Анатолий Шигапов – Лжеюристы Паутина на острие права 7.0. (страница 3)
- Закажи такси в Правдинский район, ориентир - посёлок, где живёт ветеран с ампутацией. Деньги из моих. И проверь контору «Гарант» по базам. Быстро.
Лена кивнула и вышла. Топольский остался ждать. Он смотрел на стену, где висела диплом МГЮА, и думал о том, как странно устроен мир. Он учился шесть лет, чтобы помогать людям. А кто-то учился несколько недель - или вообще не учился - чтобы их обманывать. И этот кто-то зарабатывал больше. Гораздо больше.
Через час с небольшим в дверь постучали. Лена открыла, и в кабинет вошёл мужчина лет сорока, крепкий, с широкими плечами, но с костылями вместо левой ноги. Он двигался тяжело, но уверенно - видно было, что привык уже. Протеза пока не было, только культя, обёрнутая в специальный бандаж.
- Дмитрий Савельев, - представился он и протянул руку.
Топольский встал, пожал ладонь. Рукопожатие было сильным, даже слишком. Такие бывают у людей, которые боятся показать слабость.
- Садитесь, Дмитрий Николаевич. В ногах правды нет, тем более у вас с правдой особый разговор.
Савельев усмехнулся, опустился на стул, костыли прислонил к стене.
- Вы, я смотрю, с юмором. Это хорошо.
- Это единственное, что спасает в этой работе. Рассказывайте.
Савельев откинулся на спинку, положил руки на стол. Ладони были в мозолях - явно не офисный работник.
- Я из Правдинского района, работал водителем на молокозаводе. В 2023 году получил повестку, прошёл медкомиссию, признали годным к строевой. Воевал, был водителем-механиком БМП. В ноябре прошлого года - наезд на мину. Меня контузило, осколком перебило ногу. Врачи боролись неделю, но спасти не смогли - началась гангрена, ампутировали выше колена.
- Документы о ранении есть?
- Вот. - Савельев достал из потрёпанного рюкзака папку. - Справка по форме 1, выписка, заключение ВВК, удостоверение ветерана, справка МСЭ.
Топольский взял документы, просмотрел бегло. Всё в порядке. Печати, подписи, регистрационные номера. Юридически чисто.
- И зачем вам была нужна контора?
- А вот это самое обидное, - Савельев покачал головой. - Я после госпиталя жил у матери, она старенькая, сама еле ходит. Соседка сказала, что есть юристы, которые помогают оформлять выплаты быстро. «Гарант» называется. Сайт красивый, обещают до 7 миллионов, работают по всей России, первая консультация бесплатно.
- Вы звонили?
- Звонил. Приехал к ним в офис. Там девушка-менеджер встретила, кофе предложила. Пришёл юрист, молодой парень, в костюме. Посмотрел мои документы, покачал головой и говорит: «Сложное дело, Дмитрий Николаевич. Военкомат будет тянуть, найдут формальные причины отказа. Но у нас есть опыт, мы работаем с военкоматами не первый год. За процент оформим всё в лучшем виде».
- Какой процент?
- Сказали, берут 15% от суммы выплаты, но предоплата - 150 тысяч за открытие дела. Остальное после получения денег. Я и согласился. Взял кредит, отдал им 150 тысяч. Договор подписал, квитанцию получил.
Топольский нахмурился.
- Договор у вас с собой?
- Да. - Савельев протянул ксерокопию. - Оригинал они забрали, сказали, нужен для дела.
Топольский развернул листы. Всё та же канцелярская штамповка. Те же формулировки, та же неразборчивая подпись. Только название другое - «Гарант».
- Что было потом?
- Неделю ничего не было. Я звонил, мне отвечали: «Дело в работе, скоро перезвоним». Перезванивали, говорили, что военкомат тормозит. Через месяц перестали брать трубку. Я приехал в офис - там уже другая контора сидит, мебель вывезли. Девушка-администратор сказала, что «Гарант» съехал, аренду не платил два месяца.
- Дмитрий Николаевич, вы знали, что выплаты в 5 миллионов за тяжёлое ранение положены по закону без всяких юристов?
Савельев опустил глаза.
