Анатолий Шигапов – ОСКОЛКИ Три оборота - один круг (страница 10)

- Я знаю, - сказала Анна. - Он хочет, чтобы мы привели его к Третьему колодцу.

- И что мы будем делать?

- Мы пойдём к колодцу, - сказала Анна. - Но не для того, чтобы привести его. А для того, чтобы получить силу, которая нужна, чтобы его уничтожить.

Она посмотрела на свои руки. На руну, которая почти погасла. На пустой палец.

- Идём, - сказала она. - Нас ждёт дорога.

Они пошли в руины Института.

Впереди было самое трудное.

Глава 8. Возвращение в разрушенный Институт

Институт был мёртв.

Анна стояла посреди того, что когда-то было главным двором, и не могла поверить своим глазам. Вокруг неё простирались руины - груды битого стекла, обломки колонн, разбитые стены. Там, где раньше возвышались шпили башен, теперь зияли пустоты. Там, где когда-то звенели голоса девочек, теперь стояла тишина. Мёртвая, тяжёлая, давящая.

- Нет, - прошептала Анна. - Нет, нет, нет.

Она побежала вперёд, спотыкаясь об осколки, не чувствуя боли. Сергей остался у портала, не в силах идти дальше. Он смотрел на неё с болью, но ничего не говорил. Что можно сказать, когда весь твой мир рухнул?

Анна узнавала это место. Вот здесь была колокольня - теперь от неё осталась только половина, и колокол валялся на земле, расколотый надвое. Вот здесь стояла статуя основательницы Института - теперь от неё остались только ноги и кусок постамента. Вот здесь был фонтан, где они с Мирандой сидели летними вечерами - фонтан был разрушен, вода застыла ледяной коркой.

- Нет, - повторила Анна, падая на колени.

Она закрыла лицо руками. Слёзы текли сквозь пальцы. Она не плакала даже когда Миранда умерла. Тогда внутри была только пустота и жажда мести. Но сейчас пустота заполнилась горем - тяжёлым, вязким, как смола.

Сергей подошёл и положил культю ей на плечо.

- Анна, - сказал он тихо. - Мы должны идти.

- Куда? - спросила она, не поднимая головы. - Куда нам идти? Институт разрушен. Тигран в плену. Девочки... где девочки?

- Мы найдём их, - сказал Сергей. - Живых или мёртвых.

Анна подняла голову. Глаза её были красными, но в них снова горел огонь.

- Ты прав, - сказала она. - Мы должны идти.

Она встала и вытерла слёзы.

Они пошли в главное здание.

То, что когда-то было величественным входом, теперь превратилось в груду стекла и камней. Анна пролезла через пролом в стене и оказалась в главном зале.

Зал был неузнаваем. Потолок обрушился, и сквозь дыру было видно серое небо. Пол был покрыт слоем битого стекла, которое хрустело под ногами, как снег. Вдоль стен стояли разбитые витрины - те самые, в которых Аристарх держал Стеклянных детей. Теперь они были пусты.

- Здесь была битва, - сказал Сергей. - Я вижу следы магии.

- Я знаю, - сказала Анна. - Я чувствую.

Она прошла вперёд и остановилась у лестницы. Лестница обвалилась, и ступени торчали в разные стороны, как сломанные зубы. Анна вспомнила, как бегала по этой лестнице с Мирандой, как они смеялись, как строили планы на будущее. Теперь Миранды не было. И лестницы тоже.

- Смотри, - сказал Сергей, показывая культёй на стену.

На стене была вырезана надпись. Стеклянные буквы светились тусклым красным светом, и от них исходил холод - тот самый, пустотный, который Анна узнала бы из тысячи.

«Ты опоздала, внучка. Все, кого ты любила, теперь мои. Приходи домой. Я жду».

Анна сжала кулак. Руна на ладони засветилась - тускло, но зло.

- Он издевается, - сказала она.

- Он хочет, чтобы ты вернулась, - сказал Сергей. - Не дай ему.

- Не дам.

Она подошла к стене и коснулась букв. Они были холодными, как лёд, и в их глубине что-то мерцало - тени или отражения, или чьи-то лица.

- Я вернусь, - сказала Анна. - Но не сейчас.

Они пошли дальше.

Коридоры были завалены обломками. Анна пробиралась между грудами стекла, узнавая знакомые двери. Вот здесь была комната Миранды - дверь сорвана с петель, внутри всё разбито. Вот здесь - библиотека - стеллажи повалены, книги разорваны в клочья. Вот здесь - столовая - столы перевёрнуты, посуда разбита.

Анна шла и считала тела.

Первое тело она нашла в коридоре у лестницы - девочка лет двенадцати, с тёмными волосами, застывшая в стекле. Анна узнала её. Это была Катя - не та Катя, её подруга из интерната, а другая, младшая, которая любила читать книги о драконах.

- Прости, - прошептала Анна. - Прости, что не смогла тебя защитить.

Второе тело она нашла в библиотеке - девочка лет десяти, рыжая, с веснушками. Она лежала на полу, прижимая к груди разорванную книгу. Её глаза были открыты, но ничего не видели.

Третье - в столовой, за перевёрнутым столом. Четвёртое - в подвале, куда Анна спустилась в надежде найти выживших. Пятое - в часовне, у алтаря.

Анна перестала считать. Каждое новое тело было ножом в сердце.

- Сколько их? - спросил Сергей.

- Половина, - сказала Анна. - Может быть, больше.

- А остальные?

- Стали Стеклянными, - сказала Анна. - Аристарх забрал их во дворец.

- Мы освободим их, - сказал Сергей. - Когда вернёмся.

- Когда вернёмся, - повторила Анна.

Они вышли во двор.

Там, на месте бывшего плаца, стояло нечто. Стеклянный кол - высокий, острый, в человеческий рост. На нём была насажена голова.

Директриса Мор.

Анна узнала её - седые волосы, строгие черты лица, закрытые глаза. Даже в смерти она выглядела величественно. Но на её лице застыла гримаса боли - искажённая, страшная.

- Нет, - прошептала Анна.

Она подошла к колу. Голова директрисы смотрела прямо на неё. Из шеи сочилась застывшая кровь, смешанная со стеклянной пылью.

- Она была хорошим человеком, - сказал Сергей. - Аристарх говорил, что она пыталась защитить Институт. Он говорил, что она сражалась до конца.

- Она и была хорошим человеком, - сказала Анна. - Она дала мне дом, когда у меня ничего не было. Она верила в меня, когда я сама в себя не верила. И теперь она мертва.

Анна опустилась на колени. Она не плакала - слёзы кончились. Осталась только пустота и злость.

- Я убью его, - сказала она. - Клянусь.

- Не убивай, - сказал Сергей. - Живи.

- Я не могу жить, пока он жив.

- Тогда умрёшь.

- Я не боюсь смерти.