Анатолий Самсонов – Золотой капкан опера. Полная версия (страница 5)

Как только машина скрылась из вида, Соколов двинулся вниз, соображая: «Когда бандиты забрасывали труп Шишова в машину, я видел в бинокль на его спине небольшое кровавое пятно. Значит пуля прошла навылет и должна быть в земле где-то здесь». – Иван дошел до места, сломал ветку куста и воткнул ее в землю в месте предполагаемого входа пули.

Солнце уже завалилось за сопки. Соколов вернулся на свой НП, собрал свое нехитрое имущество и двинулся вдоль гребня хребта.

«До ближней заимки Никитича отсюда напрямую километров пятнадцать, засветло не успею, значит ночевать придется в тайге. Надо будет успеть сварганить шалаш».

До заимки уставший, не выспавшийся, пропахший костром Иван добрался к девяти часам утра. Затопил буржуйку, поставил чайник и, не дожидаясь пока закипит вода, вскрыл ножом и, помянув добрым словом Никитича, умял банку тушенки и завалился отдохнуть на лавку. Рядом пристроил карабин.

Удивительно, но то ли от стресса, то ли от таёжной прогулки головная боль ушла. От тепла и сытости разморило и потянуло в томную дрёму, поплыли какие-то неясные, но светлые картины, глаза стали закрываться, но вдруг в череде туманных образов возник один совершенно ясный портрет – лицо Бачурина – старшего. Соколов дернулся так, что чуть не упал с лавки: «Стоп! Не до сна сейчас! Бачурин! Что будет делать Бачурин? Он будет искать меня, и в поиске непременно придет к Никитичу, потому что знает о наших отношениях. Значит, Никитичу грозит опасность! Черт, черт, черт! А я, похоже, пока нужен Бачурину живым. Бачурин сволочь, но не дурак! И видимо, он понял, что навряд ли я с Шишигой приведу их прямо к «Кочке». Да и Шишов что сказал? «Сначала вытрясут что надо, а потом порвут». – Иван соскочил с лавки, прихватил рюкзак, карабин, ружье, выскочил на улицу и почти бегом побежал к сарайчику на задах заимки. Здесь наспех припрятал всё свое имущество в дровах, вернулся на заимку, не тратя время на заваривание чая, выпил кружку горячей воды и выскочил на улицу.

Солнце добралось до точки зенита, когда Соколов появился на задах дома Никитича, пробрался через сад, убедился, что всё спокойно и постучал по стеклу открытого по летнему времени окна кухни. Послышались шаги, в кухню зашел Никитич и, увидев Ивана, криво усмехнулся и бросил: – Заходи, убивец, заходи!

– Ты о чём, Никитич? – проскользнув в дом, удивленно спросил Иван.

– О чём, о чём? Вчера пополудни бачуринские быки привезли на Шишиге раненого Олега Бачурина. А еще говорят, что с ними был ваш Шишов, так вот Олега ты ранил, а этого Шишова вроде как замочил. Ох, Ваня, вот я о чём!

– Понятно, понятно! Чего еще от них ожидать? На самом деле Шишова убил Олег Бачурин, а Олега подстрелил я. Это так!

– Ну, в общем, Ваня, шум большой поднялся! Теперь все по твою душу скакать будут: и твои менты, и быки бачуринские. А еще, по слухам, ваш генерал у нас в городе объявился. Во как! Что же делать-то будешь, Ваня?

– Сдаваться пойду, пока Бачурин дров не наломал, пока к тебе не нагрянул со своими костоломами, с него станется. Прямо сейчас «Духу» и позвоню, – Соколов достал телефон и нашел нужный номер: – Алло! Да, это я! Через полчаса буду у вас! – Иван отключился: – Никитич, спрячь это, пожалуйста, до лучших времён, – Соколов стянул с себя ремни с кобурой и пистолетом, – ну, всё, пошел я.

– Подожди, повязку сменю тебе на голове, эта уже грязная.

Ну, а теперь с богом! – перекрестился Никитич.

С появлением Соколова в дверях управления глаза дежурного майора Семёныча округлились и чуть не вылезли на лоб: – Ваня, Ваня! Живой! А мы уж не знаем, что и думать! – и почему-то шёпотом добавил, – генерал прибыл, сейчас в кабинете у «Духа». Иди, Ваня, иди, раз уж пришел.

Генерал, увидев вошедшего в кабинет Соколова, хлопнул ладонью по столу, рассмеялся и, повернув голову к «Духу», сказал: -Ну, что я говорил? Садись, Соколов, садись, докладывай.

«Пари на меня заключили что ли?» – подумал Иван, направляясь к стулу.

– С чего прикажете начать? – спросил Иван.

– С головы, – улыбнулся генерал, бросив красноречивый взгляд на повязку.

Выслушав Соколова, генерал покачал головой и сказал: – Знаешь, Иван, когда-то я тоже был опером, и мне довелось побывать в подобной ситуации, – и, обращаясь к «Духу», – попросите принести приказ об увольнении капитана Соколова. А ты, Иван, пока почитай показания Бачурина Олега и остальных троих.

Когда приказ принесли, генерал начертал на нем несколько слов и передал «Духу», а тот, пробежав глазами текст, Соколову. Изумленный Иван прочитал: «Приказ об увольнении капитана Соколова И. И. из органов внутренних дел отменить в связи с вновь возникшими обстоятельствами. Восстановить капитана Соколова И. И. в прежней должности».

