая жизнь. Потому что свобода - это не одиночество. Это связь. Это когда ты выбираешь другого. Когда ты держишь его за руку и говоришь: «Я с тобой».

Он сжал её пальцы.

- Я с вами, - сказал он.

- Я знаю.

Солнце опустилось за горизонт. Первые звёзды зажглись в темнеющем небе - Вега, Сириус, далёкие галактики. Где-то там, за миллионы световых лет, всё ещё плыли в пустоте корабли Создателей. Где-то там, в центре Галактики, просыпались Инспекторы. Где-то там, за пределами известного, ждали новые миры и новые испытания.

Но это будет потом.

А сейчас - здесь и сейчас - двое людей стояли на балконе над океаном и смотрели в небо. Двое, прошедших через ад и вернувшихся. Двое, спасших мир. Двое, которые нашли друг друга.

Завтра начнётся новый день.

Завтра они начнут строить будущее.

Но сегодня - сегодня они просто были вместе. И этого было достаточно.

ГЛАВА 11. «ПРИКАЗ»

Утро третьего дня после возвращения с Луны началось с тишины.

Анна проснулась в своей комнате на базе Гуама и несколько минут лежала неподвижно, глядя в потолок. Тишина была странной - не тревожной, не давящей, а какой-то... новой. Как будто мир, который она знала тридцать шесть лет, исчез, а на его месте возник другой - похожий, но иной. Как будто кто-то перенастроил все звуки, все краски, все ощущения, сделав их чуть более яркими, чуть более глубокими.

Она села на кровати. За окном - настоящим окном, не экраном - поднималось солнце. Обычное, жёлтое, тёплое. Никаких алых отсветов. Никаких багровых туч. Просто рассвет над Тихим океаном.

Она поднесла руку к лицу и посмотрела на свои пальцы. Они были теми же, что и всегда, - длинными, тонкими, с обручальным кольцом, которое она так и не сняла после смерти мужа. Но ей казалось, что она видит их иначе. Как будто под кожей, под мышцами, под костями пульсировал свет - тот самый, голубоватый, который она видела в Зале Хроник.

Свет Отца.

Свет творения.

Она сжала кулак, и ощущение исчезло.

В дверь постучали.

- Анна? - голос Александра. - Вы готовы?

- К чему?

- Кейн собирает совещание через час. Что-то важное.

- Что-то всегда важное.

- На этот раз - особенно.

Она быстро привела себя в порядок и вышла в коридор. Александр ждал её - всё такой же прямой, подтянутый, но Анна заметила перемену в его лице. Морщина между бровей стала глубже. Взгляд - напряжённее.

- Что случилось? - спросила она.

- Не здесь. Идём.

Он взял её за локоть и повёл по коридору - не в конференц-зал, а в маленькую переговорную, где они были одни.

- Вчера вечером Кейн получил сообщение, - сказал он, закрыв дверь. - Не от «Ориона». Не от правительств. От... них.

- От кого «них»?

- От Создателей.

Анна почувствовала, как сердце пропустило удар.

- Они мертвы. Они погибли миллионы лет назад. Отец сказал мне это. Он сказал, что их цивилизация уничтожена.

- Похоже, не вся.

Он достал планшет и показал ей экран. Там было сообщение - короткое, всего несколько строк, написанных на языке, который Анна узнала мгновенно. Тот самый язык творения, который она расшифровывала в лаборатории, который она переписывала в Зале Хроник.

«Вы изменили код. Вы остановили "Адам". Вы доказали, что достойны. Теперь вы должны ответить за это. Три дня. Три корабля. Три посланника. Они придут и будут судить вас. Готовьтесь».

- Три дня, - прошептала Анна. - Когда это было отправлено?

- Вчера в двадцать два ноль-ноль по Гринвичу. У нас осталось меньше двух суток.