Анатолий Шигапов – МАЗУРСКИЙ КОРИДОР 2.0. (страница 6)

– Молодец. – Боровский кивнул с одобрением. – Пусть знают, кто здесь хозяин. А если возмущаются?

– Бывает. Пару раз пытались бунтовать. Мы быстро успокоили. Троих пришлось… ну, вы понимаете.

– Понимаю. – Боровский встал, подошёл к окну. – Страх – великая сила. Люди должны бояться нас больше, чем голода. Тогда они будут слушаться.

За окном моросил дождь. По улице, прижимаясь к стенам, брели редкие прохожие – сгорбленные, в обносках, с пустыми сумками. Один из них остановился у входа в торговый центр, посмотрел на вывеску «Пункт выдачи продуктов» и перекрестился. Потом, словно решившись, шагнул внутрь.

Боровский усмехнулся:

– Видишь? Идут. И будут идти, пока есть нужда. А нужда у них теперь всегда.

– Шеф, – осторожно заметил Шкаф, – но многие ропщут. Говорят, что у Горелова продукты дешевле, и вообще он порядок наводит.

– Горелов? – Боровский скривился. – Этот старый дурак думает, что можно кормить всех даром. Посмотрим, как у него хватит запасов до зимы. А мы будем богатеть.

В дверь постучали. Вошёл один из охранников:

– Шеф, там человек пришёл. Говорит, от тех, из Польши. Ян его зовут.

– Пусть войдёт.

Ян вошёл уверенно, как к себе домой. Он был всё так же невзрачен – невысокий, в сером плаще, с аккуратным пробором и холодными глазами. Но каждый его визит приносил важные новости.

– Господин Боровский, – начал он без предисловий, – у нас проблемы. Зорин готовит экспедицию в Польшу. В Мазурию. Там, где предположительно находится генератор купола.

– Экспедицию? – Боровский нахмурился. – Зачем?

– Учёные считают, что там могут быть ключи к управлению куполом. Если они найдут способ его отключить, то Москва сможет войти в город. Ваши планы рухнут.

Боровский задумался. Этого нельзя было допустить.

– Что ты предлагаешь?

– Надо помешать. У меня есть люди, которые могут перехватить экспедицию. Но мне нужна ваша поддержка – оружие, бойцы, прикрытие.

– Получишь. – Боровский повернулся к Шкафу. – Выдели Яну десяток самых лучших. И оружие дай, какое попросит.

– Сделаем, шеф.

Ян кивнул и вышел. Боровский снова уставился в окно.

– Шеф, – спросил Шкаф, – а что, если они всё-таки найдут этот ключ?

– Не найдут. – Боровский усмехнулся. – Или найдут, но будет поздно. Я уже договорился с европейцами. Как только купол падёт, они войдут в город и признают меня законной властью. А Зорина с его ополчением… ну, сами понимаете.

– Понимаю, шеф.

Внизу, в пункте выдачи продуктов, уже выстроилась очередь. Люди стояли под дождём, мёрзли, но терпели – другого выхода не было. Мужчина в потрёпанной куртке, тот самый, что крестился у входа, протянул продавцу последние деньги:

– Буханку хлеба, пожалуйста.

Продавец, здоровенный парень с нашивкой Боровского, взял деньги, отсчитал сдачу – жалкие крошки – и кивнул:

– Проходи.

Мужчина взял хлеб, прижал к груди и быстро вышел. На улице его ждала женщина с ребёнком.

– Ну что? – спросила она с надеждой.

– Есть, – ответил он. – Пойдём быстрее, пока не отобрали.

Они ушли, растворившись в серой мгле. А очередь всё тянулась, и люди смотрели на вывеску с ненавистью и страхом.

Отряд, который Шкаф выделил Яну, собирался в подвальном помещении торгового центра. Десять человек – бывшие уголовники, наёмники, отморозки, которым было всё равно, кого убивать, лишь бы платили. Ян осмотрел их холодным взглядом, остался доволен.

