Анатолий Шигапов – Интерн и царь Горох или Людская медицина по сказочному (страница 10)
Боярин Борода просит добавки
В коридоре его догнал боярин Борода.
- Доктор, - сказал он шёпотом. - А можно мне ещё таблеток? На всякий случай.
- Зачем? - спросил Ваня.
- Ну, вдруг я заболею чем-то новым. А лекарства не будет.
- Лекарство будет. Я здесь.
- А если вас не будет? Вы же уйдёте когда-нибудь.
- Уйду, - сказал Ваня. - Но не скоро. А вам я дам ещё горошин. Но с условием.
- С каким?
- Они вызывают честность. Если вы их примете, вы не сможете врать. Будете говорить только правду. Хотите?
Боярин побледнел.
- А можно без честности?
- Нельзя. Лекарство комплексное.
- Тогда не надо, - сказал боярин и быстро ушёл.
Ваня улыбнулся.
- Симулянт, - сказал он сам себе.
Вечерний разговор с Кощеем
Вечером Ваня сидел в своей комнате и пил чай с Кощеем (который всё ещё боялся людей, но уже привык к дворцовой суете).
- Ты сегодня жёстко с боярами, - сказал Кощей. - Плацебо, симуляция, похмелье...
- А что делать? - спросил Ваня. - Они же не больны. Они ленивы.
- Лень - это тоже болезнь, - сказал Кощей. - Как мои панические атаки.
- Лень лечится трудом, а не таблетками.
- А панические атаки - дыханием и верой в себя.
- Вот видишь, - сказал Ваня. - У каждого своё лекарство. Для бояр - горох. Для тебя - игла.
- Игла теперь мой друг, - сказал Кощей, доставая из кармана маленькую иглу и крутя её в пальцах. - Я её не боюсь.
- А чего боишься?
- Того, что ты уйдёшь.
- Я никуда не ухожу, - сказал Ваня. - Пока есть пациенты - я здесь.
- А если пациентов не будет?
- Тогда я буду лечить здоровых.
- Здоровых не лечат.
- Здоровых учат не болеть. Это называется профилактика.
Кощей задумался и убрал иглу.
- Ты мудрый, - сказал он. - Для интерна.
- Я учился дистанционно, - улыбнулся Ваня. - Это многому учит.
- Например?
- Например, что никакой дистанции не хватит, чтобы заменить живой разговор с пациентом.
Кощей кивнул. Они допили чай и разошлись по комнатам.
Ночной визит
Ночью Ваню разбудил стук в дверь. Он открыл - на пороге стоял боярин Чуб, с красными глазами и помятым видом.
- Доктор, - сказал он. - Я не сплю. Совесть мучает.
- С чего бы? - спросил Ваня, зевая.
- Я симулировал. И пил. И врал. И монету украл у боярина Бороды (когда тот нагибался). Я плохой человек.
- Вы не плохой, - сказал Ваня. - Вы слабый. Но это лечится.
- Чем?
- Честностью. Признайтесь царю. Он простит.
- А если не простит?
- Тогда я заступлюсь.
Боярин Чуб ушёл. Ваня закрыл дверь и лёг спать. Утром он узнал, что боярин Чуб действительно признался царю во всём. Царь не казнил его. Он отправил его работать на кухню - чистить картошку.
- Три дня, - сказал царь. - За это время ты подумаешь о своём поведении.
Боярин Чуб отправился на кухню, и больше его никто не видел пьющим.
Утро следующего дня
Утром Ваня проснулся от запаха свежего хлеба. На кухне работал боярин Чуб (чистил картошку и плакал), повар готовил завтрак, а бояре, которые вчера получили «Царские антиленины», уже сидели по местам и делали вид, что работают.
- Эффект плацебо, - сказал Ваня, заходя в тронный зал. - Они верят, что здоровы, и ведут себя как здоровые.
- А если они не верят? - спросил царь.
- Тогда придётся менять горошины на что-то более убедительное.
- Например?
- Например, на мухоморы. Они горькие, но полезные. Яга так лечилась.
- У меня нет мухоморов, - сказал царь. - Есть только горох.
- Горох подойдёт, - сказал Ваня. - Главное - вера.
Царь кивнул и приказал подавать завтрак.
Письмо профессора Серебрякова
Когда Ваня вернулся в свою комнату после завтрака, он открыл ноутбук-бересту (по привычке - проверить связь с избушкой). На экране мигало новое письмо.
Отправитель: профессор Серебряков, кафедра психиатрии, Москва.
Ваня открыл. Письмо было взволнованным: