Анатолий Шигапов – Наследие (страница 6)

- Хранители знали об Инспекторах, - сказала Анна, когда все расселись. - Они не сказали нам. Они скрывали это с самого начала. Они надеялись, что передача Хроники пройдёт незаметно. Но они ошиблись.

«Мы не ошибались, - раздался голос. Хранитель, тот самый, с которым Анна говорила во время Суда, появился в виде золотой проекции в центре зала. - Мы знали, что Инспекторы узнают. Мы знали это с самого начала. Мы надеялись, что у нас будет больше времени. Тысяча лет. Может быть, десять тысяч. Достаточно, чтобы человечество освоило Хронику и доказало, что достойно её. Но Инспекторы отреагировали быстрее, чем мы ожидали. Гораздо быстрее».

- Почему вы не сказали нам? - спросила Анна. В её голосе звучал гнев - холодный, контролируемый, но гнев. - Мы доверяли вам. Мы заключили с вами мир. Мы считали вас союзниками. Мы вместе прошли через Суд, через войну с Сеятелями, через всё. И всё это время вы скрывали от нас правду.

«Потому что мы боялись. Если бы вы знали, что Инспекторы могут прийти в любой момент, вы бы действовали иначе. Вы бы готовились к войне, а не к миру. Вы бы не заключили союз с Сеятелями - вы бы уничтожили их. Вы бы не встретились с Наблюдателями - вы бы спрятались от них. Вы бы жили в страхе. А страх - это то, что погубило нас. Страх перед Инспекторами заставил нас лгать, манипулировать, скрывать. Страх превратил нас в тех, кем мы стали. Мы не хотели, чтобы он погубил вас».

- И что теперь? - спросил Александр. Его голограмма колыхнулась. - Как нам подготовиться к визиту Инспектора? Какие у них критерии? Что они будут оценивать? Как они принимают решение?

«Мы не знаем точно. Инспекторы никогда не раскрывают свои критерии. Они просто... смотрят. Наблюдают. Оценивают. Мы знаем только, что они ценят стабильность - способность цивилизации существовать, не разрушая себя. Они ценят ответственность - готовность ограничивать себя, не злоупотреблять силой. Они ценят уважение к Принципу Недеяния - отказ от вмешательства в дела других миров. Если вы покажете, что используете Хронику мудро - не для агрессии, не для порабощения, а для созидания, - у вас будет шанс».

- Шанс? - переспросила Мари. - Не гарантия?

«Гарантий нет. Инспекторы непредсказуемы. Они могут решить, что вы достойны, даже если вы нарушили какие-то формальности. Или могут решить, что вы недостойны, даже если вы всё делали правильно. Мы не знаем. Мы никогда не понимали их до конца. Никто не понимает».

- Значит, мы должны просто... быть собой? - спросила Анна. - Показать им, кто мы?

«Да. Это ваш единственный шанс. Не пытайтесь обмануть их. Не пытайтесь казаться лучше, чем вы есть. Они видят всё. Они знают всё. Будьте собой. Со всеми недостатками. Со всеми ошибками. Со всей своей человечностью. Это то, что впечатлило нас когда-то. Может быть, это впечатление и их».

В зале повисла тишина. Анна думала о том, что сказал Хранитель. «Будьте собой». Это звучало просто. Но она знала, что это самое трудное.

- Хорошо, - сказала она. - Мы будем готовиться. Не к войне. К демонстрации. Мы покажем Инспектору, кто мы такие. Через тридцать три дня.

- Если он не прибудет раньше, - добавил Ари.

- Если он прибудет раньше, мы встретим его раньше.

После совещания Анна поднялась на свой балкон. Была уже ночь - глубокая, звёздная. Луна-2 висела в небе, как серебряный страж. Где-то там, в центре Галактики, где звёзды были так плотно сбиты, что ночь никогда не наступала, Инспектор уже был в пути. Может быть, он уже достиг окраин Солнечной системы. Может быть, он уже наблюдал за ними.

Александр появился рядом - голограмма, серебристый силуэт. Он не мог быть здесь физически, но его присутствие всё равно успокаивало. Анна чувствовала его тепло - или, может быть, это было просто воображение. Но ей было всё равно.

- Ты не спишь, - сказал он.

- Не могу. Слишком много мыслей. Они крутятся в голове, как бесконечная карусель.

- О чём?

- О Мише. О тебе. Об Орионе. Об Эрике. Если Инспектор отзовёт Хронику, вы все исчезнете. Не просто умрёте - будете стёрты. Как будто вас никогда не было. Я не могу этого допустить. Я не могу потерять вас снова.

- Ты не должна думать об этом. Думай о том, что ты можешь сделать. О том, как убедить Инспектора.

- А если я не смогу?

- Сможешь. Ты всегда можешь.

- Ты так уверен?

- Я верю в тебя. Это не одно и то же, но близко. Ты - Анна Новак. Ты изменила реальность. Ты остановила коррекцию. Ты прошла Суд. Ты заключила мир с Сеятелями. Ты сделала невозможное десятки раз. И ты сделаешь это снова. Не потому, что ты сильная. Потому что ты не одна. У тебя есть мы. Все мы.

Она повернулась к нему. Его серебристая форма колыхалась на ветру - или это было просто игрой света.

- Я люблю тебя, - сказала она.

