Анатолий Шигапов – КАЛИНИНГРАДСКИЙ РУБЕЖ 6.0. (страница 12)

– В безопасности, – ответил Фогель. – Мы спрятали его в старом бункере. Никто не знает где.

– А если натовцы узнают?

– Не узнают. Об этом знаем только мы.

– А если Боровский проболтается? – спросила Алиса.

– Боровский не знает. Мы спрятали кристалл после того, как он ушёл.

Совещание затянулось. Обсуждали планы обороны, распределяли силы, назначали ответственных. Алиса слушала, впитывая каждое слово. Она чувствовала, что это только начало.

После совещания она вышла на улицу. Вечерело, солнце садилось, окрашивая небо в багровые тона. Йонас ждал у крыльца.

– Домой? – спросил он.

– Домой.

Они пошли к избе. За их спинами оставался штаб, где готовились к новой войне. Впереди была ночь, а за ней – неизвестность.

Ночью Алиса не спала. Сидела на крыльце, глядя на звёзды. Рядом пристроился Мартинас.

– Ты не спишь? – спросил он.

– Не спится. Думаю.

– О чём?

– О том, что будет. О том, что сказал Горелов.

– Они придут, – тихо сказал мальчик. – Я чувствую.

– Когда?

– Скоро. Когда растает снег.

Алиса обняла его. Ветер шумел в кронах, и в этом шуме ей чудился далёкий гул. Скоро начнётся.

Утром, когда взошло солнце, на базе закипела работа. Мужчины укрепляли заборы, рыли окопы, устанавливали пулемётные гнёзда. Женщины готовили запасы, перевязывали бинты, собирали медикаменты. Дети помогали, чем могли, носили воду, подносили патроны.

Алиса металась между всеми, проверяла посты, говорила с бойцами. Йонас был рядом, помогал, где мог. Зорин, несмотря на больную спину, лично проверял каждую позицию.

К вечеру пришло известие от разведчиков: Боровский двинулся. С ним было не пятьдесят, а больше. Натовцы подтянули подкрепление.

– Сколько? – спросил Зорин.

– Человек сто, – ответил разведчик. – Идёт к городу.

– А наши? – спросил Горелов.

– Пятьсот. Но у них лучше вооружение.

– Ничего, – сказал Зорин. – Мы их встретим.

Алиса стояла рядом, сжимая наган. Война возвращалась.

Глава 5. Народное ополчение

Вести о том, что Боровский двинулся к городу с отрядом в сотню человек, разлетелись по Калининграду за несколько часов. Люди, ещё вчера занимавшиеся мирными делами, сегодня хватались за оружие. На улицах устанавливали баррикады, женщины разносили бинты и лекарства, дети помогали взрослым. Город превращался в крепость.

Алиса стояла на площади перед зданием штаба, глядя, как собираются добровольцы. Русские, армяне, татары, литовцы, поляки – все шли, чтобы защитить свой дом. Кто-то с охотничьими ружьями, кто-то с самодельными копьями, кто-то просто с ножами. Но все были готовы сражаться.

– Записывайтесь! – кричал Марат, стоя у стола с бумагой. – Все, кто может держать оружие! Женщины – в санитарные отряды! Мужчины – в ополчение!

– Я пойду! – крикнул молодой армянин, выходя из толпы. – За мою семью, за моих детей!

– Я тоже! – подхватил татарин. – Мы не отдадим город!

– И мы! – закричали литовцы. – Наша земля теперь здесь!

Алиса смотрела на это единство и чувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. После всех ужасов, которые они пережили, после всех потерь, они снова были вместе.

– Алиса, – подошёл Зорин, опираясь на трость, – иди сюда.

Она подошла к нему. Зорин стоял у крыльца, глядя на толпу.

– Видишь? – сказал он. – Они готовы.

– Готовы, – ответила Алиса.

– Надо их организовать. Разбить на отряды, назначить командиров. Ты поможешь?

– Конечно, дядя Гриша.

Они поднялись на крыльцо. Зорин поднял руку, и толпа затихла.

– Друзья! – крикнул он. – Вы пришли, чтобы защитить свой дом. Я знаю, что многие из вас никогда не держали оружия. Но сегодня это неважно. Сегодня важно то, что вы здесь, что вы готовы сражаться. Мы разобьём вас на отряды. Командирами будут те, кто уже воевал. Слушайтесь их, и мы выстоим.

– Ура! – закричали в толпе.

Разбивка на отряды заняла несколько часов. Марат, Ильяс и Петрович записывали добровольцев, распределяли по группам. Алиса помогала женщинам, которые шли в санитарные отряды.

– Ты умеешь перевязывать? – спросила она у молодой литовки.

– Умею, – ответила та. – Моя мать была медсестрой.

– Хорошо. Иди вон туда, к Вере Андреевне.

Женщина кивнула и побежала. Алиса оглядела толпу. Людей было много – больше, чем она ожидала. Старые и молодые, мужчины и женщины, все хотели помочь.

– Алиса! – окликнул её Йонас. – Там из города ещё люди пришли. Говорят, хотят записаться.

– Веди.

Из толпы вышли несколько человек. Впереди – пожилой мужчина с седой бородой, опирающийся на палку.

– Я Иван Матвеевич, – сказал он. – Бывший учитель. Мы с окраины, хотим помочь.

– Вы же старый, – сказала Алиса.

– Старый, но ещё могу. У меня ружьё есть, и я умею стрелять.

– А я могу лекарства готовить, – добавила женщина сзади. – Я фармацевт.

– Хорошо, – сказала Алиса. – Идите к Вере Андреевне. Она распределит.

К вечеру ополчение было сформировано. Триста человек – русские, армяне, татары, литовцы, поляки. Марат командовал первой группой, Ильяс – второй, Петрович – третьей. Алиса осталась при штабе, чтобы координировать действия.

– Маловато, – сказал Зорин, глядя на списки. – Против сотни натовцев?

– Натовцы хорошо вооружены, – ответил Джонсон, стоявший рядом. – Но у них нет такого желания побеждать. Они наёмники, им платят. А ваши люди защищают свой дом.

– Это поможет? – спросил Зорин.

– Должно.

Ночью Алиса сидела у костра с Йонасом. Рядом пристроились Мартинас, Эгле и Томас. Дети-сенсоры, уставшие после долгого дня, дремали, но иногда открывали глаза и смотрели на звёзды.

Конец ознакомительного фрагмента.