– И еще! – генерал чуть помолчал и продолжил, – коль на тебя, капитан, объявлена такая охота, тебе и карты в руки. —И, повернувшись к «Духу», – подготовь, Иван Петрович, распоряжение о создании оперативно —следственной группы во главе с капитаном Соколовым и с подчинением ему группы захвата. – Генерал перевел взгляд на Ивана: – Тебе, капитан, крупно повезло! Одного из троих охотников удалось задержать, когда он перевозил оружие – четыре АК – к тайнику. Оружейник помещен в СИЗО. Двое других на свободе, Бачурин Олег в тюремной больнице. Так с чего, капитан, ты думаешь начать?

– Меня обвиняют в убийстве Шишова. Пусть так называемые свидетели обвинения дадут показания на месте преступления. Там же проведем и очную ставку. Я думаю это нужно сделать сегодня.

– Разумно, не теряй времени, действуй. И помни, капитан, есть рамки закона и есть грани закона. Только без перебора. Понял? Иди.

Через час Шишига с Соколовым за рулем и следователем с металлоискателем и камерой в кабине покинула город. В кузове машины находился извлеченный из СИЗО бандит-оружейник и вычисленные и задержанные в городе его дружки. Этих скованных наручниками пассажиров сопровождали двое вооруженных полицейских.

По прибытии на место Соколов как заправский режиссер расставил всех по местам и скомандовал: – Камера! Значит, как утверждают эти граждане, я подошел к попавшему в капкан Шишову, который сидел на траве вот здесь. Так? Так, граждане подтверждают. А когда Шишов сидя выхватил нож, я выстрелил ему в грудь. Так? Да, так утверждают эти граждане. Подойди сюда, – Соколов позвал одного из бандитов, – сядь так, как сидел Шишов. Так. Я выстрелил в него вот с такого расстояния? Так? Так! Значит, пуля летела вот так, – Соколов ткнул пальцем в грудь сидящего, – и, если продолжить линию, пошла вот так. Значит пуля должна быть где-то здесь. Снимайте, снимайте! – Иван взял металлоискатель и стал манипулировать датчиком. Это продолжалось довольно долго. Наступил вечер. Стало темнеть. – Пуля не обнаружена, – грустно подвел итог Соколов, – всё, пора закругляться. В машину!

Когда подъехали к управлению, и все покинули машину, Соколов распорядился вернуть оружейника в СИЗО, и когда того под конвоем увели, подошел к его дружкам, снял с них наручники и буркнул: – Свободны, пошли вон!

Соколов и следователь с металлоискателем через здание управления вышли во двор, где их ожидал полицейский Уазик с дремлющим за рулем водителем и группой захвата в составе двух человек. Все с автоматами.

– Загружайся! – Иван кивнул головой следователю. Заберете меня у «Автохозяйства». Там всё объясню. – Соколов через здание вернулся к Шишиге, завел двигатель, вырулил на дорогу и поехал по опустевшему ночному городу. Через десять минут Соколов прибыл на место, устроил Шишигу в ее родном боксе, расписался в путевом листе и вручил его ночному дежурному.

Запрыгнув в поджидавший Уазик, Соколов объявил: – Сегодня у нас ночное дежурство. Отзвонитесь по домам, – и, повернув голову к водителю, сказал: – Направление – Белокаменск.

– Чего раньше не предупредил? – обиделся следователь.

– Да голова болела, забыл, – безразлично ответил Иван.

– А-а…, – догадливо и обидчиво начал было следак, но Соколов перебил его: – Совсем не то, что ты подумал. Не бери в голову. Значит, так: наша задача организовать засаду и захватить тех, кто явится за трупом Шишова.

– Ты знаешь, где спрятан труп? – изумился следователь.

– Примерно, – ответил Соколов.

– И мы ночью будем искать труп в тайге? – еще больше изумился следователь.

– Попытаемся. Когда бандиты избавлялись от трупа, в кузове Шишиги в это время катался и орал раненый Бачурин. Не думаю, что быки утащили труп далеко в лес, и к тому же у них в машине была только одна лопата. Так что, скорее всего, они просто прикопали труп где-то недалеко от речки. Но мы заморачиваться поисками трупа не будем. Если сходу его найти не получится, то мы будем ждать, когда придут люди, точно знающие место захоронения.

– А если эти люди не придут? – спросил один из группы захвата.

Соколов вздохнул: – Типун тебе на язык! Ну, если не придут, тогда я проставлюсь по полной. Поляна будет – охренеете!

– Я пью только эту… как ее…, – водитель пощелкал пальцами и вспомнил, – текилу.

– И давно? – под смех в машине спросил Иван и пообещал, – будет тебе текила, будет! А пока перекусим в дороге. Там сзади два рюкзака. Один с сухпайками и термосами, другой с куртками. – Тут ни к месту встрял следователь: – А-а-а! Кажется, я понял зачем ты так долго выкаблучивался с металлоискателем! Оружие быков у нас и, если у нас окажется и пуля, то Бачурину и его бандитам от убийства Шишова не отвертеться. Никак не отвертеться! А если мы пулю не нашли, то где она? Правильно, в теле! Хитрый ты, Соколов, парень.