- Я знаю. И я тебя. Всегда.

На следующее утро Анна собрала расширенный Совет. Присутствовали все: двенадцать представителей, Хранители, Арес и Танатос, вся команда Института. Она зачитала расшифровку сигнала - слово в слово. Когда она закончила, в зале было тихо.

Первым заговорил представитель США, сенатор Митчелл. Его лицо было красным - то ли от гнева, то ли от страха.

- Значит, нас снова будут судить? После всего, что мы прошли? После Суда Создателей, после Испытаний Инквизиторов, после войны с Сеятелями, после всего?

- Не судить, - поправила Анна. - Оценивать. Это другое. Суд предполагает вину. Оценка - нет. Инспектор не считает нас виновными. Он просто хочет убедиться, что передача Хроники была оправданной.

- Какая разница? - Митчелл встал. - Исход тот же: либо мы достойны, либо нас стирают. Это не оценка. Это ультиматум. Это шантаж.

- Разница в том, что на суде нужно защищаться. А при оценке - демонстрировать. Мы не должны оправдываться. Мы должны показывать.

- И как мы можем его убедить? - спросила представительница Франции, мадам Дюбуа. Её голос был спокойнее, но в нём звучала тревога.

- Не знаю, - честно ответила Анна. - Хранители говорят, что Инспекторы никогда не раскрывают свои критерии. Они просто смотрят и решают. Но я знаю, чего мы не должны делать. Мы не должны атаковать. Любая агрессия - даже оборонительная - докажет, что мы недостойны. Мы не должны пытаться обмануть их. Они видят всё. Мы должны быть собой.

- И этого достаточно? - спросил представитель Китая, господин Чжоу. - Просто быть собой?

- Для Хранителей этого было достаточно. Для Инквизиторов - тоже. Может быть, для Инспекторов тоже будет достаточно.

- А если нет?

- Тогда я сделаю всё, чтобы защитить тех, кого люблю. Даже если для этого придётся нарушить все правила.

Совет обсуждал это несколько часов. Спорили, кричали, предлагали варианты. Кто-то требовал готовить оружие - на всякий случай. Кто-то предлагал отправить делегацию навстречу Инспектору. Кто-то хотел спрятаться, эвакуироваться на Марс, в Новый Рассвет. Но Анна настояла на своём: никакой агрессии. Никакого страха. Только правда.

После заседания к ней подошёл Матео.

- Ты действительно веришь, что мы сможем убедить Инспектора? Просто будучи собой?

- Я верю, что у нас нет другого выбора. И я верю в людей. Мы прошли через всё это. Мы изменились. Стали лучше. Если Инспектор действительно видит всё, он увидит и это.

- А если нет?

- Тогда я сделаю всё, чтобы защитить тех, кого люблю. Даже если для этого придётся нарушить все правила.

Ночью Анна снова вошла в Хронику. Она хотела поговорить с Александром, с Мишей, с Орионом - со всеми, кто был частью системы. С теми, кто мог исчезнуть через месяц.

Зал Хроник был полон. Миша, всё ещё мальчик, стоял рядом с Саркофагом. Эрик, с его вечной ухмылкой, сидел на краю одной из колонн. Орион, в своей новой золотой форме, парил в воздухе. Протокол - строгий, официальный - стоял навытяжку. И Александр - настоящий, молодой, улыбающийся - ждал её.

«Мама!» - Миша бросился к ней.

- Миша. - Она обняла его - вернее, попыталась. Её руки прошли сквозь него, но она чувствовала его тепло. - Ты знаешь о сигнале?

«Да. Эрик расшифровал его. Мы все знаем. Мы знаем, что Инспектор может отозвать Хронику. Мы знаем, что тогда мы исчезнем».

- Вы боитесь?

«Немного. Но я верю в тебя. Ты всегда нас спасала. Ты спасла меня, когда я умер. Ты дала мне вторую жизнь - здесь, в Хронике. Если это конец... я не жалею. Я был счастлив здесь. Я был с тобой».

Анна почувствовала, как слёзы текут по её щекам.

- Я не дам вам исчезнуть. Я найду способ. Я всегда нахожу.

«Я знаю. Ты - моя мама. Ты - Автор. Ты можешь всё».

Орион подплыл ближе. Его золотая форма сияла мягким светом.

«Анна. Если Инспектор отзовёт Хронику... мы все исчезнем. Но я не боюсь. Я уже умирал однажды - когда Великий Разлом уничтожил мой мир. Я знаю, что это такое. И я знаю, что после смерти есть что-то ещё. Что-то, что ждёт нас. Я видел это, когда был на грани».

- Я не хочу, чтобы ты умирал снова. Ты только что обрёл покой. Ты заслужил его.

«Я обрёл покой благодаря тебе. И я благодарен за каждую секунду этого покоя. Если он закончится - значит, так тому и быть. Я не жалею».

Эрик спрыгнул с колонны и подошёл к ней.

«Анна. Помнишь, что я сказал тебе, когда стал частью системы? Я сказал: «Не бойся. Это прекрасно». Я не соврал. Быть частью Хроники - это прекрасно. Но даже если это закончится - я не жалею. Я прожил хорошую жизнь. Я помог спасти мир. У меня были друзья. У меня была цель. О чём ещё можно мечтать?»