Анатолий Шигапов – Кёнигсбергский клад. Паутина на острие права 6.0 (страница 6)
Ответа пришлось ждать три дня.
За это время они успели подготовить ещё несколько документов: запрос в Министерство культуры о внесении пропавших предметов в реестр особо ценных объектов, ходатайство в суд о наложении ареста на банковские счета подозреваемых (хотя счета ещё не были известны), и письмо в Интерпол - на всякий случай, если карта всё же будет вывезена.
Вечером третьего дня позвонил консультант.
- Андрей Владимирович, операция в Москве провалилась.
- Что случилось?
- Ковалёвы, видимо, почувствовали неладное. Их контакт в антикварном салоне, которому наш человек предлагал купить карту, вдруг исчез. Салон закрылся, телефоны отключены.
- Это значит, что карта уже продана?
- Или перепрятана. Есть ещё одна зацепка. Мы выяснили, что Ковалёвы поддерживают связь с человеком, который раньше работал на Сергея Павловича. Того самого.
- То есть Сергей Павлович, даже находясь в бегах, продолжает контролировать сеть?
- Возможно. Или его люди работают самостоятельно, используя старые каналы.
- Что теперь?
- Будем ждать. Рано или поздно карта всплывёт. Когда её попытаются вывезти за границу, наши таможенники получили ориентировку. Если повезёт - перехватят.
- А если не повезёт?
- Тогда придётся подключать Интерпол. Это долго.
Топольский почувствовал, как внутри закипает бессильная злоба.
- Эдуард Петрович, вы сделали всё, что могли. Спасибо.
- Обращайтесь.
Он отключился. Лена, наблюдавшая за разговором, подошла ближе.
- Плохо?
- Карта, скорее всего, уже у покупателя. Или скоро будет.
- Мы можем что-то сделать?
- Можем молиться, чтобы она не ушла за границу.
Прошла ещё неделя. Топольский занимался текущими делами, но мысли постоянно возвращались к карте. Он несколько раз созванивался с Соболевым, но тот тоже не имел новостей. Полиция молчала.
Наконец, в пятницу, позвонил Громов.
- Андрей Владимирович, есть информация. Ковалёв-младший задержан в аэропорту Домодедово при попытке вылететь в Дубай. У него нашли поддельные документы и несколько предметов старины - но не карту.
- Где карта?
- Он утверждает, что передал её покупателю в Москве. Покупателя не называет. Но мы его взяли, и это уже победа.
- Победа? Карта потеряна.
- Не совсем. У нас есть ориентировка на таможне. Если её попытаются вывезти - перехватят. А Ковалёв даст показания.
- Вы в этом уверены?
- Адвокат у него пока плохой. Мы договорились: если он назовёт покупателя, получит смягчение приговора.
- И он назвал?
- Пока нет. Но мы работаем.
Топольский вздохнул.
- Держите меня в курсе.
- Обязательно.
Он положил трубку и повернулся к Лене.
- Ковалёв задержан. Карты при нём не было. Покупателя не называет.
- Значит, след ведёт к покупателю.
- Или к посреднику. Или к тому, кто заказал кражу.
- Сергей Павлович?
- Возможно. Или кто-то из его сети.
На следующий день Топольский решил лично встретиться с Ковалёвым. Он не имел права допрашивать задержанного, но мог присутствовать при допросе как адвокат потерпевших - института и музея. Громов согласился организовать встречу.
В следственном изоляторе Ковалёв выглядел бледным и измождённым. Он сидел напротив Топольского, сжав руки в замок, и смотрел в стол.
- Александр, зачем вы это сделали? - спросил Топольский.
- Деньги нужны были, - ответил Ковалёв тихо. - Брат сказал, что покупатель есть. Что заплатят хорошо.
- Кто покупатель?
- Не знаю. Мы общались через посредника. Тот сказал, что представляет интересы крупного коллекционера из Москвы.
- Коллекционера или криминального авторитета?
Ковалёв поднял глаза.
- Какая разница? Мне нужны были деньги.
- Где карта?
- Передал посреднику в Москве. Получил аванс - 500 тысяч. Остальное обещали после проверки.
- Проверки чего?
- Подлинности карты.
- И вы поверили?
- А что мне оставалось? Брат сказал, что люди серьёзные.
Топольский записал показания. Он понимал, что Ковалёв - лишь мелкое звено. Главные преступники оставались в тени.
- Вы готовы сотрудничать со следствием? Назвать посредника?
- Боюсь. Они меня убьют.
- Вас защитят.
- Защитят? - Ковалёв усмехнулся. - Как брата защитили? Его два года назад должны были посадить, а он вышел сухим из воды. Потому что его люди прикрыли.
- Какие люди?
- Не могу сказать. Убьют.
Допрос не дал результатов.