Анатолий Шигапов – Куратор. Паутина на острие права 9.0 (страница 6)

- Я хочу посмотреть на озеро, - ответил Топольский по-английски, чтобы не выдать себя.

Такси остановилось у высоких кованых ворот. Топольский вышел, заплатил и сделал вид, что любуется видом. На самом деле он рассматривал виллу - та самая, что на фотографиях: черепичная крыша, пальмы в кадках, камеры видеонаблюдения на каждом углу. Из-за забора доносился приглушённый лай собаки.

Он медленно прошёл вдоль ограды, останавливаясь, чтобы сделать фото. Никто не вышел. Никто не окликнул. Он простоял у виллы почти час, прислонившись к стволу платана, и всё это время внутри было тихо.

- Где же ты? - прошептал он.

Вернувшись в отель, Топольский включил диктофон и продиктовал наблюдения: «Вилла безлюдна. Охрана либо внутри, либо её нет. Машин у ворот нет. Собака лает, но не выбегает - значит, сидит на цепи или в вольере. Камеры работают - видел, как поворачивался объектив».

Он отправил аудиофайл Белову и лёг спать. Но сон не шёл. Ему казалось, что кто-то смотрит из-за забора - невидимый, всемогущий, знающий его имя.

На следующий день он улетел в Калининград. В самолёте, глядя на проплывающие внизу Альпы, он вдруг понял: куратор не боится. Он настолько уверен в своей безнаказанности, что даже не прячется. Вилла, машины, счета - всё на виду, всё законно, всё прикрыто десятками слоёв офшоров. Победить такого можно только одним способом - лишить его дохода.

- Ничего, - сказал он вслух, не замечая удивлённых взглядов соседей. - Скоро твои МФО закроются.

В Калининграде его встретил дождь. Лена ждала у трапа с зонтом.

- Ну что? - спросила она, когда они сели в машину.

- Видел его дом. Его самого - нет.

- Жалко.

- Не жалко, - ответил Топольский. - Теперь он знает, что мы его нашли. А когда человек знает, что его нашли, он начинает нервничать.

- Вы в этом уверены?

- Уверен. - Он достал телефон и показал Лене письмо, которое пришло, пока он летел.

«Уважаемый Аркадий Сергеевич! Вы думаете, что нашли меня. Вы ошибаетесь. Я там, где меня никто не найдёт. Мои деньги надёжно спрятаны. Моя семья в безопасности. А вы остались в своей дыре и будете там до конца своих дней. Прекратите охоту. Вы всё равно проиграете. К.»

- Он написал мне, - сказал Топольский. - Это значит, что он испугался.

- Или просто издевается, - заметила Лена.

- И то, и другое. - Топольский убрал телефон. - Но письмо мы сохраним. Экспертиза стиля может дать дополнительные сведения.

Они въехали в город. За окном мелькали мокрые улицы, троллейбусы, очереди у магазинов. Обычная жизнь, которая продолжалась, пока он охотился за призраком.

- Лена, - сказал Топольский, когда они подъехали к офису. - Завтра начинаем готовить новые иски. Воронов не пойман, но его империя должна рухнуть.

- Какие иски? - спросила Лена, выключая двигатель.

- По новым МФО. Белов нашёл ещё три. Все связаны с куратором.

- Вы не устали?

- Устал, - признался Топольский. - Но не могу остановиться.

Глава 6. Свидетель из окружения куратора

Игорь приехал в Калининград ночным поездом. Белов встретил его на вокзале в 8:30 утра - высокий, сутулый, в неизменном свитере. Свидетель оказался невысоким, плотным, с глубокими морщинами, не соответствующими его сорока годам. На брови - старый шрам, на пальцах левой руки - выцветшая татуировка «Не забуду мать». Он всё время озирался, даже когда они сели в машину.

- Не бойтесь, - сказал Белов, трогаясь с места. - Мы едем в безопасное место.

- Безопасных мест не бывает, - ответил Игорь. - Я знаю этих людей. Если они захотят меня найти - найдут.