- Честно? Нет. Я думал, там заявлений десять, комиссий, всего. Думал, что сами не пробиться. А тут пришёл человек, уверенный, в галстуке. У нас в посёлке таких уважают.
Топольский взял ручку и быстро написал на листе бумаги несколько строк.
- Вот, смотрите. Федеральный закон «О страховых выплатах военнослужащим». Статья 4. При наступлении страхового случая - ранение, приведшее к инвалидности - выплачивается 5 000 000 рублей. Статья 6. Заявление подаётся через военкомат или напрямую в страховую компанию. Срок рассмотрения - тридцать дней. Никакого юридического сопровождения законом не требуется.
Он развернул лист к Савельеву.
- То есть эти люди взяли с вас 150 тысяч за то, что вы могли сделать сами за полчаса, заполнив одно заявление.
Савельев молчал. Челюсти его сжались, на скулах заходили желваки.
- Я… я не знал, - тихо сказал он. - Я реально не знал.
- В том и суть обмана, Дмитрий Николаевич. Если бы вы знали, вы бы им не заплатили. Они используют незнание закона, страх перед бюрократией и надежду на чудо. Но чудес не бывает. Бывает закон. И закон на вашей стороне.
Савельев поднял голову, в глазах стояли слёзы - сухие, мужские, не пролитые.
- А можно их наказать? - спросил он с такой злостью, что Топольский на секунду оторопел.
- Можно. Я подготовлю иск о недействительности договора и взыскании аванса. Также мы можем заявить о моральном вреде - вы инвалид, остались без ноги, а вас ещё и обманули. Это добавит сумму.
- Мне не деньги нужны, Аркадий Сергеевич. Точнее, деньги тоже, потому что долг за кредит висит. Но главное - чтобы они ответили. Чтобы другие не попались.
Топольский кивнул. Таких клиентов он уважал.
- Заявление в полицию тоже напишем. По статье 159 - мошенничество. Сумма немаленькая, 150 тысяч - это значительный ущерб. Если таких пострадавших наберётся несколько, дело переквалифицируют на особо крупный размер.
- А вы сами… - Савельев запнулся, - сколько возьмёте?
- Бесплатно.
- Почему?
Топольский улыбнулся.
- Потому что я могу. Потому что у меня есть практика, есть офис, есть помощники. Вы потеряли ногу, защищая страну, в которой я живу. Считать с вас деньги - это как украсть у себя самого. Так что не волнуйтесь.
Савельев хотел что-то сказать, но не смог. Только протянул руку и снова пожал ладонь Топольского - медленно, сильно, благодарно.
- Вы будете получать свои выплаты, - сказал Топольский. - Я помогу с заявлением. Но прежде чем подавать, нужно решить вопрос с конторой. Чтобы они не ушли от ответственности.
- Что я должен делать?
- Пока - ничего. Оставьте мне копии документов, напишите объяснительную. Я сам подам все заявления. Если полиция вызовет - расскажете правду. Ничего не выдумывая, ничего не утаивая.
Савельев кивнул. Топольский помог ему встать, подал костыли.
- Я вам позвоню, - сказал адвокат. - Держитесь.
- Держусь, - ответил ветеран и вышел.
Лена заглянула в кабинет.
- Тяжело с ним?
- Тяжело. Но знаешь, что самое страшное? Он ещё легко отделался. Некоторые отдают последние деньги, а потом не могут купить лекарства. Некоторые верят, что юрист «решит вопрос», и упускают сроки подачи заявлений. А есть такие, кто уже умер, не дождавшись.
- Куда он поехал?
- Домой. В Правдинский район. Живёт с матерью, без протеза.
- Бедный человек.
- Не бедный, Лена. Он богатый. У него есть честь. А у тех, кто его обманул, её нет.
Топольский вернулся к столу, открыл папку «Гарант» - новую, только что заведённую Леной. В ней лежали первые выписки: директор - тот же Васильев, что и у «Правового щита». Совпадение? Вряд ли.
- Так, - сказал он вслух. - У нас уже две конторы, один директор. Завтра едем в налоговую - смотреть цепочки регистрации.
Он взял чистый лист и начал рисовать схему.