– Слушайте сюда, – начал он, разворачивая на столе карту. – Группа Зорина выступит завтра на рассвете. Пойдут на юг, к границе с Польшей. Наша задача – перехватить их до того, как они войдут в купол.

– А если они уже войдут? – спросил один из бандитов, коренастый детина со шрамом через всю щёку.

– Тогда будем ждать снаружи. Рано или поздно они вернутся. И мы встретим их.

– Оружие? – поинтересовался другой.

– Автоматы, гранаты, патронов побольше. И снайперская винтовка – на всякий случай.

Ян говорил спокойно, деловито, будто планировал рядовую операцию. На самом деле он понимал: если экспедиция Зорина добудет информацию о куполе, планы Боровского и его европейских хозяев могут рухнуть. Этого нельзя было допустить.

Пока бандиты готовились, наверху, в кабинете Боровского, происходил другой разговор. К нему привели делегацию от жителей окрестных домов – троих стариков, осмелившихся просить о снижении цен на продукты.

– Пан Боровский, – начал самый старый, с трясущейся головой, – люди голодают. Ваши цены… это же грабёж. Мы не можем столько платить.

Боровский сидел в кресле, лениво поигрывая авторучкой. Он даже не взглянул на говорившего.

– Не нравятся цены – не покупайте, – равнодушно бросил он.

– Но у нас дети, внуки… Им есть надо.

– А мне какое дело? – Боровский наконец поднял глаза. – Я вам ничего не должен. Хотите есть – работайте на меня. Хотите работать – получайте продукты по льготным ценам. А если будете бузить – пеняйте на себя.

Старики переглянулись. Один из них, помоложе, шагнул вперёд:

– Мы слышали, у Горелова продукты дешевле. Может, нам туда податься?

Боровский усмехнулся, кивнул Шкафу. Тот молча подошёл к дерзкому, схватил за шиворот и выволок в коридор. Через минуту оттуда донёсся глухой удар и сдавленный крик.

– Ещё вопросы? – спросил Боровский, глядя на оставшихся двух стариков.

Те молча попятились и вышли.

Боровский довольно откинулся в кресле. Страх работал лучше любых уговоров.

Вечером того же дня в лагере Зорина царило оживление. Последние приготовления к экспедиции завершались. Руслан проверял снаряжение, Рабинович укладывал приборы, Ковальский перебирал документы. Алиса сидела у костра, перелистывая потрёпанный блокнот с записями отца.

– Не спится? – подошёл Зорин, присаживаясь рядом.

– Думаю, – ответила она. – О папе. О том, что он сказал бы, если бы видел меня сейчас.

– Сказал бы, что гордится.

– Думаете? – Она подняла на него глаза.

– Знаю. – Зорин обнял её за плечи. – Твой отец был смелым человеком. И ты в него пошла.

Из темноты появился Руслан:

– Командир, всё готово. Завтра на рассвете выступаем.

– Хорошо. – Зорин встал. – Я провожу вас до границы. Дальше – сами.

– Справимся, – уверенно сказал Руслан.

Ночь опустилась на лагерь. Люди спали, готовясь к трудному дню. Но никто не знал, что в темноте, за холмами, уже затаился отряд Яна, готовый нанести удар.

Ночь в штабе Боровского выдалась беспокойной. Ян увёл свой отряд на позиции, Шкаф проверял посты, а сам Боровский сидел в кабинете, изучая донесения разведки. Его люди работали по всему городу, собирая информацию о передвижениях отрядов Горелова, о настроениях в общинах, о планах Зорина.

На столе лежала карта, испещрённая пометками. Красные флажки – позиции его людей, синие – ополченцев. Синих становилось всё больше, и это тревожило.

– Шеф, – в кабинет заглянул Шкаф, – там ещё делегация пришла. Из литовской общины. Говорят, хотят договориться.