Они поехали не в офис, а на трассу, в маленькое придорожное кафе. Топольский выбрал это место не случайно - здесь обычно останавливались дальнобойщики, посетители не задавали лишних вопросов, а хозяин, пожилой узбек, был глуховат и не подслушивал.

Кафе называлось «У Рустама». Внутри пахло жирным пловом и дешёвым табаком. За одним столиком сидели два водителя в промасленных куртках и молча пили чай. За другим - женщина с ребёнком, который капризничал и тянул её за волосы. Топольский занял столик в углу, откуда был виден вход.

Когда Белов и Игорь вошли, женщина с ребёнком сразу ушла, будто почувствовала неладное. Водители остались, но даже они перестали разговаривать.

- Садитесь, - Топольский указал на стул напротив. - Вы Игорь?

- Можете звать меня так. - Свидетель сел, положил руки на стол - толстые, с обкусанными ногтями. - Не настоящее имя. Я не хочу, чтобы меня нашли.

- Понимаю. Что вы знаете о кураторе?

Игорь взял паузу. Он смотрел на свои руки, потом на стену, потом снова на Топольского.

- Я работал в его московском офисе два года. Начинал оператором колл-центра - звонил должникам, «обрабатывал». Потом стал менеджером. Координировал МФО и коллекторов.

- Вы видели куратора лично?

- Два раза. - Игорь достал пачку дешёвых сигарет, но не закурил - только покрутил в пальцах. - Он приезжал из Швейцарии, останавливался в «Ритц-Карлтоне». Охрана, машины с тонировкой, всё как у больших людей.

- Как он выглядит?

- Высокий, под метр восемьдесят. Волосы седые, стрижка короткая. Глаза… - Игорь поморщился, подбирая слово. - Холодные. Как у рыбы. Одет в дорогой костюм, часы «Ролекс». Говорит спокойно, не повышая голоса. Но так, что хочется подчиниться.

- Он называл своё имя? - спросил Белов, присаживаясь рядом.

- Нет. Все звали его «куратор» или «К.». Но один раз я видел документ с его подписью - там было написано «Алексей Петрович». Думаю, это псевдоним.

- Что ещё вы знаете о нём?

Игорь глубоко вздохнул.

- Он давал указания давить на должников особым способом. Особенно на участников СВО. - Голос его дрогнул. - Говорил: «Они слабые, быстрее сломаются. Угрожайте детям, жёнам, родителям. Это работает».

- Это уголовное преступление, - заметил Топольский.

- Я знаю. - Игорь сжал сигареты в кулаке. - Но тогда мне было всё равно. Деньги нужны были. А потом…

Он замолчал. В кафе зазвучала музыка - узбекская, тягучая, с восточными нотками. Топольский подождал.

- А потом мой брат попал на СВО. Три ранения, инвалид. Он взял займ - 50 тысяч. Долг вырос до 400. Коллекторы угрожали его дочери. И я понял, что я - часть этой системы.

- Вы готовы дать показания следователю? Сегодня?

- Готов. - Игорь посмотрел на часы - старые, с потёртым ремешком. - Но хочу, чтобы мою семью охраняли. Жену и детей.

- Государственная защита.

- А если не поможет?

- Поможет, - сказал Топольский. - Я прослежу.

Он набрал номер Громова. Следователь приехал через час - в гражданском, с чемоданчиком, в котором лежали протокол допроса и диктофон.

- Игорь? - спросил Громов, садясь за столик.

- Да.

- Рассказывайте всё. Без утайки.

Игорь говорил три часа. Он называл имена посредников, номера счетов, даты переводов. Он вспомнил, как подписывал фальшивые платёжки, как прятал документы в сейф, как однажды застал куратора за разговором с человеком из Генпрокуратуры.

- Тот человек был в мундире, - сказал Игорь. - Звёзды на погонах. Я запомнил лицо.

- Назовите фамилию, - попросил Громов.

- Не могу. Не знаю. Но если покажете фото - узнаю.

Громов сделал пометку в блокноте.

- Этого достаточно, - сказал он, когда Игорь замолчал. - Мы возбуждаем дело по факту организации преступного сообщества.